Звезды
Читайте сейчас
Почему я не стал зятем Тихонова
0

ТИХОНОВ поспешил назвать ЗУЕВА зятем

ТИХОНОВ поспешил назвать ЗУЕВА зятем

«Штирлиц» устраивал мне свидания с дочерью у себя на даче, вспоминает миллионер Михаил Зуев

На Новодевичьем кладбище среди поклонников великого актера мы встретили человека, который одно время почти заменил Вячеславу Васильевичу сына: поддерживал морально и финансово и едва действительно не стал родственником. Положив на могилу букет красных гвоздик, бизнесмен, издатель, основатель «Клуба поющих политиков» Михаил ЗУЕВ пригласил нас помянуть «Штирлица» добрым словом.

— Михаил, 15 лет назад вас постоянно видели рядом с Вячеславом Васильевичем. Он называл вас на иностранный манер Микки и представлял как своего зятя. Почему же свадьбы так никто и не дождался?
— Потому, что этой свадьбы больше всех хотел сам Тихонов. Газеты написали, что я женюсь на его дочери еще до того, как мы с ней познакомились. В каком-то интервью Вячеслав Васильевич рассказал, что мечтает о том, чтобы Анна вышла за меня замуж. Эту идею поддержал Александр Пороховщиков. Во время застолья в Доме актера они вдвоем подошли ко мне и прямо предложили организовать свадьбу. Как я понял, Пороховщиков от моего имени уже попросил у Тихонова руки его дочери, а тот согласился. Когда я впервые встретился с Анной, приехал к ней на «Мосфильм», где она снималась в экранизации рассказа Алексея Толстого «Любовь», то подарил ей пачку газетных вырезок, в которых нас уже называли мужем и женой.
— И что же Аня?
— Обозвала меня проходимцем и с радостью приняла приглашение на обед.

Вырезка из газеты «Вечерний клуб» за 1995 год

Вырезка из газеты «Вечерний клуб» за 1995 год

— Обед плавно перешел в ужин…
— Что-то в этом роде. Мы сидели, касаясь друг друга коленками, и обсуждали, какая модель «мерседеса» ей больше подойдет. Дело в том, что я тогда организовывал московский автосалон и договорился с представителями «Мерседеса» о подарке «Штирлицу». Он в в фильме «Семнадцать мгновений весны» катался на «мерседесе» и должен был стать рекламным лицом бренда в России. За это ему обещали дать две машины. Затея провалилась. Тихонову было стыдно лишний раз позвонить в фирму и напомнить о себе.
— А как развивались ваши романтические отношения с Анной?
— Полным ходом. Правда, как большинству молодых людей, нам мешала бытовая проблема. Мне вообще негде было жить. Все деньги вкладывал в проекты. Я мог пригласить Анну в ресторан, кино, но потом был вынужден ехать спать к Володе Пермякову. Он как раз получил от Сергея Мавроди трехкомнатную квартиру и разрешил мне жить у него. Взамен я помог ему издать мемуары «Как я стал Леней Голубковым». Единственным условием Лени было - не водить баб. Однажды я его нарушил - привел знакомую днем, когда его не было, но Голубков об этом узнал и на следующий день, когда я ночью вернулся домой, не открыл мне дверь. Идти все равно было некуда, и мне пришлось спать на лестничной клетке.
Тихонов все время спрашивал меня, как продвигаются дела с Анной, организовывал нам свидания у себя на даче. Но, видимо, из-за этого всеобщего давления и желания поженить семьи у нас с ней не сложилось.
Командующий ВДВ Владимир ШАМАНОВ любит Михаила за патриотизм и склонность к меценатству (декабрь 2009 г.)

Командующий ВДВ Владимир ШАМАНОВ любит Михаила за патриотизм и склонность к меценатству (декабрь 2009 г.)

Научился ценить свое время

— Какое качество Вячеслава Васильевича вам запомнилось больше всего?
— Поразительная, излишняя скромность. Наше знакомство с ним состоялось в первой половине 90-х. Мы с друзьями хотели как-то поддержать умирающее отечественное кино, привлечь к нему внимание и организовали совершено дурацкую премию «Три богатыря». Номинировали на нее Михаила Ульянова, Вячеслава Тихонова и Иннокентия Смоктуновского. К сожалению, Иннокентий Михайлович скончался незадолго до награждения, и церемония получилась довольно грустной. Напившись, я подошел к Тихонову и стал его ругать: почему вы такой великий, любимый народом актер, а живете черт знает как. Не смогли конвертировать славу в деньги, власть, влияние. Ставил ему в пример таких авторитетов, как Никита Михалков, Иосиф Кобзон. Он смотрел на меня, смотрел, а потом сказал: «Ну, научи меня, если ты такой умный».
— Научили?
— Какое там! Единственное, к чему он пришел под конец жизни, — так это ценить свое время и брать за интервью по двести долларов. Вы представляете — двести! Это когда разные «поющие трусы» запрашивают тысячи.