В середине XIX века о фрейлине Марии Трубецкой шептался весь Петербург. Говорили, что она без смущения целовалась с наследником престола, тайно бегала на свидания к князю Барятинскому, а замуж в итоге вышла за совсем другого человека. Её романы и дерзкие поступки годами обсуждали в великосветских гостиных.
Подруга великой княжны и любимица двора
Мария родилась в 1819 году в Париже. Её отец, князь Трубецкой, служил адъютантом при императоре, поэтому девочку с ранних лет принимали в царской семье. Она быстро сдружилась с великой княжной Марией Николаевной, а в шестнадцать лет стала фрейлиной императрицы Александры Фёдоровны.
Современники описывали Трубецкую как эффектную красавицу, которая сразу привлекала внимание на балах. От ухажёров не было отбоя, и среди них оказался будущий император Александр II — тогда ещё цесаревич. При дворе этому увлечению не мешали, понимая, что жениться на девушке не царских кровей наследник всё равно не сможет.
Наследник, князь и рискованные свидания
Пока Мария принимала знаки внимания от цесаревича, её сердце уже принадлежало князю Александру Барятинскому. Их роман начался на балу: улучив момент на балконе, Барятинский поцеловал фрейлину. Мария была влюблена, но князь сразу дал понять, что жениться не намерен. Впрочем, фрейлину свободные отношения вполне устраивали.
В свете заговорили, что фрейлина ведёт себя слишком вольно, принимая ухаживания наследника и одновременно встречаясь с князем. Впрочем, близкие знакомые замечали, что мужчины не соперничали и даже сохраняли приятельские отношения.
Брак с гусаром и скандал с ребёнком
Когда цесаревича отправили в Европу выбирать невесту, Трубецкая всерьёз задумалась о замужестве. Она решила обручиться до его возвращения — то ли чтобы вызвать ревность, то ли устав от неопределённости. В роли мужа она видела Барятинского, но тот по-прежнему избегал брака. В итоге родственники быстро нашли ей другую партию — Алексея Столыпина.
Казалось, репутация спасена. Но вскоре после свадьбы Мария родила сына, и в обществе снова поползли слухи: мальчик оказался поразительно похож на Барятинского. Сама Мария сплетни не опровергала, а скорее подогревала их. Вскоре в Петербурге никто не сомневался, кто настоящий отец ребёнка.
В 1847 году Столыпин умер от холеры. Примерно тогда же Барятинский вернулся со службы на Кавказе. Мария надеялась наконец выйти замуж за любимого человека и задействовала все свои связи при дворе. Весь Петербург замер в ожидании громкой свадьбы.
Отказ Барятинского и новый брак
Но Барятинский всех перехитрил. Он переписал имения на брата, а Марии заявил, что теперь беден. Чувства не выдержали такого испытания, и она сама отказалась от замужества, начав поиски другого кандидата.
Ей приглянулся молодой князь Воронцов. Разница в возрасте по тем временам считалась приличной: невесте было тридцать два года, жениху — двадцать семь. Семья Воронцовых выступила против этого союза, но влюблённый князь никого не слушал. Свадьба состоялась летом 1851 года. Вскоре Мария уехала с мужем на Кавказ, где постоянно жаловалась на бедность, хотя местные жители поражались роскоши её быта.
В 1852 году Мария получила титул светлейшей княгини благодаря заслугам мужа. После смерти родителей князя супругам достался Алупкинский дворец, и новоиспечённая хозяйка увлечённо занялась его обустройством. Общих детей у пары не было, но супругов это не расстраивало.
Борьба за наследство и финал во Флоренции
Когда в 1882 году князь Воронцов скончался, разгорелся громкий спор за наследство. Поскольку сыновей у супругов не было, родственники покойного попытались отсудить у вдовы дворец. Мария ответила решительно: она наняла два корабля и вывезла из имения всю мебель, картины и антиквариат. Этого ей показалось мало. Получив в наследство участки земли рядом с дворцом, она стала распродавать их за бесценок всем желающим, несмотря на то, что они примыкали к императорским владениям. Окрестности имения быстро пришли в запустение.
Сама же Мария к тому времени уехала к сыну во Флоренцию. Там она и скончалась в 1895 году, оставив по себе память как о женщине, которая никогда не боялась идти наперекор общественному мнению.
Жизнь вопреки общественному мнению всегда требует от человека внутренней независимости и готовности к постоянному осуждению. Где, по-вашему, проходит граница между здоровым стремлением жить по своим правилам и откровенным пренебрежением к окружающим?
ДЗЕН
Телеграм