Звезды
Читайте сейчас
Ирина Богушевская: «Как я ненавижу наши госучреждения!»
0

•Я вообще никуда не тороплюсь. Мне очень нравится, как архитектор Гауди ответил на примерно такой же вопрос, только про здания: «Мой заказчик никуда не спешит»...6 декабря Ирина Богушевская даст последний большой концерт в Москве. В ДК Меридиан прозвучит ее новая программа «Шёлк», которую уже успели послушать 15 городов нашей страны. Корреспондент портала music.km.ru поймал только что приехавшую из тура певицу и расспросил ее про гастрольную жизнь, босса-нову и рэп, который, как выяснилось, Ирина иногда читает на своих концертах.

КМ.ру: Ирина, у вас сложилась репутация как у артиста, находящегося в стороне от шоу-бизнеса. Но вы записываете пластинки, ездите в гастрольные туры, даете концерты. Что для вас означает находиться в стороне от мейнстрима?

— Вы знаете, несколько лет назад я была знакома с девушкой, которая очень хотела быть в шоу-бизнесе. У нее было для этого все – белокурые волосы, прекрасная фигура и богатый муж. Ей сняли несколько клипов, ее песни были в ротациях, она даже где-то выступила несколько раз. Потом она издала пластинку. И эту пластинку никто не купил. Откуда я это знаю? Мы с ней издавались в одной и той же компании.

«Быть в шоу-бизнесе» или «действовать по законам шоу-бизнеса»  вовсе не означает «быть успешным», «быть нужным» или, если хотите, «быть кассовым». Стиль шоу-бизнеса – быть похожими друг на друга, петь под фанеру одинаковые песни, вписываться в формат, ходить строем.

Мой стиль – быть похожей только на себя, петь то, что нравится, притом живьем, ходить не в ногу со всеми. Как ни странно, это тоже работает. Пусть у меня не фабрика и не конвейер по обслуживанию стадионов, а маленький такой бутичок. Зато там все настоящее.

КМ.ру: Нравится ли вам, когда вас называют «богемной» певицей, или певицей «не для всех»?

Нет, категорически не нравится. Что сейчас означает слово «Богема»? Богема – это кто?

Содержание этого слова в современной России мне непонятно. Это раз. Два – для того, чтобы слушать мои песни, не нужно знать наизусть Бодлера или цитировать «Зо шпрахт Заратустра». Достаточно быть просто живым человеком с живыми чувствами.

КМ.ру: Вы несколько лет готовили свою новую программу «Шелк». Скажите, почему на это ушло столько времени?

— Программу «Шёлк» мы отрепетировали, вообще говоря, за месяц, работая по три-четыре раза в неделю. Другое дело, что я писала песни для нее несколько лет. Я стараюсь делать стилистически однородные пластинки, скажем, «Книга Песен» была сборником песен из спектакля, а «Нежные Вещи» подбирались в расчёте на акустический джазовый состав: рояль-контрабас-ударные-гитара. Для «Шёлка» я долго собирала в одну папочку на компьютере лирические баллады – такие, знаете, в духе Элтона Джона, не побоюсь этого слова. Этих слов.

КМ.ру: Многие ваши поклонники хотели бы приобрести пластинку «Шелк». Но ее еще нет в природе. Почему вы не торопитесь с записью альбома? И сохранится ли название «Шелк» при записи диска?

- Я вообще никуда не тороплюсь. Мне очень нравится, как архитектор Гауди ответил на примерно такой же вопрос, только про здания: «Мой заказчик никуда не спешит».

Мы вот записали «Нежные Вещи» после месяца студийных репетиций. И что? Прошло два года, все песни звучат совершенно не так, как на диске – нужно брать и все переписывать. Поэтому пускай этот материал «созреет», тогда и сядем в студию. Несколько вещей сейчас уже почти близки к идеалу – «Шёлк», например, «Ключи в твоих руках», «Тростник», «Гость». С них и начнем.

КМ.ру: Что вы вкладываете в понятие «музыка, сделанная вручную»?

— Это выражение означает только то, что на концерте мы не используем ноутбуков и прочих девайсов, из которых доносятся заранее записанные партии, скажем, запрограммированные барабаны. Все партии всех инструментов по старинке извлекаются вручную из настоящих инструментов в присутствии почтеннейшей публики.

Я не говорю, что использовать плейбэки плохо. Я говорю только, что на данном этапе мы их не используем.

КМ.ру: Скажите, есть ли планы сделать фестиваль босса-новы на русском языке ежегодным? Расскажите, как родилась эта идея и как она воплощалась. Какие моменты при организации концерта запомнились больше всего?

— Рассказывать про босса-новы – значит рассказать про большой кусок моей жизни.

