В 1992-м Борис Хвошнянский стоял в немецком супермаркете с флаконом дорогого парфюма за пазухой и рубашками под курткой — и ждал полицию. Гастроли, денег не хватало, а полки ломились от вещей, которых в тогдашней России было не достать. Парфюм он взял для Ольги Тарасенко: коллеги по театру, актрисы на курс старше, женщины, за которой он ухаживал настойчиво и без особого успеха.
Казалось, дальше — скандал, суд, конец карьеры. Не срослось. Полицейский его отпустил. А Ольга, узнав о случившемся, посмотрела на него другими глазами. Потом были свадьба, сын, семь лет брака, развод, молодая актриса, жизнь на два города, пропавшие часы за 700 тысяч рублей и сходство с Робертом Дауни-младшим — из-за него Хвошнянского до сих пор называют «русским Тони Старком».
Три провала, училище и побег из казармы
Борис родился 17 февраля 1968 года в Ленинграде, в семье инженеров-физиков. Отец Анатолий, мать Тамара. Техническая интеллигенция с творческой жилкой: мама играла на фортепиано, дома звучала музыка, велись разговоры о литературе. Анатолий Геннадьевич работал конструктором ракетных двигателей в НИИ, ездил на Байконур, был автором около 25 зарегистрированных изобретений и патентов.
Бориса отдали в кружок фортепиано, но гаммы наскучили быстро. В третьем классе он сам выбрал народные танцы: восемь лет на сцене, гастроли по Прибалтике, первые аплодисменты. Потом — Театр юношеского творчества во Дворце пионеров и серьёзный экзамен: стихотворение, песня, танец. Справился.
А вот с театральным вузом всё пошло наперекосяк. После девятого класса он пришёл в ЛГИТМиК, прочёл монолог, был уверен в себе — и не нашёл фамилию в списках. Оказалось, надо было ещё петь и танцевать, а он не подготовился. Через год — снова провал. Чтобы не терять время, поступил в педагогический институт имени Герцена, через полгода отчислился. Потом было музыкальное училище имени Римского-Корсакова — и оттуда ушёл. Затем армия: ремонтный батальон, казарма, дисциплина.
За несколько месяцев до демобилизации он сбежал в самоволку, чтобы снова попасть на прослушивание в ЛГИТМиК. В 1988 году его приняли — с четвёртой попытки. На курсе с ним учились Дмитрий Нагиев и Игорь Лифанов. После выпуска в 1992-м он около года играл на бас-гитаре в петербургской группе «Пепси», сотрудничал с творческим коллективом Нагиева и Сергея Роста. Дальше был театр «Время» — и Ольга Тарасенко.
Флакон за пазухой и полицейский, который понял
В театре «Время» Ольга уже служила актрисой постарше: училась на курс впереди и казалась ему ослепительной. Он ухаживал, она держала дистанцию. А потом случилась та самая поездка в Германию.
Гастроли, нехватка денег, супермаркет с красивыми вещами — и мысль: она же обрадуется. Он взял парфюм для Ольги, пару рубашек для себя и отца — и попался. Охрана вызвала полицию. Борису казалось, что всё кончено: скандал, суд, конец карьеры. Но полицейский оказался человеком понимающим. Борис объяснил, что в России нечего есть и нет таких товаров. Его отпустили.
А когда об этом узнала Ольга, что-то в ней изменилось. В семейной легенде эта история осталась так: она увидела в нём не просто красивого ухажёра, а человека, готового на безрассудство ради неё. В 1997 году они поженились. Вскоре родился сын Марк.
«Она обрабатывала квартиру от микробов»
Брак с Ольгой продлился семь лет, и счастливым он, судя по всему, был недолго. В интервью Борис позже обмолвился, что жена была одержима чистотой — обрабатывала квартиру средствами от микробов, и это вызывало у него недоумение. Дело было не только в бытовых странностях: между ними рос холод. Ольга это чувствовала, а Борис, по его собственным словам, уже не мог этого скрывать.
В 2002 году на съёмках фильма «Танцор» он познакомился с Юлией Шариковой — молодой актрисой, выпускницей театрального вуза, ученицей Олега Табакова, примерно на десять лет моложе. По его признанию, он увидел в ней «инопланетное существо» — настолько она отличалась от всех, кого он знал раньше.
