Союз Андрея Кончаловского и Юлии Высоцкой часто называют одним из самых прочных в творческой среде. За внешней успешностью супругов скрывается общая боль, о которой они предпочитают не говорить публично. Уже более 12 лет они живут в двух реальностях: продолжают работать, поддерживают взрослого сына и оберегают от посторонних глаз то, что разделило их жизнь на до и после.
Встреча в Сочи и спонтанная свадьба в джинсах
Всё началось осенью 1996 года на фестивале «Кинотавр». Случайное знакомство в лифте сочинского отеля «Жемчужина» связало 59-летнего режиссера, за плечами которого было четыре брака, и 23-летнюю актрису. Высоцкая приехала на курорт с фиктивным штампом в паспорте и, по её собственным воспоминаниям, рассчитывала лишь на лёгкий флирт. Кончаловский, несмотря на обязательства перед прежней семьёй, отпустить её уже не смог.
Курортный роман перерос в совместную поездку в Турцию на съёмки фильма «Одиссея», а затем — в Англию, где Юлия поступила в Лондонскую академию музыкального и драматического искусства. Решение о браке пришло внезапно. Однажды утром режиссёр просто объявил, что они опаздывают, и Высоцкая в джинсах и футболке оказалась у дверей ЗАГСа. Расписали их без лишних формальностей, а скромное торжество ограничилось тремя бутылками шампанского и визитом отца жениха, Сергея Михалкова, с супругой.Разница в возрасте в 36 лет поначалу шокировала близких актрисы — её дедушка даже плакал, узнав об этом. Однако сами супруги говорили, что в повседневной жизни этот барьер не чувствовался.
Трагедия во Франции и годы тишины
В 1999 году у пары родилась дочь Мария, а через четыре года — сын Пётр. Девочка росла артистичной: вела кулинарную программу вместе с матерью, а в восьмилетнем возрасте сыграла в картине отца «Глянец». Но в октябре 2013 года жизнь семьи изменилась. Во время автомобильной поездки во Франции произошло тяжёлое ДТП. Четырнадцатилетняя Мария, которая не была пристёгнута ремнём безопасности, получила крайне тяжёлую черепно-мозговую травму.
С момента аварии прошло более 12 лет, и всё это время дочь режиссёра и актрисы находится в коме. Кончаловский и Высоцкая закрыли эту тему для прессы. Они не комментируют состояние дочери и не раскрывают, где она находится, оберегая семью от лишнего внимания.
Сын Пётр: самостоятельный выбор вопреки известной фамилии
Младшего сына Петра родители тоже старались оградить от внимания прессы. Высоцкая впервые опубликовала его фото в соцсетях, когда он уже стал подростком. В 13 лет он сыграл эпизодическую роль в фильме отца «Рай», но этот опыт остался единственным — Пётр быстро понял, что не хочет связывать жизнь с актёрской профессией.
Родители не настаивали на продолжении династии. В семье считали, что дети должны сами выбирать свой путь. Пётр увлекался рисованием, а затем решил стать архитектором. Поступать в МАРХИ пришлось дважды — первая попытка оказалась неудачной. Несмотря на известность родителей, молодой человек отказался от помощи и принципиально поступал сам. Сейчас 22-летний Пётр продолжает обучение в Москве.
Высоцкая признавалась, что мечтала об учёбе сына в Италии, но он сам выбрал российскую столицу, посчитав местную архитектурную школу более сильной. Юлия отзывается о сыне как о человеке с твёрдым характером:
«Не стремится тусоваться, как сверстники, не стимулирует творчество „сомнительными препаратами“ и просто шаг за шагом движется к своим целям».
Две реальности одной семьи
Сегодня Кончаловский и Высоцкая продолжают совместную работу и поддерживают друг друга. По словам актрисы, их союз — это постоянная работа, требующая компромиссов. Именно это умение находить общий язык помогло им справиться с общей трагедией.
Они продолжают работать в театре и кино, оберегают свою личную боль и находят силы радоваться успехам взрослого сына.
Преемственность поколений в известных творческих династиях часто кажется чем-то естественным, но дети не всегда хотят идти по стопам родителей. Как вы считаете, стоит ли направлять ребенка в семейную профессию или лучше сразу предоставить ему полную свободу выбора?
ДЗЕН
Телеграм