Элла Маунтбеттен, 30-летняя дочь двоюродного брата короля Ивара Маунтбеттена, вышла замуж за 30-летнего страхового брокера Фергуса Райта. Свадьба состоялась 12 сентября: церемония прошла в церкви Святого Луки в Миллэнде, Западный Суссекс, а приём — в поместье Грейт-Триппетс, доме её дяди. На торжество приехали 200 гостей, и одному из них отвели особенно важную роль.
О невесте из семьи, «богатой традициями», которая сыграла свадьбу по своим правилам, Элла рассказала Daily Mail, поделившись снимками того дня. Её крёстным отцом стал принц Эдвард, герцог Эдинбургский.
Крёстный отец подписывает реестр
Принц Эдвард, 62 года, и его жена Софи, 61 год, были среди 200 приглашённых. Именно крёстному отцу невесты поручили особую роль — подпись в реестре браков. На свадьбе была и Мадлен, 63-летняя жена Эндрю Ллойда Уэббера, бывшая спортсменка международного уровня и крёстная мать Фергуса.
«Это было действительно прекрасно. У меня там были все мои крёстные родители. Это очень много значило для меня», — рассказала Элла.
Речь, которую обычно произносит отец
Платье для невесты сшили в Ella May London: шёлковый атлас цвета слоновой кости, корсетный лиф, пышная юбка и широкий шлейф. Но главное отступление от традиции касалось не наряда. На приёме Элла сама взяла слово — роль, которую исторически отводят отцу невесты, жениху и шаферу.
В своей речи она отдала дань уважения семье — родителям, лорду Маунтбеттену, 63 года, и организатору мероприятий Пенни, 60 лет, которые расстались в 2010 году. Через год, после 17 лет брака, они мирно развелись и с тех пор остались хорошими друзьями. Ивар позже женился на 64-летнем директоре авиакомпании Джеймсе Койле в бывшем семейном доме Бридвелл-парк в Девоне — он стал первым членом большой королевской семьи, совершившим однополую свадьбу. Пенни, которая выдала бывшего мужа, теперь состоит в отношениях с руководителем медиа и маркетинга Тоби Константином, 61 год.
«Все очень хорошо ладили, — сказала Элла. — На самом деле это был рай. Буквально за весь день ничего не пошло не так».
«Когда ещё вы собираетесь собрать всех своих любимых людей в одном месте, чтобы сказать им спасибо за все усилия, которые все приложили?» — объяснила она. «Я как-то обманывала себя, думая, что не собираюсь это делать до последнего момента. Это была довольно умная стратегия, позволяющая мне не слишком нервничать». По её словам, многие подруги, на чьих свадьбах она недавно была, тоже произнесли речь: «Я подумала: я тоже хочу произнести речь».
Как пандемия свела их в Клэпхэме
Роман Эллы и Фергуса начался неожиданно во время пандемии. После университета — Элла училась в Бристоле, Фергус в Эдинбурге — они оказались соседями по дому в Клэпхеме на юге Лондона. Её запланированный переезд в Нью-Йорк ради работы на Уолл-стрит отменили. «Буквально, если бы не это, мы бы не были вместе», — говорит Элла, которая сейчас работает в партнёрстве и организации мероприятий для частной авиационной компании Flexjet.
Предложение Фергус сделал на том самом диване в их общей квартире в Клэпхэме, где всё и началось. Кольцо — бриллиант круглой огранки в два карата в жёлтом золоте, переделанный из кольца его бабушки, при участии его сестры и подруг невесты. У семьи жениха тоже есть связи с королевским домом: его мать Люсинда Клэр Бенсон — крестница принцессы Маргарет, а бабушка была фрейлиной принцессы. О помолвке Ивар Маунтбеттен объявил в своих соцсетях 26 июля.
Конфетти, Chitty Chitty Bang Bang и тиара Moussaieff
Ивар вёл дочь под венец. Сестра Лули изо всех сил пыталась сдержать эмоции во время чтения. «В конце она буквально расплакалась. Это было так мило», — вспоминает Элла. «Я думала, что заплачу, но, кажется, в течение дня ты сохраняешь свой игровой вид. На репетиции мы выплеснули все слёзы».
Из церкви молодожёны вышли сквозь облака конфетти и уехали на оригинальном автомобиле Chitty Chitty Bang Bang — мечте, которую Элла лелеяла с детства. Ради этого её крёстная мать Мэри Монтегю-Скотт даже взяла специальные уроки вождения. «Я помню, как увидела эту машину, когда была моложе, и мне захотелось уехать на ней со своей свадьбы. Так что это действительно была мечта», — говорит невеста.
Утром Элла собиралась вместе с матерью, сёстрами — фрейлинами Аликс, 28 лет, и Лули, 24 года — и подругами, а затем надела платье, созданное Эллой Мэй Сангстер, внучкой покойного миллиардера и гоночного магната Роберта Сангстера.
Образ она завершила нежной тиарой Moussaieff с мотивом листьев, а не более тяжёлым семейным украшением Маунтбеттенов — знаменитой рубиновой тиарой-кокошником Милфорд-Хейвенов, которую Пенни носила в день своей свадьбы. «На самом деле я не планировала носить тиару, — объяснила Элла. — Но бренд Moussaieff, с которым я раньше работала в The Peninsula, любезно предложил мне одолжить тиару, и она была прекрасна». К тиаре добавились серьги Boodles, одолженные у бренд-директора Онор Уэйнрайт.
Выбор оценил один из самых маленьких гостей. Когда Элла выходила из машины у церкви, мальчик-паж Уилбур Вентворт-Стэнли — трёхлетний сын актрисы Крессиды Бонас и Гарри Вентворт-Стэнли — сказал ей, что она выглядит «как принцесса». «Это был именно тот комплимент, который мне нужно было услышать перед тем, как я, шаткая и нервная, пошла к алтарю», — сказала Элла.
Грейт-Триппетс вместо проданного Бридвелл-парка
Празднование переместилось в поместье Грейт-Триппетс — дом дяди Эллы Джорджа Маунтбеттена, 4-го маркиза Милфорда-Хейвена, и его жены Клэр. Это место пришло на помощь после того, как Ивар продал Бридвелл-парк — поместье в Девоне, где Элла провела 27 лет и которое само принимало свадьбы, — всего за несколько месяцев до её помолвки.
«Это было немного неприятное время, — признаёт Элла. — Но всё получилось, потому что мой отец теперь живёт буквально рядом со своим братом. На самом деле это было идеальное место для свадьбы. Я очень благодарна своему дяде».
Приём прошёл в широком шатре с видом на поля для игры в поло, украшенном розовыми и зелёными цветами и деревьями. Пенни организовала для дочери душистый горошек, названный в её честь, — специально выращенный вне сезона для букета. Свадебный торт был башней из моти, мягких японских рисовых лепёшек: пирамида-крокембуш из пирожных моти бренда Little Moons со вкусом чизкейка, вдохновлённая прозвищем, которое Пенни дала дочери. «Мне понравился мой торт из моти, — сказала Элла. — Мама зовёт меня Моти — я одержима ими».
После выступлений гости поднялись со стульев и подпевали. Один из тостов был «За Верных»: недавний триумф Ивара в американской версии «Предателей», где он играл «Верного» вместе с Диланом — младшим братом голливудской звезды Зака Эфрона, — дал материал для шуток. Элла собиралась поднять бокал за победу отца и пошутить, что его доля призовых денег поддерживает поток напитков, но Фергус предупредил её, чтобы она не украла все его шутки. «Я позволила ему получить их», — засмеялась она.
Позже молодожёны вышли на площадку и исполнили первый танец под Adore U Фреда Again и Обонгджайара — песню, которая неоднократно звучала, когда они только начали встречаться. А ещё они обнаружили примечательное совпадение: Фергус, сам того не зная, забронировал для пары африканский медовый месяц в Тонгабези в Замбии — в том самом домике, куда Ивар привёз Пенни в свой медовый месяц около трёх десятилетий назад. «Это было совершенно непреднамеренно», — сказала Элла.
Второе платье, туман дня и фотографии кузенов
Позже вечером Элла сменила свадебное платье на блестящий топ с открытой спиной и эффектную юбку с бахромой, созданные её сестрой Лули, — та кружилась вокруг неё, пока она танцевала.
Хотя на снимках невеста выглядит так, будто всё делает спокойно, Элла признаёт: из-за масштаба торжества большая часть дня прошла как в тумане. «Честно говоря, мне бы хотелось больше присутствовать во всех моментах. Вот почему так приятно услышать точку зрения каждого на сегодняшний день».
Фотографии сделали двоюродные братья Эллы, Лара и Биззи Арнотт, которые управляют Arnott & Arnott Photography. «Это было действительно особенное — видеть их за камерой и теперь заново переживать всё это через фотографии. Они проделали невероятную работу, запечатлев этот день, — сказала Элла. — Я всё ещё чувствую, что плыву на волне».
ДЗЕН
Телеграм