В тот вечер, когда на церемонии вручения премии «Ника» Олег Басилашвили, держа в руках заветный конверт, томительно затянул паузу, зал замер. Среди элиты российского кинематографа повисла напряжённая тишина, которую внезапно нарушил зычный окрик из первого ряда: «Короче, Склифосовский!». Мастер сцены, улыбнувшись, наконец произнёс бархатным баритоном имя победительницы в номинации «Лучшая женская роль» — Валентина Березуцкая, за фильм «Старухи».
Актриса поднялась на сцену, одетая в скромное полосатое платье, приобретённое на последние средства. Получив тяжёлую статуэтку и картонный сертификат на денежный приз, она без обиняков спросила прямо в микрофон: «А деньги где? У Михалкова на «Золотом Орле» деньги ведь дают!». Когда ей объяснили про сертификат, она что-то бравурно крикнула в зал, а вернувшись домой, едва не пережила сердечный приступ: давление взлетело до двухсот. Скорая помощь доставила триумфатора в больницу с диагнозом, который сама Валентина Федоровна позже назвала «головокружительным успехом».
Случайный путь к славе
В 1951 году судьба привела Валентину Березуцкую, дочь военного, выросшую в Северной Корее, в Москву. Её целью был педагогический институт. На вокзале, пытаясь сориентироваться, она обратилась к незнакомцу, который посоветовал сесть на двадцать пятый трамвай. Девушка послушалась, но вскоре заметила, что пейзаж за окном — железнодорожный мост, промзона — совсем не соответствовал её ожиданиям. Без тени стеснения она обратилась к попутчице с вопросом: «Скоро пединститут?», на что получила обескураживающий ответ:
«Милая, ты же в другую сторону едешь!».
Эта случайная встреча оказалась судьбоносной. Попутчицей была Зоя Кутузова, направлявшаяся во ВГИК. Валентина, решив не терять времени, вышла с ней за компанию, чтобы понаблюдать за поступлением в актрисы. Хотя Зоя, с её картавостью и привычкой путать имена, казалась Березуцкой весьма сомнительной кандидатурой для звёздной карьеры. Пока Валентина ожидала новую знакомую в коридоре института, к ней подошёл статный мужчина — декан актёрского факультета Ким Тавризян.
«А вы почему в сторонке стоите? Попробоваться не хотите?»,
— поинтересовался он.
Валентина отмахнулась, объяснив, что она будущий учитель и просто заблудилась. Однако зерно тщеславия уже было посеяно:
«В артистки зовут — с ума сойти!».
На следующий день Березуцкая вновь села на тот же трамвай и, по иронии судьбы, снова поехала в неверном направлении. Восприняв это как знак свыше, она снова оказалась у стен ВГИКа. Зои Кутузовой в списках поступивших не оказалось, но «вчерашний дяденька» Ким Тавризян вновь встретил Березуцкую в коридоре и на этот раз буквально втолкнул её в аудиторию, где проходили экзамены. Валентина, решив, что терять нечего, прочитала Маяковского, а затем исполнила песню в дуэте с другим абитуриентом — Игорем Кирилловым, будущим легендарным диктором. Оба они успешно поступили с первой попытки.
«Женщина из народа»
Новость о поступлении дочери в театральный институт повергла родителей в шок. В их представлении «артистка» звучало почти как оскорбление. Даже когда Валентина начала активно сниматься в кино, мать продолжала сокрушаться: «Зарплата маленькая, уважения никакого, лучше бы в бухгалтеры пошла». Увидев дочь на экране в скромной одежде, родители тут же выслали ей деньги, наказывая:
«Валь, что ж ты так плохо одета? На тебя же вся страна смотрит! Мы ещё пришлём! Ты только пиши, если денег не хватает».
В кинематографе ей сразу определили амплуа — «женщина из народа». В то время как её однокурсницы, красавицы Изольда Извицкая и Татьяна Конюхова, воплощали образы роковых и страстных героинь, Березуцкая играла доярок, медсестёр, соседок и водителей такси. Она не испытывала зависти к своим коллегам по одной простой причине: органично играть любовь она не умела. Любая романтическая сцена вводила её в ступор, ведь она никогда ни с кем не обнималась и, тем более, не целовалась.
