Телевидение
Читайте сейчас
Настя Приходько в прошлый Новый год вышла на трассу
0

— Настя, вы, как только получили свою звезду из золота, серебра и якутских алмазов, почти тотчас же уехали в Киев. Кстати, а вы звезду эту бесценную домой отвезли?
— Да, домой, а почему вы спрашиваете? Выкрасть хотите? Она жутко дорогая — там, по-моему, 29 или 30 камней. Но я вообще в камнях ничего не смыслю. Ношу только железо. Вот, видите?

— Да я из чисто журналистского любопытства... Так вот, вы сразу улетели в Киев. Кто и как вас там встретил?
— Мама с братом. Мама, в своем репертуаре, начала сразу плакать.

— От счастья?
— Может быть, она очень эмоциональный человек. Ну, естественно, слова-поздравления, слова любви. Фотографы были, пресса. Много было интервью. Киностудия Довженко пригласила меня на главную роль в фильме.

— В каком? Сценарий уже видели?
— Сценарий не видела. Вообще еще ничего не видела. Моя мама с ними разговаривала, так, в двух словах мне сказала.

— Я так понимаю, у вас с мамой сильная эмоциональная связь. Вы все-таки мамина дочка или папина?
— Мне было два месяца, когда отец ушел. И я росла всю жизнь с мамой, и мама еще защищала диссертацию, у нее дипломы, доцентура, и в меня она вкладывала все, что только можно и невозможно. Вообще мама — моя подружка, я ее называю Оксана, но она всегда рубит с плеча: сначала сделает, потом думает.

— То есть в воспитании дочери случались и перегибы?
— Перегибы случались, да. Например, мама отдала меня в музыкальную школу по классу флейты, вот это она очень перегнула, очень. Потому что я всю жизнь мечтала, как все девочки, о танцах, конкретно о балете, и мы начали уже ходить в балет, но меня взяла банальная зависть, что мой брат сидит, играет на фортепиано. И вот я подошла к маме и говорю: «Я хочу заниматься музыкой». И меня отдали. На флейту.

— Научились на флейте-то?
— В седьмом классе меня выгнали из музыкального колледжа.

— За что?
— За ужасное поведение. Потому что всегда в школе было так: «Где Приходько?!» А Приходько где-то там... И почему-то со сверстниками у меня никогда не складывался контакт — каждые пять минут ссоры, ну не умею я со сверстниками общаться. Либо с меньшими могу, по 14 — 15 лет, либо с 30 — 40-летними. Сверстники — это те, кто находится с тобой в одном потоке, и о чем с ними разговаривать, если они знают то же самое, что и я?

— Я тут в интернете с удивлением прочитал, что вы увлекаетесь какими-то кораблями и даже судостроением. Это что, пиаровская фишка?
— Я помешана на кораблях, очень. Я обожаю все фильмы про корабли. Хотя стихия у меня — Земля, но меня почему-то тянет к воде. Я про все читаю, про крейсер «Аврора», про «Титаник»: как они строились, в каком году...

— Это у вас с детства увлечение? Вы что, в младенчестве играли не в куклы, а в кораблики?
— Нет, мне просто однажды стукнуло в голову — после фильма «Корабль-призрак». Потом я «Титаник» увидела. Потом «Посейдон». И вот после этих фильмов у меня все и закрутилось. Больше всего меня, конечно, затронула история «Титаника». Я представила, сколько там было людей, как распадался на куски огромный лайнер... И про Бермудский треугольник мне интересно читать: как там пропадают корабли.

— Это, кстати, миф про Бермудский треугольник. Большинство исчезновений произошло либо вообще не там, либо в силу естественных причин: в том районе постоянно всякие циклоны, торнадо. В Бермудском треугольнике за последние 20 лет вообще никто не затонул.
— Вы мне тут прямо целую лекцию прочитали. Мифы тоже надо знать.

— Ну это я так, между прочим. Скажите, а вот чтобы на рассвете выйти на яхте в открытое море, это вы любите?
— Я ненавижу кататься на всяких яхтах, теплоходах, лодках!

— ?!
— Меня корабли интересуют чисто теоретически. Я вот, когда смотрю по картинке, представляю, как это строят, у меня всегда детский наивный вопрос: если корабль железный, почему он не тонет? Загадка номер один.

— Вам в качестве приза предстоит еще поездка в Париж. Были уже там, и вообще какое заграничное путешествие больше всего запомнилось?
— Я за границей была только в Болгарии, а так отдыхала в основном в Феодосии в Крыму. Поездку в Болгарию я, кстати, выиграла на кастинге в «ВИА Гру».

