В начале восьмидесятых годов в просторной московской квартире на проспекте Мира разыгрывалась сцена, далёкая от театрального блеска. В большой комнате шумела нетрезвая компания во главе с сыном хозяина дома, а в маленькой спальне, запертый снаружи на ключ, сидел 82-летний старик. На столике перед ним лежали лишь кусок хлеба и стакан воды — всё, что он успел взять до того, как дверь захлопнулась.
Этим пожилым человеком был народный артист РСФСР Сергей Мартинсон. Актёр, чьим работам аплодировали в Париже, признанный мастер эксцентрики и гротеска, которого в Европе называли «советским Чарли Чаплином». Потомок шведских баронов, выросший в роскоши Серебряного века, в тот вечер дрожащими пальцами набирал номер милиции. Он не искал мести, а лишь надеялся, что сотрудники органов припугнут распоясавшегося наследника. Однако этот звонок обернулся тем, что его сын отправился в колонию на четыре с половиной года — поступок, который артист не мог простить себе до конца своих дней.
Сын барона и домашние концерты Скрябина
Сергей Мартинсон родился в 1899 году в Санкт-Петербурге. Его отец, обрусевший шведский барон, владел фанерной фабрикой и успешно торговал драгоценными камнями, а мать принадлежала к старинному русскому дворянскому роду. Детство мальчика проходило в окружении искусства: в их доме регулярно собирались литераторы, живописцы и музыканты, а за семейный рояль нередко садился сам композитор Александр Скрябин.
Серёжа рос необычайно чутким к творчеству. В пятилетнем возрасте на новогодней ёлке он предстал в образе Снегурочки и настолько вжился в роль, что горько расплакался, когда осознал, что его персонаж — девочка. Уже в пятом классе он занимался в драматическом кружке, а позже организовал собственный любительский театр. Увлечение сценой мешало учёбе, и родителям приходилось нанимать репетиторов по французскому и немецкому языкам, но юноша думал только об искусстве.
Революция 1917 года разрушила привычный мир семьи. Отец лишился всего своего состояния, а Сергею пришлось вступить в ряды Красной Армии. После демобилизации по настоянию родителей он поступил в Технологический институт, но быстро осознал, что точные науки его не привлекают. Бросив учёбу, Мартинсон подал документы в Институт сценических искусств. Приёмная комиссия сразу разглядела его талант, хотя педагоги предупредили абитуриента: его призвание — комедийные и эксцентричные образы, а не классическая трагедия.
От сцены Мейерхольда до роли Дуремара
Получив диплом, молодой актёр выступал на петроградских подмостках в театрах «Вольная комедия» и «Свободный театр». В 1925 году его карьера сделала крутой поворот: режиссёр Всеволод Мейерхольд пригласил перспективного артиста в Москву.
В труппе Мейерхольда комедийный дар Мартинсона раскрылся в полной мере. Его пластика, склонность к буффонаде и гротеску восхищали публику. Во время зарубежных гастролей театра европейские зрители и критики дали ему прозвище «советский Чарли Чаплин».
Кинематографический дебют актёра состоялся ещё в 1924 году. За свою долгую карьеру он сыграл более чем в семидесяти фильмах. Зрителям он запомнился по ярким характерным ролям: Дуремара в сказке «Золотой ключик», композитора Керосинова в музыкальной комедии «Антон Иванович сердится» и Гитлера в картине «Новые похождения Швейка», где его персонаж вызывал одновременно и смех, и отторжение. Однако за внешним успехом скрывалась череда личных потерь.
Потери, арест любимой женщины и первый инфаркт
Мартинсон всегда мечтал о большой и дружной семье. Ещё в студенческие годы он женился на Екатерине Ильиной. У супругов родилось четверо детей, но трое из них не выжили. Единственным уцелевшим ребёнком в этом браке стала дочь Анна, родившаяся в 1928 году.
Со временем союз распался. Новой любовью артиста стала балерина Лола Добржанская — женщина весёлого и авантюрного склада, полная противоположность его первой супруге. Официально оформлять отношения Лола не желала, и они жили в фактическом браке. В 1939 году у пары родился сын Александр.
Семейное счастье оборвалось в 1946 году, когда Добржанскую арестовали по сфабрикованному обвинению в шпионаже. Её приговорили к 15 годам лагерей, откуда она так и не вернулась. О её кончине Мартинсон узнал лишь в 1955 году, когда во время волны реабилитаций пытался разыскать гражданскую жену. Это известие спровоцировало у актёра первый инфаркт. Он остался один с подрастающим сыном.
Позже Сергей Александрович предпринял третью попытку создать семью, женившись на женщине по имени Луиза. В этом браке родилась дочь Наталья, но и эти отношения закончились разводом — супруга ушла, забрав девочку с собой.
Пленник в собственной квартире и суровый приговор
Сын Александр рос без материнского тепла. Отец постоянно пропадал на съёмочных площадках и репетициях, из-за чего мальчик был предоставлен самому себе. Перенесённые в детстве потрясения и отсутствие должного контроля привели к тому, что в подростковом возрасте Александр связался с неблагополучной компанией и пристрастился к алкоголю. Он не стремился получать образование или работать, предпочитая существовать на средства отца.
К концу 1970-х годов обстановка в доме стала критической. Сын не просто злоупотреблял спиртным, но и регулярно приводил собутыльников в квартиру на проспекте Мира. Чтобы пожилой отец не мешал их застольям, Александр запирал его в комнате. Он забирал у родителя деньги, оставляя его практически без средств к существованию.
Сергей Александрович старался как можно меньше находиться дома, возвращаясь в квартиру только ради ночлега. Он долго терпел и надеялся на благоразумие сына, пока не произошёл инцидент, заставивший его вызвать милицию.
Написав заявление, артист рассчитывал, что правоохранители лишь проведут с Александром профилактическую беседу и припугнут его. Однако советское правосудие отнеслось к делу со всей строгостью. Сына актёра судили сразу по нескольким статьям — за тунеядство, грабёж и разбой. Приговор оказался суровым: четыре с половиной года лишения свободы.
Для Мартинсона это стало страшным ударом. Он не предполагал, что его попытка образумить наследника закончится реальным тюремным сроком. Пережитый стресс окончательно подорвал здоровье пожилого артиста, и он непрестанно винил себя в случившемся.
Одиночество в доме престарелых и последний фильм
К тому моменту старшая дочь Анна уже уехала за границу. Выйдя замуж, она эмигрировала в США, где построила успешную карьеру театрального и кинохудожника. Младшая дочь Наталья, выбравшая актёрскую профессию, в 1993 году также перебралась в Америку. Она изредка навещала отца, но у неё была своя жизнь за океаном.
Оставшись в полном одиночестве, Сергей Александрович принял решение переехать в дом престарелых. Его земной путь завершился 2 сентября 1984 года в возрасте 85 лет. Он ушёл из жизни, так и не успев увидеть премьеру своей последней киноработы — картины с символичным названием «И жизнь, и слёзы, и любовь».
Выдающегося артиста похоронили на Введенском кладбище в Москве. На его могиле не было близких родственников — проводить мастера в последний путь пришли лишь коллеги по творческому цеху и преданные поклонники его таланта.
Сергей Мартинсон остался в истории отечественного искусства как блистательный комик, даривший радость миллионам зрителей, но его собственная судьба оказалась глубоко трагичной. Пережив потерю троих детей в первом браке, арест любимой женщины и распад семейных союзов, на закате дней он столкнулся с самым тяжёлым испытанием — конфликтом с единственным сыном, который по его же воле оказался за колючей проволокой.
До последних дней актёр задавался вопросом, правильно ли он поступил в тот роковой вечер. Оказавшись заложником в собственном доме, униженный и обворованный родным сыном, он искал защиты, но цена этой безопасности оказалась для него невыносимо высокой. За ярким фасадом всенародного признания скрывалась драма одинокого человека, оставшегося один на один со своими сожалениями.
ДЗЕН
Телеграм