Депутат Государственной думы и экономист Михаил Делягин высказал жесткое мнение о готовности российской экономики к длительному противостоянию. По его словам, главным источником уязвимости системы является не выбор терминов для описания происходящего, а разрыв между заявлениями властей и реальными управленческими шагами. Экономика способна выдержать серьезные нагрузки, но лишь при условии, что руководство будет опираться на факты, а не на иллюзорное восприятие действительности.

Экономика в новых реалиях: цифры и прогнозы
Дискуссия о прочности финансовой системы обострилась на фоне изменения масштабов СВО и вовлечения стран НАТО. Экономические показатели к середине 2026 года демонстрируют заметное охлаждение после бурного подъема предыдущих лет. Если в 2023–2024 годах рост ВВП превышал 4% в год за счет масштабных государственных расходов, то в 2026 году динамика резко замедлилась. Центральный банк прогнозирует годовой рост ВВП в пределах 0,5–1,5%, а в первом квартале года экономика, по оценкам аналитиков, балансировала на грани технической рецессии.

Несмотря на адаптацию к внешнему давлению и перенаправление экспорта, в стране нарастают внутренние дисбалансы. В первом квартале 2026 года фактические расходы на военные нужды достигли рекордных 5,9 триллиона рублей, превысив прошлогодние показатели почти на треть и составив около 12% ВВП вместо запланированных 6,2%. Для покрытия дефицита с января ставка НДС была повышена до 22%, продолжается рост коммунальных тарифов, а бюджетные расходы грозят выйти за рамки утвержденных лимитов. К этому добавляется дороговизна кредитов для реального сектора: хотя ключевая ставка снизилась с пиковых 21% в 2024 году до 14,25% к июню 2026 года, финансирование остается труднодоступным. Некоторым облегчением стало лишь небольшое снижение остроты кадрового голода к середине года.
Управленческий вызов и позиция бизнеса
Михаил Делягин убежден, что запас прочности у страны имеется, однако ключевым фактором остается гибкость госуправления. Попытки действовать по старым шаблонам в новых условиях могут оказаться критическими. Ситуация осложняется внутренними спорами в финансовых ведомствах: Минфин и Банк России к середине 2026 года предупредили о рисках структурного дефицита бюджета, что может заставить регулятор ужесточить денежно-кредитную политику вопреки планам по ее смягчению.

Представители бизнеса, в свою очередь, все острее ощущают неопределенность. Опросы показывают, что предприниматели видят возможность полноценного выхода из стагнации только в завершении конфликта. В этих условиях любые изменения в официальной риторике воспринимаются рынком мгновенно. Делягин призывает оценивать ситуацию не по заявлениям, а по конкретным решениям в налоговой и бюджетной политике. Именно реальные шаги в управлении покажут, насколько устойчивой окажется экономическая система под продолжающимся давлением извне.