Роман завязался быстро, и Ольга догадалась. В программе «Судьба человека» Хвошнянский позже рассказывал, что инициатором развода стала именно она: поняла, что происходит, и первой предложила расстаться.
Соня, Сеня и двадцать лет «присматривания»
В 2007 году Юлия забеременела. Борис подал на развод с Ольгой и начал жизнь с чистого листа. В том же году родилась дочь Соня, позже появился сын Арсений — дома его зовут Сеня. Ради детей Юлия приостановила актёрскую карьеру и посвятила себя семье.
Борис продолжал работать: Москва, съёмки, театр. Семья осталась в Санкт-Петербурге. Так и повелось: он живёт в столице, потому что там вся работа, а в Питер ездит при первой возможности — к маме, к жене, к детям. «Все как-то мирятся с моим отсутствием, куда деваться», — говорил он. Жизнь на два города стала для них нормой и, как ни странно, их не разрушила.
Официально они расписались только через двадцать лет после начала отношений. В интервью в марте 2026 года Хвошнянский назвал дату — 2023-й. Объяснял просто: первые двадцать лет они «тщательно присматривались друг к другу», а ещё боялись повторить ошибку первого брака — после тяжёлого развода с Ольгой он не хотел «попасть из огня да в полымя». Юлия не давила и не требовала штампа. В ЗАГС пошли, когда дети подросли.
«Русский Тони Старк» и сходство, от которого он устал
В какой-то момент зрители и журналисты заметили: Хвошнянский поразительно похож на Роберта Дауни-младшего. Те же черты лица, та же ироничная полуулыбка, тот же взгляд. Его стали называть «русским Тони Старком». На международных кинофестивалях иностранцы путали его с голливудской звездой, просили автографы, делали селфи.
Сам Борис относится к этому с иронией. Говорит, сходство появилось около десяти лет назад и может так же внезапно исчезнуть. «Может, скоро мы перестанем быть похожи. И стану похож на Дензела Вашингтона», — шутит он. Конкурентом Дауни он себя не считает, потому что работает в другой стране. Но внешность иногда помогает: в одном из проектов он сыграл двойника Роберта Дауни-младшего.
Часы за 700 тысяч и эфир «На самом деле»
В 2019 году разразился скандал, который надолго затмил его актёрские успехи. Из московской квартиры Хвошнянского пропали часы стоимостью 700 тысяч рублей. Борис заподозрил сына Марка — наследника от первого брака. Он пришёл в студию программы «На самом деле» к Дмитрию Шепелеву и рассказал об этом на всю страну: ключи от квартиры были только у Марка, а молодой человек как раз гостил у отца в те дни. Камеры видеонаблюдения зафиксировали кого-то в помещении.
Марк обвинения отрицал. А в ходе расследования выяснилось: часы украла помощница Хвошнянского Кристина Жукова, кастинг-директор. Сначала она сама пыталась оговорить сына актёра, утверждая, что видела украденные часы на нём, но проверка и полиграф разоблачили её. Ключ она продублировала, а украшение заложила в ломбард под фамилией Хвошнянская. Сын оказался ни при чём.
Но осадок остался. Публичное обвинение, брошенное в эфире федерального канала, не забывается. Возможно, именно этот эпизод стал одной из причин, по которой отношения Бориса с сыном от первого брака остаются сложными.
Борису Хвошнянскому 58 лет. Он продолжает сниматься: в его фильмографии — «Улицы разбитых фонарей», «Преступление и наказание», «Склиф», «Жизнь по вызову 3», «Доктор Гаф». Играет злодеев, иностранцев, обаятельных негодяев. Его лицо узнаваемо, имя на слуху. И, по его собственным словам, он счастлив в браке — пусть и на два города, пусть со штампом, который появился спустя двадцать лет, и с тем самым сходством с голливудской звездой, от которого он уже устал.
История с флаконом духов из немецкого супермаркета давно стала в семье легендой. Ольга — первая жена, с которой он развёлся, но сохранил какие-то отношения. Юлия — вторая, принявшая его таким, какой он есть. Дети — Марк, Соня, Арсений. И сам Борис: три провала в театральный, самоволка, задержание за кражу, развод, публичный скандал с часами. А ещё тот полицейский, который в 1992 году поверил, что в России нечего есть, и отпустил его.
ДЗЕН
Телеграм