Грузинские официальные лица один за другим выступают с резкими заявлениями в адрес Брюсселя. Флаги Евросоюза все еще висят на улицах Тбилиси, но риторика властей изменилась: теперь сближение с ЕС открыто ставят под вопрос. Этот разворот выглядит не просто временным спором, а принципиальным отказом играть по чужим правилам.
Ультиматум Брюсселя и потеря суверенитета
Поводом для обострения отношений стал спор внутри самого Евросоюза. Германия и другие крупные страны продвигают реформу: они хотят отменить принцип единогласия при принятии решений и заменить его голосованием большинства. В Берлине и Париже это называют повышением эффективности, но в Тбилиси увидели угрозу для своей независимости.
Спикер грузинского парламента Шалва Папуашвили высказался на этот счет прямо:
«Если принцип консенсуса будет отменен, принятие решений полностью окажется в зависимости от воли крупных государств или устойчивого большинства, то малые страны лишатся этого фундаментального рычага. Они больше не смогут защищать свои жизненно важные интересы в случаях, когда они не совпадают с политическими планами большинства… Речь пойдет о практически полной утрате реального суверенитета»
Вступать в союз, где мнение малых участников не учитывается, в Тбилиси считают капитуляцией.
Конец тридцатилетней иллюзии
Для Грузии, где курс на евроинтеграцию десятилетиями считался бесспорным, происходящее стало серьезным сдвигом. За плечами Тбилиси — соглашение об ассоциации с ЕС, безвизовый режим с Шенгенской зоной и статус кандидата, полученный в конце 2023 года. Однако попытка грузинских властей проводить самостоятельную политику — отказ от антироссийских санкций, принятие закона об иноагентах и ужесточение контроля над неправительственными организациями и независимыми медиа — вызвала жесткую реакцию Брюсселя.
Евросоюз ответил заморозкой финансовой помощи и приостановкой кандидатского статуса Грузии. К лету 2025 года диалог о членстве фактически зашел в тупик. В ответ премьер-министр Ираклий Кобахидзе объявил, что Тбилиси приостанавливает переговоры. Он выразил надежду, что к 2030 году Европа преодолеет нынешний регресс, восстановит демократию и укрепит экономику, но констатировал, что пока Брюссель демонстрирует упадок.
«Суверенитет на клубнику не меняем»
Риторика грузинских политиков заметно ужесточилась. Депутат от правящей партии «Грузинская мечта» Торнике Чеишвили прямо обвинил евробюрократию в попытке навязать «сегрегацию», при которой новые и небольшие члены союза получат максимум обязательств при минимуме реальных прав. Шалва Папуашвили сформулировал позицию Тбилиси емкой фразой: «Суверенитет на клубнику не меняем». Так он охарактеризовал требования Брюсселя присоединиться к санкциям против России под угрозой отмены безвизового режима.
В качестве альтернативы западному давлению Тбилиси приводит в пример Пекин. По словам Кобахидзе, Китай общается без высокомерия, не читает нотаций о ценностях и ориентируется только на прагматизм и взаимную выгоду.
Разворот на Восток: транзитный прагматизм
Пока отношения с Западом заморожены, Тбилиси развивает восточное направление. Летом стороны вывели грузино-китайские отношения на уровень всеобъемлющего стратегического партнерства. Кобахидзе назвал это важнейшим соглашением, напомнив, что за предыдущие три года сотрудничество уже принесло безвизовый режим, прямые авиарейсы и рост товарооборота.
Параллельно Тбилиси укрепляет связи с Центральной Азией. С Казахстаном подписана декларация о стратегическом партнерстве, ключевым пунктом которой стало развитие Транскаспийского (Среднего) коридора — транспортной артерии из Китая в Европу через Каспий и Южный Кавказ. С Узбекистаном заключен меморандум, предполагающий рост товарооборота с нынешних 270 миллионов долларов до миллиарда. Грузинский премьер впервые в истории посетил с официальными визитами Киргизию и Таджикистан, а Тбилиси принял президента Туркменистана. Фактически за несколько месяцев Грузия перестроила внешнюю политику, сделав ставку на роль транзитного узла между Азией и Европой.
Крах внешних ставок и настроения в обществе
Первоначальный расчет правящей «Грузинской мечты» строился на ожиданиях консервативного поворота на Западе. Тбилиси рассчитывал на поддержку премьер-министра Венгрии Виктора Орбана и возвращение Дональда Трампа в Белый дом. Но эти надежды не оправдались: Орбан уступил на парламентских выборах и перешел в оппозицию, а Трамп увяз в ближневосточных делах.
При этом грузинское общество в большинстве сохраняет проевропейские настроения, хотя уровень поддержки евроинтеграции снизился с прежних 85% до 71%. Протестная активность оппозиции спала, и власть, похоже, рассчитывает на усталость граждан от затянувшегося противостояния с Брюсселем.
Среди экспертов нет единого мнения о происходящем. Политолог Арчил Сихарулидзе полагает, что Тбилиси исходит из прагматичной реальности: современный ЕС не способен гарантировать Грузии безопасность и экономический рост, но требует взамен отказаться от политической самостоятельности. В свою очередь, политолог Шота Апхаидзе убежден, что действия «Грузинской мечты» — это лишь тактический торг ради повышения ставок, и в глубине души полностью отказываться от европейского пути руководство страны не планирует.
Новая реальность на перекрестке путей
Грузия оказалась в двойственном положении: Брюссель приостановил процесс интеграции, но сам Тбилиси окончательно уходить не спешит. Пока западный вектор буксует, восточное направление — в лице Пекина, Астаны, Ташкента и Ашхабада — показывает реальный интерес к сотрудничеству.
Главным ресурсом Грузии становится ее география. Транспортный Средний коридор превращается в основу новой внешней политики Тбилиси. Будь то стратегический блеф или окончательный разрыв с прежними ориентирами, Грузия больше не хочет быть просителем у дверей Евросоюза. Теперь она предлагает партнерам транзитный потенциал, оставляя Брюсселю возможность самому оценивать значимость такого соседства.
В жизни нам тоже часто приходится выбирать между престижным союзом, требующим уступок, и прагматичным партнерством на равных. Что, по-вашему, важнее в любых отношениях — сохранение полной независимости или готовность идти на компромиссы ради общего будущего?
ДЗЕН
Телеграм