Мучительный роман и горькое прощание
На съёмках фильма «Тугой узел» режиссёр Михаил Швейцер потребовал от неё в одной сцене обнять юного Олега Табакова и прижать его к себе всем телом. «Чево-о-о?» — басом загудела Березуцкая. — «Да я в жизни никого не обнимала!». Швейцер, опешив от такой девичьей неискушённости, решил продемонстрировать, как это делается. Он подошёл, обнял её… и долго не хотел отпускать. Валентина почувствовала аромат одеколона, тепло его щеки и осознала, что объятия режиссёра ей очень нравятся. Именно с этих объятий начался их странный, мучительный роман.
Швейцер был женат, но всерьёз увлёкся молодой актрисой. Он приглашал её на прогулки по Костроме, где проходили съёмки, приносил на площадку пирожки (половину которых Валентина отдавала вечно голодному Табакову), тайком целовал в висок. Жена режиссёра, Софья Милькина, работавшая на той же площадке, не могла не заметить происходящего и начала собственную войну против соперницы.
Во время съёмок сцены дойки коров, которую Березуцкая умела выполнять профессионально с детства, Милькина подошла с замечанием:
«Ты неправильно тянешь».
Валентина мысленно огрызнулась:
«Откуда тебе знать, ты корову-то первый раз в жизни видишь»,
и выразительно посмотрела на Швейцера. Тот сорвался на жену, на повышенных тонах попросив не мешать. Позже Милькина пыталась уколоть соперницу, сравнивая её с Нонной Мордюковой:
«Рожи у вас обеих как у мужиков! И зачем только в кино полезли…».
Березуцкая в ответ парировала:
«Так Мордюкову вся страна любит, а твой муж за мной хвостом ходит. Значит, есть что-то в рожах «как у мужиков»!».
Все знали о трагедии семьи Швейцера: они потеряли двоих совсем маленьких детей — двухлетнюю дочку Тину и трёхлетнего Вову. Мать Березуцкой, узнав о романе дочери, сказала:
«Валь, не надо тебе это. Оставь ты их, отойди. Там ведь с деточками у них беда, значит, проклятье на них какое-то висит».
Валентина и сама осознавала безнадёжность ситуации. Она стала избегать встреч с режиссёром, а однажды прямо сказала:
«Миша, ничего не получится».
Он молча вложил ей в руку прощальное письмо, которое она хранила всю свою жизнь.
«Старый пень» и настоящая любовь
В жизни Березуцкой было множество коллег-мужчин, но отношения с ними складывались скорее приятельские, иногда — с долей остроты. Знаменитого Георгия Юматова она видела в разных ипостасях. Трезвый, он был прекрасным человеком, но стоило ему выпить — становился страшен: глаза наливались кровью, речь превращалась в сплошной поток брани. Однажды в Крыму, во время ливня, пьяный Юматов ломился к ней в номер:
«Пойдём гулять, любимая, я тебя под пиджак спрячу!».
Валентина впустила его, отправила в душ, чтобы он протрезвел, напоила горячим чаем и выставила за дверь, пригрозив:
«Ещё одна такая выходка — и я твоей жене Музе всё расскажу! Она-то тебе мозги на место вправит!».
Настоящую любовь Валентина Березуцкая обрела не среди актёров. В 1959 году в Крыму 47-летний директор киностудии Владимир Агеев начал ухаживать за ней с трогательной старомодностью. Он был старше, трижды разведён, с небольшим животиком и обвисшей кожей. Когда Валентина привезла жениха знакомиться с мамой, та запричитала:
«Вальк, ты что?! Весь лес прошла — и дерева не нашла? Такого выбрала! Старый пень!».
Но «старый пень» оказался самым надёжным человеком на свете. Они прожили вместе три десятилетия. Агеев окружил её такой заботой, что даже скептически настроенная тёща сменила гнев на милость. Когда мать актрисы серьёзно заболела, Владимир Юрьевич не отходил от её кровати и находил для неё самых лучших врачей.
«Береги его, не упусти»,
— наказывала мать дочери.
