Пётр Первый вошёл в историю как реформатор, безжалостно ломавший вековые устои. Он преображал государство, армию, быт, но среди его реформ были и те, что выглядели парадоксально: монарх, обожавший шумные застолья и не выпускавший трубку изо рта, вдруг начинал бороться с пьянством и курением, причём методами столь же радикальными, как и все его нововведения. Как человек, сам не чуждый излишеств, пытался привить подданным «умеренное» потребление – и к каким последствиям это привело?
Личность первого российского императора была соткана из противоречий. С детства он жадно впитывал знания, собственноручно осваивал ремёсла, мог работать в кузнице, не гнушаясь самой грязной работы. В делах – рационалист и прагматик. В быту – непритязателен, запросто общался с мастеровыми и солдатами. Но при этом – недоверчив, вспыльчив, груб. Гнев его мог внезапно смениться милостью после удачной шутки. Эти черты помогли ему построить империю, но они же стали источником его собственных «демонов».
Царь-труженик и его слабости
Взращённый в царских покоях, Пётр с юности пристрастился к спиртному – по некоторым сведениям, любовь к вину ему привил воспитатель Никита Зотов. Позже дружба с Францем Лефортом укрепила эту привычку. Общение с иноземцами из Немецкой слободы открыло ему и другую страсть – табакокурение. Царь не видел в этом ничего предосудительного: он искренне считал, что человек, выпивший «умеренно», становится более работоспособным и разговорчивым. Поэтому застолья при дворе стали обязательным ритуалом.
Вино как инструмент сыска и европеизации
Пётр, сам способный выпить за день до тридцати шести рюмок, заметил: под хмельком люди теряют бдительность и выдают тайны. Он стал использовать пиры как способ выведывать государственные секреты. Специальные служащие следили, чтобы никто из гостей не уклонялся от очередной порции, и запоминали каждое слово. Отказ от спиртного карался ссылкой на каторгу или казнью. Вводились бесплатные раздачи водки простым рабочим – то ли для повышения выносливости, то ли для снижения социального напряжения.
Но результаты такой политики оказались плачевными. Пьянство в России стало расти как эпидемия. Самого Петра в народе прозвали «пьянчужка-царь» и «царь Кокуйский». И тогда реформатор решил бороться с пороком, породив ещё более странные меры.
«Пьяный синод» и смертельные пирушки
Первым делом Пётр учредил «Пьяный синод дураков и шутов». По его замыслу, эта организация должна была превратить потребление алкоголя в ритуал, показать «культуру пития». Монарх надеялся, что подданные будут пить много, но не терять работоспособности. Однако даже ближайшие соратники не выдерживали: заседания синода порой заканчивались смертью от чрезмерного количества выпитого.
Поняв, что идея провалилась, Пётр перешёл к жёстким запретам.
Чугунная медаль и полицейские меры
Самой знаменитой мерой стала чугунная медаль «За пьянство», весом от четырёх до двенадцати килограммов. Её приковывали к шее металлическими клёпками, так что снять самостоятельно было невозможно. Медаль носили от недели до нескольких месяцев, и всё это время награждённый – как правило, из низших сословий – должен был работать, терпя боль и насмешки. Дворяне и купцы отделывались штрафами. По утрам после «вручения» выдавали сто граммов на опохмел, но приобрести новую порцию становилось сложнее.
Параллельно император ограничил продажу алкоголя. Указом от 20 июня 1718 года предписывалось прекращать торговлю спиртным после сигнала пушки Петропавловской крепости. Пьяных в общественных местах сажали в участок и штрафовали. На стратегических предприятиях, например, на пороховом заводе, выдавали строго нормированное количество водки – только в день получки. Нарушителей ждало разорение: конфискация имущества, нищета.
Но, как ни парадоксально, эти репрессии совмещались с получением стабильного дохода от «питейного дела» – казна получала и прибыль от торговли, и деньги от штрафов.
Европеизация кухни и фуршеты
Не забывал Пётр и о еде. Он старался разнообразить рацион подданных: внедрял заморские овощи, фрукты, зелень, заменил русские печи на голландские плиты, пропагандировал фуршеты. Эти новшества, по мнению историков, оздоровили население, хоть и не боролись напрямую с обжорством. Что касается табака, то царь легализовал его продажу и поощрял курение среди приближённых – из экономических и политических соображений, а также потому, что сам не мыслил жизни без трубки.
Такой противоречивый подход к проблеме алкоголя и табака – культивация порока и одновременная борьба с ним – вряд ли сделал Россию «трезвой». Скорее, он заложил основы, которые ещё долго сказывались на жизни страны.
Могла ли жёсткая борьба с пьянством через принуждение и унижение дать положительный результат, или же такой подход лишь усугублял ситуацию? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм