Звезды
Читайте сейчас
Литейный: прорвемся, опера!
0

 
«Журнал» узнала у актеров, как надо относиться к профессии, чтобы не разлюбить ее.

Анастасия Мельникова: «Расстаться с героиней? Да ни за что на свете!»

Стаж
1998–2003 гг. «Улицы разбитых фонарей-1–5» – лейтенант Анастасия Абдулова
2004–2007 гг. «Опера. Хроники убойного отдела-1–3» – капитан Анастасия Абдулова
2007– 2010 гг. «Литейный, 4» и «Литейный» – психоаналитик, сотрудник спецотдела Анастасия Мельникова
– Анастасия, порой кажется, что экранная Настя – это вы и есть. Настолько ваш образ слился с образом героини. А вы помните, как все начиналось?
– Конечно. Пятнадцать лет назад, в середине 90-х, в стране вообще ничего не снимали (съемки начались в 1995 году, а первая серия вышла в январе 1998-го. – Прим. «Журнал»). И когда мне предложили роль в сериале «Улицы разбитых фонарей», я сниматься побежала «быстрее собственного визга».
– С тех пор столько лет прошло! Не надоела вам Настя?
– Я каждый день мысленно благодарю Александра Петровича Капицу, теперь уже покойного, за то, что он меня пригласил в проект. До него я была актрисой Театра им. Комиссаржевской, меня знал узкий круг театральных ценителей. А после «Улиц» я стала именно той Мельниковой, у которой берут интервью, которую приглашают на телевидение. Когда мне позвонили и предложили вести «Участок» на «Первом канале», я была поражена: мне сказали, что я стала «лицом МВД». Это очень почетно, о таком нельзя даже мечтать, да и говорить даже как-то нескромно.

– И с коллегами – Ниловым, Селиным – 15 лет бок о бок. Бывает так, что какие-то сцены уже автоматически играете?
– Нет. Вроде бы можно привыкнуть, успокоиться, но вы бы видели, как ребята работают на съемках, как переживают. Казалось бы, проходной момент – герой Сережи Селина стоит с пистолетом, играть вроде бы нечего, и вдруг Сережка начинает кричать: «Стоп! Стоп! Неправда! Не может он в этом эпизоде просто стоять! Надо что-то придумать!» Все время возникают какие-то споры, идеи.
– А с режиссерами быстро общий язык находите? Они же меняются периодически.
– Я – неконфликтный человек. Но режиссеры на «Литейном» все время разные – это такая концепция, каждая серия – самостоятельный фильм. И они оценивают общую картинку, а я свою героиню знаю досконально. Сразу понимаю, что этот кусочек в сценарии – не про нее, ну не могла она так поступить. Если режиссер не согласен, звоню продюсерам. И как я благодарна, что они прислушиваются и помогают мне. Например, мне не нравится, когда из Насти делают взбалмошную, неудовлетворенную тетку. Такое поведение женщины будет раздражать зрителей.
– Но в итоге у вашей Насти вообще нет личной жизни, одна работа!
– Тут я не согласна, если ее личную жизнь не показываем, это не значит, что ее нет. Просто для этого нужен новый герой, который в «Литейном» пока не появился.
– Дочь Маша смотрит ваши проекты?
– Не просто смотрит, Маша уже сама снимается. Помните, в первой серии «Литейного», когда начинается стрельба и моя героиня закрывает телом ребенка? Эта девочка – моя дочь. Маша, можно сказать, родилась на съемках. Я работала до полвторого ночи – тогда снималась в «Улицах разбитых фонарей», потом мама провожала меня в роддом. По дороге шутила: «Настя, мне казалось, что ты – сторонница консервативной медицины, а тут, видимо, будешь рожать в воде: мосты через Неву скоро разведут». К счастью, все обошлось, в роддом мы успели. А через два дня я опять была на съемках. Сейчас Маша уже большая, учится в школе, ездит на лошади.
Кстати, из коллег Леша Нилов прекрасно держится в седле. И я вот думаю… надо бы снять серию «Литейного», чтобы там были кони.
– Похоже, вы с Настей расставаться не собираетесь?
– Ни за что на свете!