Владимир Юрьевич ушёл из жизни в 1990 году, не выдержав распада страны — он был идейным коммунистом и воспринял крах СССР как личную трагедию.
Суровые девяностые и «Головокружительный успех»
Девяностые годы стали жестоким испытанием для семьи. Мужа не стало, а работы ни в театре, ни на «Мосфильме» не было. Дочь актрисы Полина, работавшая бухгалтером на студии, осталась без средств к существованию с двумя детьми на руках. Зять старался как мог, но денег всё равно катастрофически не хватало.
Заслуженная артистка Валентина Березуцкая добывала пропитание весьма своеобразным способом. Вместе с подругой, известной актрисой Тамарой Носовой, она отправлялась на рынок. «Ой, а мы вас знаем!» — кричали продавцы, узнавая знакомые лица. Носова кокетничала, а Березуцкая прагматично намекала: мол, артистки к быту не приспособлены, но от угощений никогда не откажутся. В итоге им нагружали сумки картошкой, баклажанами, мясом совершенно бесплатно.
В выходные дни существовал другой «промысел». В овраге у речки Сетунь «новые русские» часто устраивали пикники. Когда джипы разъезжались, из кустов выходили две пожилые женщины — Березуцкая и актриса Антонина Кончакова. Они собирали пустые бутылки, сдавали стеклотару, а на вырученные деньги покупали хлеб и молоко. Никакого стыда Валентина не испытывала — нужно было кормить внуков, и ради этого она была готова пойти на всё.
В том числе и на съёмки в рекламе. Когда ей предложили сняться в рекламном ролике знаменитой приправы, она была счастлива, ведь за работу предлагали 50 долларов — огромные по тем временам деньги. Валентина Березуцкая признавалась, что чувствовала себя нелепо, когда стояла перед камерами и напевала: «Галина бланка, буль-буль буль-буль». А потом были знаменитые «Конфетки-бараночки» для кондитерской сети магазинов. «Полвека в кино играю, а прославилась бараночками да конфетками», — с грустной иронией делилась актриса.
Заслуженное признание и последние испытания
Судьба вернула долг в 2003 году. Геннадий Сидоров пригласил Валентину Березуцкую на главную роль в фильме «Старухи». Это был настоящий эксперимент: две профессиональные актрисы и толпа настоящих деревенских бабушек. На съёмках стоял такой отборный мат, что Березуцкая не выдержала: «Гена, зачем столько чёрных слов?». «Нельзя иначе, Валентина Фёдоровна, колорит пропадёт!» — отвечал режиссёр.
Местные жительницы сначала приняли её настороженно, спрашивая: «Ты чья будешь?». Пришлось признаться, что она артистка из Москвы. Но общий язык они нашли быстро — сказывалось крестьянское происхождение Валентины. Фильм произвёл фурор. Именно за роль Феклы она получила ту самую «Нику», где требовала деньги у Басилашвили.
Внук Володя перед церемонией предлагал заказать шикарное платье для бабушки в ателье, но она отмахнулась: «Щас! Буду я на ерунду эту такие деньжища тратить! Пойду и куплю платье в обычном магазине». И пришла в полосатом платье, напоминающем домашний халат.
Последние годы жизни принесли Валентине Березуцкой новое испытание, куда более страшное, чем бедность. У единственной дочери Полины обнаружили рак лёгких в последней стадии. Полина приняла диагноз стоически: «Мам, не убивайся. С 16 лет ведь курю. Другого я и не ждала». Валентина держалась на людях, но дома выла в подушку от горя.
После ухода дочери её держала на плаву семья: зять Николай, к которому она относилась как к родному сыну, и внуки. В Испании подрастали правнучки — целых три Анастасии (чудной муж внучки назвал всех дочерей одним именем, но дома называл их по-разному: Ася, Настюша, Нана).
Валентина Березуцкая ушла из жизни в 2019 году. Она никогда не играла королев на экране, но в своей простоте, в умении выживать и искренне любить она была честнее и величественнее многих примадонн. Она была настоящей. Такой, каких в кино больше не делают.
Что вы думаете о таком жизненном пути — можно ли назвать его счастливым, несмотря на все испытания? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм