Михаил Волконский по праву считается первым в истории России руководителем специализированной следственной канцелярии, созданной по указу Петра Великого для борьбы с казнокрадством и злоупотреблениями. Майор Семёновского гвардейского полка получил тогда чрезвычайные полномочия, чтобы разобраться в громком деле о хищении государственных средств. Удивительно, но именно безупречная репутация сыщика в итоге обернулась против него самого. Как вышло, что борец с коррупцией оказался на скамье подсудимых? И за что самодержец приговорил его к расстрелу?
Наследник древнего рода
Волконские издавна принадлежали к знатному княжескому сословию. Их предки веками защищали православную веру и рубежи Отечества, участвовали в строительстве российской государственности. Хотя особого богатства за семьёй не числилось, она прочно занимала место среди привилегированных «царедворцев».
Путь Михаила ко двору начался с должности стольника у царицы Прасковьи Фёдоровны, супруги царя Ивана V. Вскоре его перевели в легендарную Семёновскую потешную роту, откуда дорога лежала прямо в гвардию.
Юный гвардеец проявил себя не только как отважный воин, но и как надёжный товарищ. Он выделялся среди сослуживцев умением ясно излагать мысли, свободно владел пером и без труда читал географические карты. Такие качества быстро заметили — Волконский получил чин поручика и вошёл в число «начальных людей».
В огне Северной войны
Возможно, его ждала бы командировка в Европу для продолжения обучения, но судьба распорядилась иначе. Началась Северная война, и Михаил Иванович оказался в самой гуще сражений. Проявленное мужество принесло ему звание капитана, а затем и командира роты.
После очередного повышения — до майора — князь получил приказ участвовать в строительстве Санкт-Петербурга. Вместе с бойцами Семёновского полка он контролировал закладку крепости святого Петра. Пётр Первый остался доволен докладами о работе гвардейцев.
Такая преданность делу не могла остаться незамеченной. Монарх, создававший великую державу, остро нуждался в верных исполнителях. В 1713 году он поручил Волконскому дело государственной важности — возглавить первую в России канцелярию досудебного следствия.
Царское поручение
Первым заданием стало изучение доношений фискальной службы из Великого Устюга. В них сообщалось о бесчинствах подьячих и солдат под руководством комиссара Семёна Акишева. Команда, занимавшаяся взысканием недоимок, по свидетельствам, превышала все полномочия.
Акишев и его люди вели себя в Устюжском уезде как захватчики: избиения, грабежи, пытки, насилие, мародёрство, вымогательство взяток, неуважение к священникам. Фискалы подтвердили эти факты конкретными именами. Сенат отстранил комиссара от должности и вызвал в Москву, но тот отказался ехать, ссылаясь на подчинение вице-губернатору Курбатову. Курбатов поддержал Акишева и запретил покидать пост.
Одновременно поступил новый донос — о незаконной хлебной торговле обер-комиссара Дмитрия Соловьёва и его братьев, которые не платили таможенных пошлин. Курбатов, вместо того чтобы опротестовать эти факты, подтвердил их. Возможно, он надеялся таким образом отвлечь внимание царя на другого участника, на которого сам не имел влияния, и получить все следственные действия в свои руки.
Однако Пётр Первый направил для разбирательства собственного гвардейца. Волконскому поручили провести досудебное расследование, выявить виновных и доставить их в столицу. Ему дали огромные полномочия, но при этом велели не затрагивать вице-губернатора Курбатова и держать это в тайне.
Борьба с бесчинствами
Члены следственной канцелярии действовали энергично. Дело Акишева разобрали в рекордные сроки: опросили 219 пострадавших, провели 174 очные ставки. Доказательства вины команды комиссара оказались неопровержимы. Выяснилось, что Акишев возомнил себя неприкасаемым хозяином, разрешал колоть шпагами и притеснять всех, включая фискалов, и продолжал бесчинства даже после предписания вице-губернатора. При аресте, осознав угрозу, он попытался покончить с собой — полоснул по горлу и животу, но был спасён.
Дело Соловьёва оказалось сложнее. Обер-комиссар был ставленником Александра Меньшикова, сподвижника Петра, имевшего сомнительную репутацию в финансовых вопросах. Разбирательство, связанное с именем Меньшикова, могло втянуть в скрытую борьбу двух придворных кланов — Меньшиковых и Долгоруких. К тому же следы нарушений тянулись к Курбатову, которому покровительствовал сам царь. Волконский решил действовать осторожно.
Сначала он собрал материал против вице-губернатора. Раздосадованный Пётр снял Курбатова с должности, а братьев Соловьёвых вернул к работе. Однако проявленная осторожность не спасла Волконского. Недоброжелатели уже плели интриги.
Тень на репутации
Руководитель фискальной службы Москвы А.Я. Нестеров написал донос, обвинив князя во взяточничестве. Документальных подтверждений, почему он оклеветал честного сыщика, до сих пор не найдено. Бывший вице-губернатор Курбатов также подбросил подмётное письмо П.Е. Лодыженскому, в котором обвинял Волконского в аморальном поведении, превышении полномочий и даже в богопротивном волшебстве.
Заподозрив посланника в затягивании следствия, Пётр I отозвал Михаила Ивановича в Москву и отдал под следствие. Канцелярия проверила обстоятельства и повторно изучила дело Соловьёва. Выяснилось, что Волконский совершил должностное преступление: он скрыл или изъял часть документов, компрометирующих комиссара. Сделал ли он это в угоду Меньшикову или просто отложил бумаги на потом — осталось неизвестным, но факт фальсификации признали доказанным.
Роковая ошибка
По законам военного времени дело рассматривал кригсрехт — военный суд. Проступок квалифицировали как умышленное неподчинение приказу командира, что по нормам Воинского артикула каралось смертной казнью. Обычно Пётр Первый применял право помилования, но в этом случае решил показать устрашительный пример.
Волконского лишили всего имущества и расстреляли на людной площади перед канцеляриями. Публичная казнь стала предупреждением потенциальным нарушителям дисциплины. Примечательно, что после этого случая все последующие следователи вели дела честно и беспристрастно — во всяком случае, царю больше ни на кого не жаловались.
Позже Пётр проявил милосердие к семье казнённого: вернул конфискованное имущество его матери и вдове.
Как вы думаете, могла ли судьба Волконского сложиться иначе, если бы он не вступил в конфликт с влиятельными фигурами? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм