Звезды
Читайте сейчас
Богушевская: Были комплексы, что не могу пробиться в «Песню года»
0

Ирина Богушевская – пожалуй, самый востребованный из независимых артистов, хотя ее путь к этому статусу был непростым. Богушевская играла в Студенческом театре МГУ, писала свои песни в воздушном жанре на стыке кабаре и босса-новы, честно мечтала стать форматной артисткой и участвовать в «Песне года».

Но даже сверхкомпромиссный альбом «Легкие люди» не приблизил ее к горячим радиоротациям. Тем не менее, постепенно, с каждым годом поклонников у ее песен становилось все больше – и пару лет назад их хватило, чтобы собрать шеститысячный зал в Кремле. Ныне Ирина Богушевская активно гастролирует, но при этом в отсутствие продюсера вынуждена сама контролировать весь процесс, а альбомы записывать на средства бескорыстных спонсоров, любящих ее музыку.

– Практика показывает, что так называемый большой шоу-бизнес – все эти первые каналы, «золотые граммофоны» – артисту уже не нужен. Если есть своя публика – и так хорошо.

– И так хорошо. Я помню, у меня были страшные комплексы по поводу того, что я не могу пробиться в «Песню года» и меня не показывают субботним вечером по каналу РТР, — рассказывает Slon.ruИрина. — Но лет семь – восемь назад там выступали прекраснейшие артисты – Агутин, Пресняков… А сейчас я иногда включу, посмотрю и думаю: хорошо, что меня там нет. Хорошо и правильно. Хотя мне всегда были известны телефоны людей, которым нужно занести денег. Но я что-то…

Нам везет, что почти всегда находятся люди, готовые помогать из дружеского расположения

– Тяжело быть независимым, но популярным артистом? Или это, наоборот, кайф?

– Это кайф, но это тяжело. Я иногда мечтаю о том, чтобы у меня был надежный тыл в лице людей, которые будут разруливать какие-то процессы. Да хотя бы организацию слайд-шоу. Или там эскизы костюмов. А с другой стороны, у меня есть комплекс не очень опытного руководителя, когда все хочется сделать самому, потому что лучше-то никто не сделает. Не могу делегировать ответственность, получается всегда ужасно.

– У вас никогда не было жестких контрактов с лейблами?

– У нас было прекраснейшее сотрудничество с «Мистерией звука». Они просто покупали готовый продукт, и всё. Они туда ничего не вкладывали, никак его не продвигали – просто продавали то, что уже сделано. Правда, однажды они оплатили запись и съемку презентации «Нежных вещей», очень красиво все смонтировали и выпустили.

– Деньги эти продажи какие-то артисту принесли?

– Тогда еще было возможно разговаривать о гонорарах, так что у меня был гонорар за этот диск. Знаю, что на первом же концерте, продавая диск «Нежные вещи», они отбили десятку. Думаю, они не пожалели об этом сотрудничестве.

– Учитывая настоящее состояние индустрии, о гонораре за диск большинству артистов придется забыть?

– Страна устроена сейчас так, что в ней удобнее всего тем, кто тырит. Не тем, кто рисует мультики, записывает альбомы, снимает кино и пытается все это как-то продавать. Удобнее тем, кто стырил и сразу продает. Всё заточено под них, всё организовано так, что им хорошо. Были же смешные ситуации, когда на три дня саммита в Питере исчезли все пиратские лавки. Потом они по мановению волшебной палочки опять открылись. То есть как-то с этими людьми, оказывается, можно договариваться. Адреса заводов, где печатается контрафакт, известны.

– Вместо этого борются с потребителями, стыдят их и просят не покупать пиратские диски. Да как же не покупать, если продается?

– Понятно, что это миллиардный бизнес, страшно выгодный. И пока так будет, ситуация не поменяется. С другой стороны, в Америке нет дремучего пиратства, а дисков всё равно продается меньше. Значит, это отражение какой-то глобальной тенденции. Это не только наша проблема, а особенность современного этапа развития человечества. Что за этап такой интересный, что с музыкой происходит? Раньше для того чтобы заниматься музыкой, ты должен был быть героем. Чтобы сделать запись, ты должен был проникнуть в эти святилища, в студии, найти бюджет. Чтобы увековечить свое творчество, ты должен был пройти, как герой сказок, какие-то инициации. Тебя пугали, варили в котле с кипящим молоком, и если ты все это прошел, то тебе бонус – вот, выходит пластинка, и дальше пошло-поехало. Сейчас ситуация принципиально иная – произошла дегероизация процесса. Ты сидишь дома, ваяешь музыку на компьютере, выкладываешь ее на MySpace – и, пожалуйста! Миллионы людей этим занимаются. Вал, цунами! Предыдущая ситуация разрушена. В мире стало слишком много музыки.

– Я писал в одном из постов, что те новые герои, которые получили даже миллионы просмотров в сети, все равно не могут пробиться в шоу-бизнес без привычных инструментов. Без контракта с лейблом, организации концертов вся эта дегероизированная деятельность остается разовым приколом. Посмотрите, они же каждую неделю меняются, эти новые герои.

– Я пропустила эту колонку, но вообще стараюсь читать такую аналитику, потому что хочу понять, как из этой ловушки выходить. Публика меня пинает: делай альбом. Но вся традиционная производственная схема вроде бы разрушена… С другой стороны, опять появляются рейтинги лучших вышедших альбомов. Индустрия не готова отказаться от этих форм, какая-то жизнь по-прежнему происходит именно в них. Вот, скажем, если мы будем выкладывать материал потреково, я как-то не представляю себе это соревнование за звание лучшего трека.

«С моей музыкой вообще так: когда хочется, говоря о ней, как-то выпендриться, получается чаще всего ерундистика. А найти простые, но точные слова – очень сложно. »