Совет от Насти

Выбирайте занятие по душе, ищите такую работу, которую будете любить. И тогда сможете заниматься одним и тем же делом и 15, и 20, и 100 лет. Нельзя тратить жизнь на то, что не нравится, ведь работе мы посвящаем большую часть своего времени. И если в какой-то момент у вас возникнет ощущение, что вы ошиблись с выбором профессии, прислушайтесь к себе, не бойтесь все поменять. Не важно, сколько вам лет, – ошибки можно исправлять в любом возрасте.

Алексей Нилов: «Приятно поглядеть на себя молодого»

Стаж
1998–2003 гг. «Улицы разбитых фонарей-1–5» – капитан Андрей Ларин
2000 г. «Убойная сила-1» – капитан Андрей Ларин
2004–2007 гг. «Опера. Хроники убойного отдела- 1–3» – майор Андрей Ларин
2007–2010 гг. «Литейный, 4» и «Литейный» – адвокат Алексей Нилов
– Никто и представить не мог, что история с операми так затянется. Поначалу я, как и все, думал: вот снимем 8 серий и разбежимся. Хотя работать было интересно. Все снималось в реальном отделении милиции, и я даже несколько раз ездил с дежурными на происшествия. Жути насмотрелся – отрезанных рук, пробитых голов: тогда это важным казалось. Сейчас эти первые серии 15-летней давности я даже иногда пересматриваю: приятно поглядеть на себя молодого. С тех пор я изменился, повзрослел.
И мой герой тоже стал другим – из оперативника превратился в адвоката. Хотя экстрима по-прежнему хватает: наши герои и стреляют, и в машинах переворачиваются, и в болоте тонут. Каскадеры помогают, конечно, но от травм все равно никто не застрахован. Для меня порванные связки и мениски – часть профессии. И я никогда не жалел и не жалею, что 15 лет назад подписался на этот проект, именно он сделал меня востребованным актером. В других фильмах я тоже снимался, это были хорошие работы, но какого-то яркого героя, которого все знают и помнят, мне никто не предложил.

Сергей Селин: «Для меня Дукалис – как Жеглов для Высоцкого и Мюллер для Броневого»

Стаж
1998–2003 гг. «Улицы разбитых фонарей-1–5» – старший лейтенант Анатолий Дукалис
2000 г. «Убойная сила-1» – капитан Анатолий Дукалис
2004–2007 гг. «Опера. Хроники убойного отдела- 1–3» – капитан Анатолий Дукалис
2007–2010 гг. «Литейный, 4» и «Литейный» – полковник, сотрудник спецотдела Сергей Селин
– Меня 15 лет уже спрашивают: «Не надоело ли вам быть ментом?» Но ведь я – не мент. Это роль, которую я играю. Именно по этой причине никогда не пытался стать настоящим милиционером, не ездил смотреть, как работают реальные менты.
Я играю, как чувствую, показываю на экране ту сцену и ситуацию, которую мне подкидывают сценарист и режиссер. И не обижаюсь, если где-то на улице незнакомый человек обращается ко мне по фамилии героя. Для кого-то я – Дукалис, ну и что в этом плохого? Вы спросите у многочисленной армии артистов, как их называет публика, и только единицы смогут ответить, что их знают, как знали Высоцкого по Жеглову, Тихонова по Штирлицу, Броневого по Мюллеру. Считаю, дай бог каждому артисту сыграть такую роль, чтобы потом вся страна, а это 150 миллионов человек, называли тебя именем твоего героя-персонажа.

Парад пристрастий

Какую роль вы готовы играть 15 лет?
Екатерина Климова, «Побег» («Первый канал»):
– Лику в пьесе «Мой бедный Марат».
Александр Клюквин, «Ефросинья» («Россия 1»):
– Никакую. Лучше пусть ролей будет много и разных.
Николай Добрынин, «Подарок судьбы» («Россия 1»):
– Я 17 лет исполнял роль Клер в спектакле Виктюка «Служанки».
Станислав Дужников, «Воронины» (СТС):
– Роль отца в жизни. Постоянно.
Эвелина Блёданс, актриса:
– Мою героиню из фильма «Проклятый рай».
Виктория Тарасова, актриса:
– С удовольствием бы играла на протяжении долгого времени Маргариту из «Мастера и Маргариты».
Понедельник – четверг, НТВ, Литейный