— Как это?
— Ну был кастинг в группу, я его не прошла, но поскольку это был своеобразный конкурс, со зрителями, я получила «Приз зрительских симпатий» — поездку на международный песенный фестиваль в качестве участницы.

— Как выступили в Болгарии успешно?
— Я заняла третье место и очень расстроилась. До такой степени, что даже сказала маме: больше не буду петь никогда. Но продержалась ровно месяц.

— Есть у вас в семье какие-то традиции на Новый год? Как вообще его справляете?
— 31 декабря я всегда лезу под елочку. Независимо от того, в 6 утра встала или в 12, но никто не заходит в комнату, пока я не зайду, все ждут моих эмоций. Потом мы целый день с семьей готовим. Кстати, все свои двадцать лет я отмечала Новый год дома. И только в последний раз мама отпустила меня к друзьям, после того как пробило 12. Я стала просто умолять: «Мама, ну сколько можно, ну 20 лет, дай мне пойти погулять!» И вот правильно говорят: как встретишь Новый год, так его и проведешь. И я встретила его на трассе, ловя машину. И я действительно провела этот год не дома, а вот в Москве...

— А почему на трассе-то?
— Ой, случилось так, что мы были все в одной машине, и водитель был немножко нетрезвый. И поскольку я за себя постоянно переживаю, я говорю: «Все, останавливай машину, я не хочу в Новый год разбиться!» Я вышла и гордо стояла и ловила машину.

— В общем, эмоции у вас всегда брызжут через край.
— Настроение у меня да, резко меняется. Я порой не умею себя контролировать, у меня все на ровном месте происходит. Вот что мне в голову стукнет, то и творю.

— А вас это не беспокоит? Вы сейчас попадаете в жесткие жернова шоу-бизнеса, где прежде всего нужна дисциплина.
— Нет, но я же адекватный человек. Я понимаю, что не могу там наорать на Киркорова или кого-то послать. Хотя вот тут, когда мы с Максимом Галкиным совместную песню репетировали, я возьми да и скажи: «Вы знаете, Максим, я когда вас вижу на Новый год, я постоянно ржу». Потом поняла, стала оправдываться, а он говорит: «Можешь не оправдываться, я все понял». Хорошо, Максим с юмором человек.

— Да я, в общем, о другом: вы готовы к ежедневной работе, гастролям, записям в студии, съемкам, фотосессиям? Вы можете научиться управлять своими эмоциями?
— Нет, естественно, в нужный момент и в нужное время я пытаюсь их контролировать. Я же в конце концов выиграла «Фабрику»! Просто, понимаете, если мне испортят настроение, мне ничего не хочется делать, никогда. Если у меня плохое настроение, мне хочется сидеть дома и плакать.

— То есть вы хотите сказать, что это у вас характер такой и его никак не исправить?
— Когда-то мне сказали, что, если мне удалить гланды, у меня изменится голос. Так вот, если поменять мой характер, я уже не буду Анастасией Приходько и не смогу выступать на сцене. Потому что если б не мои эмоции эти... Я ведь пою душой и сердцем, серьезно. Я переживаю все в песне и пытаюсь через песни людям что-то объяснить. И я пою не ради денег, не ради славы. Я помню, мне один раз даже дали просто кулек мандаринов за то, что я спела.

— Понятна позиция. А гланды-то в итоге удалили?
— Нет, я не разрешила.

— И последнее, Настя. Чему вас научили продюсеры «Фабрики-7» братья Меладзе? Вот конкретно, чему Валерий, чему Константин?
— Валера меня научил, я с ним часто разговаривала, как себя вести в шоу-бизнесе. Рассказывал истории из своей жизни, какие курьезы бывают, о том, что у меня может быть в дальнейшем.

— А какой самый ценный совет дал?
— Никогда нельзя показывать свое плохое настроение на людях, надо быть ко всем всегда открытой... А вот Костя — это единственный человек в мире, который разрешил мне петь так, как я в данный момент пою, те песни, которые соответствуют моему голосу и моей душе. А не так, как мне продюсер один в Киеве предложил — песню со словами «Пломбир-пломбир, мне жарко, я хочу пломбир». Когда я ее спела, я в ужасе пришла домой и маме говорю: «Я не то что петь не хочу, мне вообще больше в жизни ничего не хочется». А вот когда Костя мне дал свою песню «Три зимы», я стояла на сцене, и мне не важно было — камера, миллионная аудитория, я пела и плакала. Потому что когда я пою своим голосом и свое, я сама от себя плачу.

«Труд».