Он пришёл на экзамены в Белорусскую академию искусств с надеждой и рекомендациями «Беларусьфильма». За плечами — две главные роли, всесоюзная слава, любовь миллионов. Но председатель приёмной комиссии, народный артист БССР Юрий Сидоров, узнав абитуриента, вынес короткий вердикт: «Готовый актёр, ничего уже не слепишь. Мне нужен сырой материал». Так семнадцатилетний Владимир Дичковский, которого вся страна знала как отчаянного Генку Петрова из «Кортика» и «Бронзовой птицы», раз и навсегда поставил крест на актёрской профессии. А потом сел за руль грузовика и проездил так четыре десятилетия.
Тот отказ до сих пор выглядит парадоксально: мальчишку не взяли именно потому, что он уже умел играть. Но для самого Дичковского обида быстро улеглась. Спустя годы он без гнева вспоминал: «Даже протеже с киностудии не помог. С тех пор я крест на этом поставил».
Как белорусский школьник стал всесоюзной звездой
История началась с обычного дня в минской школе, в самом начале 1970-х. Одиннадцатилетнего Володю после уроков остановил незнакомец: внимательно осмотрел, попросил повернуться в профиль, что-то записал и протянул бумажку с адресом: «Приходи завтра на кинопробы. Киностудия “Беларусьфильм”. Спросишь группу “Кортика”». Мальчик равнодушно сунул приглашение в карман и уехал с друзьями в лес за берёзовым соком. Когда вернулся, на крыльце его уже ждали люди с киностудии — утвердили на роль.
В 1971 году на «Беларусьфильме» запустили трёхсерийную телеэкранизацию повести Анатолия Рыбакова «Кортик». Сценарий написал сам автор, режиссёром стал Николай Калинин, музыку сочинил Станислав Пожлаков, а стихи — Булат Окуджава. Сюжет был знаком каждому школьнику: 1921 год, Гражданская война, московский пионер Миша Поляков получает от красного командира старинный морской кортик с зашифрованной тайной. Вместе с друзьями — задирой Генкой и интеллигентом Славкой — он должен разгадать послание и не дать реликвии попасть в руки бывшего белого офицера Никитского.
На роль Миши по рекомендации Рыбакова взяли москвича Сергея Шевкуненко, Славкой Эльдаровым стал минский школьник Игорь Шульженко, а белобрысого упрямца Генку Петрова утвердили за тем самым белобрысым Володей Дичковским. Съёмки шли в 1971–1972 годах; на площадке паренёк оказался среди звёзд — Эммануила Виторгана, Ростислава Янковского, Зои Фёдоровой, Романа Филиппова — и ничуть не тушевался.
Зрители этого не знали, но голос Генки на самом деле принадлежал актрисе дубляжа Агарь Власовой. У Дичковского как раз началась ломка голоса, и режиссёр принял решение доверить озвучание взрослой артистке. Точно так же Мишу озвучивала Ярослава Турылёва, а Славку — Надежда Подъяпольская. Гонорары юным актёрам положили около ста рублей в месяц — приличные деньги для мальчишки. Свой первый заработок Володя потратил в точности как одиннадцатилетний пацан с окраины: купил самый лучший мопед, какой смог найти.
Премьера «Кортика» на Центральном телевидении в 1973 году произвела эффект разорвавшейся бомбы. Дети во дворах играли в героев, на студию мешками шли письма. Уже в 1974-м вышло трёхсерийное продолжение «Бронзовая птица» — тех же друзей ждали новые приключения в пионерском лагере и тайна старинного поместья. Оба фильма снял один режиссёр и одна команда, но Николай Калинин не дожил до премьеры второй картины: он умер от менингита ещё на этапе озвучивания.
Четыре роли — и мопед на память
После двух громких успехов Дичковский снялся ещё дважды: в крошечном эпизоде «Приключений в городе, которого нет» (1974) он даже не попал в титры, а в военной драме «Чёрная берёза» (1977) ему дали роль мальчика по имени Генка. На этом его фильмография закончилась — четыре картины, две из которых сделали его кумиром миллионов.
Писем от поклонниц приходило столько, что отвечать помогала старшая сестра. «Я вечно был чем-то занят», — объяснял он потом. Однако шумная слава не вскружила голову. Когда после школы он всё же решил стать актёром и пришёл в приёмную комиссию, то нарвался на того самого Юрия Сидорова — актёра, который играл в обоих фильмах следователя Свиридова. Педагог рассудил, что подросток уже «слеплен» экраном, и дверь закрылась. Во ВГИК Дичковский пробоваться не стал: то ли не верил в себя после отказа, то ли не хотел уезжать из Минска.
Генеральный штаб, баранка и тихая жизнь
Дальше была срочная служба водителем при Генштабе в Москве. После демобилизации он вернулся в родной город, устроился водителем-экспедитором в транспортную компанию и остался в профессии на сорок с лишним лет. За рулём — ни единого серьёзного происшествия. Актёрское прошлое он не пересматривает и говорит, что давно перестал ассоциировать себя с тем белобрысым мальчишкой из телевизора.
Тени экранных друзей
Чтобы понять, насколько спокойной оказалась его судьба, достаточно взглянуть на двух других мальчиков из «Кортика». Сергей Шевкуненко, блестяще сыгравший Мишу Полякова, после школы попал в криминальную среду, неоднократно сидел и в итоге стал лидером «мосфильмовской» группировки. В феврале 1995 года 35-летнего Шевкуненко расстреляли наёмные убийцы в собственной квартире; вместе с ним погибла его 75-летняя мать. Игорь Шульженко, застенчивый Славка, после неудачных попыток учиться в технических вузах работал плиточником, пристрастился к алкоголю, потерял работу. В феврале 2009-го он умер, ему был 51 год. Поклонники до сих пор говорят о «проклятии Кортика», вспоминая и трагедии других юных актёров из этих фильмов. Дичковский остаётся единственным, кто не сломался ни под натиском славы, ни под грузом несбывшихся надежд.
Минск, семья и берёзовый сок
Владимиру Дичковскому сейчас за шестьдесят. Он по-прежнему живёт в Минске, работает, женат, растит детей и внуков, но никаких подробностей о семье не раскрывает — это сознательная позиция. Когда журналисты белорусской «Комсомольской правды» разыскали его много лет спустя, он со смехом заметил, что с тех пор почти не изменился «не шибко намного», и в его глазах читалась всё та же знакомая хитринка.
«Кортик» и «Бронзовая птица» продолжают жить своей жизнью: их показывают по телевидению, новые поколения открывают приключения троих пионеров, а в комментариях на кинопорталах до сих пор желают здоровья «исполнителю роли Генки». Сам Владимир Семёнович этих сообщений, скорее всего, не видит. У него нет ностальгических вечеров перед экраном и сожалений об упущенной сцене. А мопед, купленный на первый в жизни гонорар, он помнит до сих пор — как и тот весенний день, когда вернулся с банкой берёзового сока, а на крыльце его уже ждало кино.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм
