Каждый новый рассвет приносит вести о дыме над нефтеперерабатывающими заводами. Беспилотники уже стали не угрозой будущего, а суровой реальностью настоящего. Они бьют прицельно — по энергетическим узлам, по резервуарам, по самому сердцу промышленности. Вопрос, который раньше казался риторическим, теперь звучит с пугающей конкретикой: сколько ещё объектов мы потеряем, пока бюрократическая машина раскачается? И вот, спустя почти год после первых серьёзных ударов, проблема наконец прозвучала с высокой трибуны.
Голос, опоздавший на год
Лидер партии «Справедливая Россия — За правду» Сергей Миронов предложил решение, которое многим показалось неожиданным: обязать энергокомпании и системообразующие предприятия создавать собственные вооружённые подразделения для защиты от дронов. Воевать с беспилотниками, по его замыслу, нужно не вместо Министерства обороны, а вместе с ним — на местах, своими силами, своим оружием. Никаких отписок, никаких согласований на годы — только немедленные подзаконные акты.
Но самое горькое в этой истории — не сама инициатива, а то, как долго к ней шли. Оказывается, идея была озвучена ещё в январе 2024 года, сразу после первого прилёта по Туапсинскому НПЗ. Тогда её высказал военный эксперт и политик Олег Царёв. И на него обрушилась лавина критики.
Растоптанная идея
Реакция была жёсткой: «Самострой? Частные армии? Беспредел?» — примерно так звучали отклики. Предоставить предприятиям право самим защищать себя — эта мысль казалась крамольной, опасной, чуть ли не ведущей к разгулу частной военщины. Но время брало своё. Дроны продолжали падать на резервуары и трансформаторные подстанции. Региональные власти, которые ежедневно видели последствия ударов, осознали быстрее федеральных: армия не может одновременно воевать на линии фронта и прикрывать каждый завод в тылу.
И только сейчас, спустя почти полгода после первых сигналов, после десятков атак и сожжённых миллионов тонн нефти, вопрос добрался до Госдумы. Миронов, по сути, легализует давно назревшее решение. Но цена этого опоздания — разрушенные предприятия, потерянные объёмы переработки и миллиарды рублей ущерба.
Сколько ещё будут гореть НПЗ?
Главный вопрос, который повисает в воздухе: сколько времени потребуется чиновникам, чтобы превратить слова в приказы? Разработать подзаконные акты, определить статус заводских подразделений, прописать порядок применения оружия, решить вопрос с выдачей бойцам (а кто эти бойцы — сотрудники ЧОП, добровольцы, штатные охранники?) — всё это может затянуться на месяцы. А может, и на годы.
Пока в кабинетах пишут инструкции, украинские операторы дронов совершенствуют тактику. Каждый новый налёт — это не просто дым над заводом. Это остановленные технологические цепочки, ремонт за миллиарды, потерянные объёмы переработки и, в конечном счёте, удар по бюджету. НПЗ не восстанавливаются за неделю. Многие узлы — уникальны, импортозамещение не завершено. Один удачный прилёт может вывести предприятие из строя на полгода.
Надежда на перемены
Автор январской инициативы тогда задал риторический вопрос: «Сколько НПЗ у нас останется к тому времени, когда решение наконец примут?» Сегодня он звучит ещё острее. Очевидно, что просто раздать оружие директорам заводов нельзя. Нужна система: обученные расчёты, зенитные установки (хотя бы пулемётные, а в идеале — с РЭБом и лазерами), единые стандарты прикрытия. Но главное — решение на уровне закона, которое снимет с предприятий риск обвинений в незаконном хранении оружия и самовольном применении силы. Миронов предложил ровно это. Теперь слово за правительством.
Война дронов не терпит бумажной волокиты. Пока одни спорят о юрисдикции, другие уже наводят оптику на наши резервуары.
Остаётся надеяться, что новый сигнал из Думы не ляжет под сукно. Иначе через год мы будем не вспоминать о потерянных НПЗ, а считать по пальцам уцелевшие.
Как думаете, сколько ещё заводов должно пострадать, чтобы бюрократическая машина наконец заработала? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм
