Когда Александр Вертинский после долгих лет эмиграции вернулся в СССР, спокойной жизни его не ждало. Репертуар проходил через цензуру, пластинки и стихи почти не издавались, гастроли растягивались на месяцы. Летом он выступал в жарких городах, зимой ехал в Сибирь, а иногда выходил на сцену даже без микрофона. И все же, вспоминая отца, Анастасия Вертинская подчеркивает: «Как бы отец ни уставал от этого, он никогда не жалел, что вернулся».
За границей у Вертинского были известность и публика, а в Советском Союзе — ограничения и тяжелая работа. Но именно здесь у него снова появилась русская сцена, здесь росли его дочери, а незадолго до конца жизни появилась собственная земля. По воспоминаниям Анастасии, отец был счастлив, что у него есть земля на родине.
25 лет, за которые Россия стала главной темой
К эмиграции Вертинский пришел уже известным артистом. Его путь на сцену начинался совсем не блестяще: он рано осиротел, жил бедно, пытался зарабатывать литературными текстами, искал возможность попасть в театр. Даже особенность речи — он не выговаривал букву «р» — могла казаться препятствием для сцены.
Но именно Вертинский создал образ, который невозможно было спутать с другим. Печальный Пьеро, особая манера исполнения, собственные ариетки принесли ему первую большую славу. А затем артист оказался за пределами России.
Почему он уехал, однозначного ответа нет. Анастасия Вертинская обращает внимание, что и сам отец в мемуарах не дал ясного объяснения. Его дочь размышляет о возможных причинах, но не выдает эти предположения за установленный факт.
Гораздо яснее другое: возвращения Вертинский добивался годами. Он жил и выступал за границей около четверти века, пел прежде всего для русскоязычной публики, а тема России все сильнее входила в его творчество. В 1920-е и 1930-е годы он неоднократно обращался с просьбой разрешить ему вернуться. Ответ долго оставался отрицательным.
Разрешение пришло в 1943 году, во время войны. К тому времени рядом с Вертинским была молодая жена Лидия и маленькая дочь. Возвращение перестало быть только решением артиста: вместе с ним в неизвестную для нее страну ехала семья.
Вернулся — и оказался между цензурой и полными залами
Советская жизнь Вертинского получилась противоречивой. С одной стороны, он снова мог выступать перед русской публикой и много гастролировал. С другой — его репертуар серьезно ограничивали, пластинок выпускали мало, стихи почти не печатали, а газетное внимание не соответствовало его реальной популярности.
По воспоминаниям Анастасии Вертинской, иногда для аншлага было достаточно одной афиши на здании, где должен был состояться концерт. Билеты разбирали за считаные часы. Люди старались сохранить его песни самостоятельно — в том числе делали записи «на ребрах», на использованных рентгеновских снимках.
Вертинский продолжал сниматься в кино и за роль кардинала в картине «Заговор обреченных» получил Сталинскую премию. Дочь вспоминала почти домашнюю деталь: значком лауреата отец так гордился, что носил его даже на халате.
Он выступал много и тяжело. По словам Анастасии, отец давал и благотворительные концерты — в домах престарелых, домах инвалидов, участвовал в сборах для семей, потерявших кормильцев. Но гастроли были одновременно его профессией и способом содержать дом: Вертинский понимал, что рядом молодая жена, дети и теща, и старался обеспечить им более устойчивую жизнь, чем та, которую прожил сам.
Дом, в который он возвращался с гастролей
Первые два года после возвращения семья жила в гостинице «Метрополь». Позже появилась большая квартира на Тверской.
Сам Вертинский при этом продолжал уезжать надолго. Дома его могли не видеть месяцами. Анастасия вспоминала, что возвращение отца каждый раз становилось событием: семья готовилась заранее, бабушка закупала продукты, дочери старались не встречать папу плохими отметками.
На сцене перед публикой стоял знаменитый шансонье, а дома дочери знали совсем другого человека. Он сажал Анастасию и Марианну на колени, читал им Андерсена и придумывал собственные истории. Одним из постоянных героев был кот Клафердон, якобы живший в Елисеевском гастрономе и попадавший в совершенно советские служебные передряги. Девочки, по воспоминаниям Анастасии, верили в него всерьез.
Вертинский не хотел, чтобы дочери становились актрисами. Он слишком хорошо знал изнанку профессии — съемки, поездки, жизнь в дороге. Сам он продолжал много работать и гастролировать; по словам дочери, ему была важна живая реакция публики.
Еще один важный для семьи дом появился лишь незадолго до конца его жизни. Вертинский приобрел дачу на станции Отдых по Казанской железной дороге — старый дом на большом участке. Анастасия вспоминает: «Отец был счастлив, что у него есть своя земля на родине».
Лидия поехала за ним в страну, которой почти не знала
Историю возвращения Вертинского невозможно отделить от Лидии. Они встретились в Шанхае. По рассказу дочери, Лидия сначала влюбилась в человека со сцены — в артиста, который пел о далеких берегах и казался ей почти сказочным персонажем. Потом этот человек стал ее мужем и предложил ехать вместе с ним в СССР.
Для молодой женщины это означало отправиться во время войны в страну, где она прежде не жила, причем с маленьким ребенком. Анастасия объясняет этот выбор характером матери: Лидия была романтичной и доверяла мужу почти безусловно.
Семейная история о визите к Анне Ахматовой передает это лучше длинных объяснений. Вертинский показал поэту свои стихи. Что-то Ахматова похвалила, что-то покритиковала. Лидия позднее рассказывала дочери, насколько трудно ей было спокойно выслушать критику в адрес мужа.
Но Вертинский не хотел, чтобы жизнь жены ограничивалась ролью спутницы знаменитого артиста. Он увидел ее способности к рисованию и посоветовал поступить в Суриковский институт. Лидия получила художественное образование, работала как художник, хотя массовому зрителю позднее стала известна прежде всего благодаря нескольким ярким киноролям.
После мужа она больше не вышла замуж. По воспоминаниям Анастасии, разговоры на эту тему мать не любила и память о Вертинском сохраняла до конца жизни.
Он боялся, что его голос исчезнет
У Александра Вертинского была еще одна тревога: он боялся, что после него почти ничего не останется в записи. При жизни официальное присутствие его песен было ограниченным, поэтому часть наследия существовала в несовершенном техническом качестве.
Теперь этой работой занимается Анастасия Вертинская. В публикации 2026 года она рассказывает, что реставрирует редкие записи отца, занимается сохранением рукописей и переизданием его книги «Дорогой длинною». Не каждую запись удается очистить идеально, но качество старого материала постепенно восстанавливается.
Причину, по которой Александр Вертинский когда-то покинул Россию, его дочь и сегодня не пытается свести к одному простому объяснению. Зато о возвращении она говорит без такой неопределенности: несмотря на цензуру, бесконечные поездки и усталость, отец, по ее воспоминаниям, не жалел, что оказался дома. А голос, который он боялся потерять, теперь снова возвращается к слушателям.
ДЗЕН
Телеграм