В европейских политических кругах вновь заговорили об Ангеле Меркель, но уже не как о бывшем канцлере, а как о потенциальном посреднике в диалоге между Россией и Евросоюзом. Эта дискуссия, хоть и вызывает противоречивые мнения, знаменует собой важный сдвиг: впервые за два года европейские лидеры публично обсуждают не эскалацию, а возможность мирных переговоров. Это само по себе меняет многое в риторике.
Начало этой дискуссии положило предложение лидера немецкой партии «Левая» Яна ван Акена, который открыто назвал Меркель кандидатом на роль посредника. Вскоре после этого президент Финляндии Александр Стубб, чья страна недавно вступила в НАТО, сделал заявления, которые ещё полгода назад могли бы быть восприняты как предательство. Он выразил сомнение в неизбежности нападения России на страны Балтии и высказался за будущие переговоры с Москвой. Эти слова не случайны, они указывают на появление «трещины» в ранее монолитной позиции. Европейские лидеры, похоже, начинают готовить общественное мнение к тому, что диалог неизбежен, а имя Меркель в этом контексте — лишь индикатор настроений.
Ангела Меркель, несомненно, глубоко знакома с российской политикой, не понаслышке. За 16 лет у власти она провела десятки встреч, участвовала в создании «Северных потоков» и Минских соглашений. В Европе мало кто обладает таким обширным опытом взаимодействия с Москвой, и она умела вести диалог даже в кризисные моменты. Однако один факт серьёзно подорвал её авторитет в глазах России. В декабре 2022 года, уже покинув пост, Меркель дала интервью изданию Die Zeit, где заявила, что Минские соглашения 2014–2015 годов были не попыткой урегулировать конфликт, а способом выиграть время для наращивания военной мощи Украины. В Москве это заявление было воспринято крайне жёстко. Российские эксперты, даже нейтральные, с тех пор считают Меркель «неудобной фигурой», поскольку ей перестали доверять.
Возникает логичный вопрос: если не Меркель, то кто? В поисках подходящей кандидатуры многие вспоминают Герхарда Шрёдера, другого бывшего канцлера Германии. Его главное преимущество — он не прерывал связи с Россией даже во время санкционной войны, оставаясь готовым к диалогу. С 2008 года Шрёдер является иностранным членом Российской академии наук, рекомендованным Институтом Европы РАН, что подчёркивает его давние личные отношения. Однако у Шрёдера есть существенный недостаток: в самой Германии он фактически исключён из политической жизни, его не приглашают на официальные мероприятия, и его слово не имеет веса в Брюсселе. Таким образом, Меркель обладает статусом, но утратила доверие Москвы, а Шрёдер, напротив, пользуется доверием, но не имеет необходимого статуса. Ни один из них не может сегодня представлять всю Европу.
В экспертных кругах всё чаще звучат имена не только немецких, но и других европейских политиков. Внимание привлекают Франция и Италия. Франция традиционно ведёт диалог с Москвой независимо от Вашингтона, что подтверждается политикой Де Голля, Миттерана и Ширака. Среди современных французских деятелей выделяют бывшего премьера Доминика де Вильпена и экс-министра иностранных дел Юбера Ведрина. Оба ещё несколько лет назад предостерегали от загона России в угол и сохранили уважение в профессиональной среде. Италия также имеет свою историю независимой политики. Бывший глава Еврокомиссии Романо Проди и экс-премьер Массимо Д’Алема неоднократно призывали Европу к поиску компромиссов, а не к санкциям. Их кандидатуры активно обсуждаются в кулуарах. Важно отметить, что это пока не официальные предложения, но сам факт серьёзного обсуждения этих имён является сигналом: Европа активно ищет альтернативные пути.
Вернёмся к заявлению Александра Стубба. Оно не означает полного разворота Финляндии в сторону России. Однако это первый серьёзный «звоночек» для тех, кто привык к единому антироссийскому хору. Стубб позволил себе усомниться в главной европейской «страшилке» о неминуемом нападении России на страны Балтии и одновременно признал, что без Москвы вопросы безопасности не могут быть решены. Это жёсткая правда, которую в Брюсселе долгое время боялись произносить вслух. Европейские чиновники, похоже, постепенно освобождаются от заложничества собственной риторики, осознавая, что любая война рано или поздно завершается переговорами, и к ним лучше готовиться заранее.
Дискуссии вокруг кандидатур Меркель, Шрёдера, де Вильпена или Проди — лишь видимая часть айсберга. Гораздо важнее то, о чём пока молчат в ежедневных сводках. Когда боевые действия утихнут, за столом переговоров будет обсуждаться не только украинский вопрос. Речь пойдёт о новой архитектуре Европы. В повестку войдут контроль над вооружениями от Атлантики до Урала, статус военной инфраструктуры НАТО у российских границ, судьба санкций и замороженных активов, а также вопросы энергетики, транспорта и коридоров, которые десятилетиями связывали страны.
Это будет не просто продолжение текущего кризиса, а формирование нового европейского договора. И от того, кто в итоге сядет за стол переговоров с обеих сторон, будет зависеть очень многое. Пока европейцы только начинают «примерять» кандидатов, но сам факт обсуждения посредников важнее любой конкретной фамилии. Это однозначно указывает на подготовку к диалогу, а не к дальнейшей эскалации.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм