На архивных снимках взгляд первым делом цепляется за знакомые лица — за тех, кого мы привыкли видеть на сцене и в кадре. Те, кто стоит рядом, чаще остаются за краем кадра. А между тем за фамилиями Фрейндлих, Никулина, Боярского и других известных артистов стоят их матери — женщины, чьи биографии порой круче иной киносудьбы: сцена и блокада, фронтовые концерты и эвакуация, скорая помощь и библиотека вместо театральных подмостков.
Галина Пороховщикова: дворянка, которой так и не досталось сцены
Александр Пороховщиков всю жизнь носил фамилию матери — и уже одна эта деталь заставляет задержаться на её биографии.
Галина Александровна происходила из дворянской семьи и в молодости всерьёз собиралась стать актрисой. В конце 1930-х она поступила сразу на второй курс ГИТИСа: театральная Москва, занятия, большая сцена где-то впереди — дорога выглядела вполне определённой.А затем наступил 1941 год. Отца Галины приговорили к высшей мере наказания, и ей вместе с матерью пришлось покинуть привычную жизнь и уехать на Урал, в Магнитогорск. На актёрских планах поставили крест не неудачные пробы и не отсутствие способностей, а события, перед которыми личные замыслы мало что значили.
Позднее в семье появился Михаил Николаевич Дудин, ставший отчимом Александра Пороховщикова. Он был архитектором и сделал заметную профессиональную карьеру: занимал должность главного архитектора Магнитогорска, а затем Челябинской области.
К полноценной кинокарьере Галина Александровна так и не пришла — но камера однажды её дождалась.
Она появилась в фильме собственного сына «Цензуру к памяти не допускаю». Картина 1991 года была автобиографической: Пороховщиков сам выступил её режиссёром и сценаристом, а его 71-летняя мать сыграла саму себя — мать главного героя, пережившую репрессии и расстрел отца. Для женщины, когда-то поступавшей в ГИТИС, это вышло почти символично: единственная работа в кино состоялась благодаря сыну, который стал профессиональным актёром.
Лидия Германова: санитарка, глядя на которую сын вспомнил «Родину-мать»
В четырнадцать лет Лидия Германова уже работала в театре города Демидова Смоленской области — взрослая жизнь у неё началась почти неприлично рано. Она родилась в 1902 году в семье почтмейстера Ивана Германова.
Именно в том театре она познакомилась с Владимиром Никулиным: он занимался политпросветительской работой, но театром был увлечён всерьёз. Молодые люди поженились и организовали собственный передвижной театр, Владимир стал режиссёром. Вскоре родился Юрий.
Потом Никулины перебрались в Москву. Владимир Андреевич много работал, а Лидия Ивановна постепенно отошла от театра и сосредоточилась на семье — но роль исключительно домохозяйки за ней тоже не закрепилась. Когда Юрий подрос, она устроилась на скорую помощь и проработала там вплоть до выхода на пенсию.
В годы Великой Отечественной Лидия Ивановна рыла окопы под Москвой и работала санитаркой на эвакопункте. Вернувшийся с фронта в 1946 году сын едва узнал поседевшую и сильно похудевшую мать.
«Мама, ты прямо с плаката „Родина-мать зовёт!“»
До конца жизни она бережно собирала газетные вырезки о сыне и всегда смотрела его выступления из второго ряда в цирке на Цветном бульваре.
Ксения Фёдорова: блокада вместо театральной карьеры
На фотографиях Ксении Фёдоровны Фёдоровой легко заметить черты, которые спустя годы будут узнавать уже в Алисе Фрейндлих. Но судьба матери знаменитой актрисы развивалась совсем иначе.
Ксения Фёдоровна родилась в Пскове и довольно рано потянулась к сцене: участвовала в художественной самодеятельности, а после переезда семьи в Ленинград поступила на театральные курсы при Ленинградском театре рабочей молодёжи. Именно там в её жизни появился Бруно Фрейндлих — будущий известный артист. В 1934 году у пары родилась дочь Алиса.
Начало почти классической актёрской династии: отец играет, мать связана с театром, ребёнок растёт в окружении людей сцены. Но дальше вмешалась жизнь, которая сценариев не читает. Брак родителей Алисы распался, а затем началась война.
Ксения Фёдоровна вместе с дочерью осталась в Ленинграде и пережила блокаду — те самые 872 дня, которые сегодня умещаются в одну строчку биографии, а для жителей города состояли из холода, голода, воздушных тревог и ежедневного вопроса, что будет завтра.
Из блокадного города её во многом вытащила случайность. Ксения Фёдоровна работала бухгалтером на гильзовом заводе, но однажды получила прогул — в тот единственный день она за сутки собирала в ссылку свекровь и родственников с немецкими корнями по линии бывшего мужа. Работы она лишилась, а вместе с ней под угрозой оказалась и семья. Выручил молочный брат Ксении Фёдоровны: он случайно разыскал её в блокадном городе и устроил бухгалтером в ясли.
После войны возвращаться к прежней актёрской мечте она уже не стала — выбрала куда более прозаическую профессию.
Екатерина Мелентьева: Фрося Мухина, фронтовые концерты и одесская площадка
Задолго до мушкетёрской шляпы, усов и песен Михаила Боярского перед камерой уже работала его мать — Екатерина Михайловна Мелентьева. Она родилась в Ленинграде, об актёрской профессии мечтала с юности и в кино попала очень рано: в девятнадцать лет сыграла медсестру Фросю Мухину в картине Эраста Гарина «Доктор Калюжный», вышедшей в 1939 году. В фильме были заняты Аркадий Райкин, Юрий Толубеев, Мария Барабанова — имена для довоенного советского экрана более чем заметные. Затем появилась ещё одна работа — роль дружинницы в картине «Фронтовые подруги».
Казалось, кинокарьера вот-вот получит продолжение, однако экран вскоре отошёл на второй план. Главной для Екатерины Михайловны стала сцена: ленинградский Театр комедии имени Акимова, затем Театр имени Комиссаржевской. А после началась война — она выступала перед бойцами, участвовала во фронтовых концертах в блокадном Ленинграде. Слово «выступала» в таких биографиях звучит почти буднично, хотя условия были совершенно не театральными: холодный город, обстрелы, голод — и необходимость выходить к людям, которым через несколько часов, возможно, снова предстоял бой.
В конце 1940-х Екатерина Михайловна вышла замуж за актёра Сергея Боярского. В семье родился Михаил, и ради сына она на продолжительное время отодвинула карьеру. Но экран всё-таки вернулся в её жизнь.
Позднее Мелентьева снималась в картинах «Вдовы» и «Случайные пассажиры», а ещё появилась в «Д’Артаньяне и трёх мушкетёрах» Георгия Юнгвальд-Хилькевича. По одной из версий, на одесскую площадку фильма она попала потому, что приехала ухаживать за заболевшим сыном, — и режиссёр, чтобы поддержать актрису, предложил ей небольшую эпизодическую роль женщины, которая бросает тесто в гвардейцев кардинала.
Роль была крошечной, зато рядом снимался её сын.
Зоя Белова: актриса, которую знала одна Рязань
В семье Ирины Розановой театр был не красивой легендой из прошлого, а обычной работой родителей: репетиции, переезды, новые сцены, спектакли вечером. Зоя Васильевна Белова родилась в деревне Святогорово Дмитровского района Московской области, в многодетной семье, — начало, которое больших сцен не обещало. Но девочкой она уже решила стать актрисой.
В восемнадцать лет Белова поступила в Московское городское театральное училище, позднее ставшее Щепкинским. Училась у Владимира Готовцева и Василия Маркова — педагогов старой театральной школы, связанных с традицией Станиславского. А после диплома отправилась не покорять кинематографическую Москву, а в Кострому.
Именно там, в местном драматическом театре, она встретила актёра Юрия Розанова. Их союз оказался редким по меркам актёрской среды: вместе они прожили около полувека. Театральная жизнь семьи постоянно меняла географию — после Костромы были Тамбов, Пенза, затем Рязань. Для зрителей этих городов Зоя Белова стала хорошо знакомой театральной актрисой, хотя всесоюзной кинозвездой так и не была.
Кино вообще почти прошло мимо её биографии. Одним из немногих исключений стала короткометражная картина «Как зайка летал на воздушных шариках», созданная по мотивам рассказов Василия Шукшина. Зато в Рязани её знали прекрасно: Зоя Васильевна получила звание народной артистки РСФСР и стала почётным гражданином города.
Прожила она 88 лет. Уже после 84-летия Белова перенесла тяжёлый инсульт — и всё же смогла восстановиться, во многом благодаря заботе дочери, которая вложила в её реабилитацию много сил. В 2013 году актриса снова вышла на сцену Рязанского театра драмы и отыграла свой финальный бенефис.
Галина Тимошевич: сцена, Урал и библиотека в Ташкенте
Биография Галины Тимошевич словно несколько раз начиналась заново. Она родилась в семье белого офицера Яна Тимошевича и медсестры Анны Шанявской, но родителей потеряла очень рано — уже в три года осталась сиротой. После школы пришлось идти на швейную фабрику: фабрика, смены, обычная рабочая жизнь. Но параллельно существовала совсем другая мечта — сцена.
Тимошевич поступила в театральное училище при Симферопольском драматическом театре и всё-таки получила возможность заниматься профессией, к которой стремилась. Затем попыталась закрепиться в Москве — в планах был Камерный театр Александра Таирова, один из самых заметных театров того времени. Но московская попытка не сложилась, и Галина отправилась в Свердловск, в труппу областного драматического театра.
Там она познакомилась с актёром Борисом Тереховым. Они поженились, в семье родилась дочь Маргарита. Когда началась Великая Отечественная, супруги вместе с труппой Свердловского передвижного театра ездили по Уралу и выступали перед военнослужащими: сегодня спектакль в одном городе, завтра — дорога, новая площадка, новая публика.
Семейная жизнь оказалась короче творческой дороги — Галина и Борис расстались. После развода Тимошевич забрала дочь и переехала в Ташкент к родственнице, и здесь произошло ещё одно резкое изменение: актёрскую профессию она оставила. Причиной стало здоровье ребёнка — маленькая Маргарита росла болезненной и плохо переносила суровый уральский климат.
Галина Станиславовна устроилась библиотекарем в ташкентский Дом офицеров. Женщина, которая когда-то училась театру, выходила на сцену и ездила с фронтовыми спектаклями по Уралу, теперь работала среди книг.
А дочь выросла и всё-таки вернулась туда, откуда когда-то ушла мать: Маргарита Терехова стала одной из самых заметных актрис своего поколения — Миледи в «Д’Артаньяне и трёх мушкетёрах», Дианой в «Собаке на сене», героиней фильмов Андрея Тарковского. Галина Станиславовна прожила 84 года. Её собственная актёрская дорога оказалась сравнительно короткой, зато продолжилась уже в другой судьбе и под другой фамилией.
ДЗЕН
Телеграм