Я услышала эту музыку, когда лежала в больнице после аварии. Я лежала там полгода, и все эти полгода мне было очень, очень фигово. У меня была контузия нервов плечевого сплетения, и она давала постоянные сильные боли 24 часа в сутки. Мне принесли магнитофон, но любая музыка вызывала в моих несчастных нервах болевые ощущения.

И только когда у меня появилась запись Getz-Gilberto play Jobim, я, наконец, смогла слушать музыку. Я слушала эту запись несколько месяцев кряду и по уши, нет, по самые гланды влюбилась в жобимовские босса-новы. Мы процитировали одну из них, Agua de beber, на «Книге Песен», и музыканты завалили меня вопросами, что это за песня и про что там поется. И я подумала: ничего не знаю, действительно, о чем эта музыка? И решила переводить босса-новы на русский. Позвала к себе в соавторы Алексея Иващенко – который потом по итогу сделал львиную долю этого проекта.

Потом мы сделали программу «Утро карнавала», несколько раз спели наши переводы. Публика была довольна, но меня точила мысль, что все происходит не так, как я задумывала, что все это пока что далеко от совершенства, что для того, чтобы исполнять музыку такого уровня, надо быть суперпрофи. И на некоторое время приостановила свое участие в этом проекте.

А потом однажды мне позвонили из компании «Миэль» и спросили, не хочу ли я поговорить с компанией о своих творческих планах. Мы встретились, и я сказала, что вот, есть у меня такая мечта, сделать фестиваль босса-новы, в котором босса-нову по-русски, кроме нас с Алексеем, спели бы и  другие .  Притом под симфонический оркестр. Сразу скажу, что это, конечно, поразительная удача для любого артиста – встретить людей, которые готовы поддерживать твои проекты, даже не зная, что по итогу из этого выйдет. Но к счастью, они остались очень довольны Фестивалем.

КМ.ру: Насколько, по вашим ощущениям, успешно прошел этот концерт?

— Я была очень счастлива после этого концерта – потому что мероприятие получилось по-настоящему классное. Нам повезло много раз – и в первый раз тогда, когда за аранжировки взялся композитор Вячеслав Сержанов. Понимаете, Жобим – это в некотором роде вершина эстрадной музыки, его музыка ошеломительно прекрасна. И Сержанов интерпретировал ее нереально изысканно и свежо. Он собрал отличный оркестр, петь в таком сопровождении – это нереальный  кайф. Ну и вообще, так приятно видеть сбычу своих мечт!

КМ.ру: Давайте вернемся к «Шелку». После премьеры в Москве в сентябре вы уехали в тур. И там, по словам очевидцев, с новыми песнями начали происходить метаморфозы…

— Это естественно, если мы говорим про живую музыку. Я много раз за эту осень спела «Шёлк» — и ни разу не повторилась в интонации, все каждый раз происходит как в первый раз. Такая вот магическая песня получилась. Вообще, в этой программе много таких песен.

КМ.ру: Говорят, в Калуге вы вообще читали рэп и заставили Светлану, играющую на клавишах у вас в группе, сесть за барабаны. Часто вы так тренируете музыкантов?

— Нет, это был особенный случай. Мне пришлось ехать выступать в Калугу вместо того, чтобы собрать дома друзей и отметить свой День Рождения. Так сложилось, не смогли мы этот концерт перенести.  Вот мы и решили устроить праздник жизни прямо на сцене.

КМ.ру: В своем ЖЖ вы пишете, что в туре вы больше всего устаете от дороги. А какие неурядицы могут выбить вас из колеи в обычной жизни?

Даже не могу сообразить, о чем это Вы говорите. Быт, быт… что это такое? Шутка. Наверное, меня больше всего бесит необходимость получить в какой-нибудь конторе какую-нибудь бумажку. Ох, как я это ненавижу – наши госучреждения! Там до сих пор Советская власть в полный рост.

КМ.ру: Вы могли бы определить свой характер одним словом или фразой?

— Нежный цветок на стальном стебельке.

КМ.ру: Многие артисты готовы продать душу дьяволу за эфир, например, в программе Андрея Малахова. Скажите, вы посещаете различные ток-шоу? Приглашают ли вас на подобные эфиры?

— Да, я бывала и у Андрея, и у Лолиты, и во «Времечке», и в «Апокрифе» у Ерофеева. Этой осенью практически нигде не бываю, потому что нас все время нет в Москве. Я не очень об этом жалею. Сказать честно? Это дикая трата времени – с совершенно для меня непонятным результатом. Другое дело – скажем, «Жизнь прекрасна», где можно было попеть под Оганезова и вообще всячески оторваться.

КМ.ру: Устраивает ли вас тот уровень востребованности вас как артиста на сегодняшний день?

— Абсолютно не устраивает. Надо что-то с этим делать.

КМ.ру: Какие задачи и планы у вас на ближайшее будущее?

— Наверное, взять почту, телеграф и телефон, как говаривал когда-то нынешний обитатель Мавзолея. То есть все-таки прорваться в эфиры.