Владимир Сычёв ехал по делам, и вдруг его накрыло: с ребёнком что-то не так. Тревога дикая, ничем не объяснимая.
Дома полуторагодовалая дочь Аня синела и не могла вдохнуть. В горле застряли три сушки. За плечами у Сычёва к тому дню были «Ералаш», ГИТИС, девяностые с малиновым пиджаком и роль, которая наконец сделала его знаменитым. А в ту минуту не осталось ничего, кроме ребёнка, который задыхался.

Восьмером в трёх комнатах
Москва начала семидесятых, Кунцево, самая обычная хрущёвка. Три комнаты — восемь человек: папа, мама, маленький Володя, два брата, бабушка и дядя Валя с женой. Дверь на ночь не запирали: соседи были друзьями, а проблемы решали сообща.

Володя рос дворовым хулиганом — не тем, кого боялись, а тем, кто всегда оказывался в центре событий. Энергии в нём было столько, что хватило бы на целый завод.
Эту энергию приметила ассистент режиссёра по актёрам — шла мимо, увидела шустрого мальчишку и попросила показать, что он умеет. Фотография Володи легла в картотеку, а вскоре дома раздался звонок: Борис Грачевский, создатель «Ералаша».
Мальчик пришёл домой сияющий: «Мама, папа, меня в кино зовут!» Мать, работавшая воспитателем в детском саду, ответила: «Ой, может быть, моя мечта тобой реализуется!»

Кино в этой семье было чем-то из другой жизни. Мать всю жизнь мечтала стать актрисой, отец окончил Институт культуры — а работали они в школе и в детском саду. На море сына возили единственным доступным способом: устраивались в пионерлагерь, где отец играл на баяне, а мать помогала на кухне.
Отправляя Володю на съёмки, родители рассчитывали, что кино добавит ему серьёзности и он начнёт лучше учиться. Вышло наоборот: на время съёмок его освобождали от занятий.
В «Ералаше» ему нравилось всё: интересные люди, ощущение причастности к чему-то большому. И деньги — для подростка из скромной семьи гонорары были настоящим открытием. Творчество, оказывается, может кормить. И кормить хорошо.
Съёмки, впрочем, хулиганить не мешали. Однажды он забрал со стола Грачевского справки об освобождении от школы и стал продавать их одноклассникам. В другой раз попробовал кусочек сухого льда с площадки — и попал в больницу.
Фильмов становилось больше: в 1985-м — «Зловредное воскресенье», в драме «Где ваш сын?» — роль мальчика-детдомовца, в 1986-м — «Попутчик» вместе с Валерием Приёмыховым и Александром Збруевым.
Бокс, ГИТИС и забвение
Быть ребёнком-актёром — не только слава, но и риск зазнаться. Володю выручил спорт: в старших классах он всерьёз увлёкся боксом, дзюдо и восточными единоборствами.

Привычка осталась на всю жизнь. Он тренируется до сих пор: забросишь — и старые травмы сразу о себе напомнят. На съёмки берёт жгуты и резину и занимается между сценами, пока ставят свет или его гримируют: десять-пятнадцать минут, иногда час.
После школы он выбрал ГИТИС. Поступление далось непросто, но он справился — а дальше началось то, чего у однокурсников не было. Он уже был востребованным актёром, и предложения о съёмках сыпались одно за другим.
В институте царили строгие правила. Знающие люди советовали не афишировать занятость: «Учись, молодой человек, учись. Кино никуда не денется». Он слушался — отказывался от многих интересных ролей, прятал популярность, старался быть обычным студентом.

До красного диплома не хватило одного предмета — французского. Диплом он всё-таки получил, и казалось, что путь в профессию открыт.
А потом его забыли. Режиссёры, которые раньше звонили лично, перестали брать трубку. Проекты закрывались или находили других актёров. Менялась страна — менялось и отношение к артистам.
Малиновый пиджак и долгий путь к «Физруку»
Наступили девяностые. Кино снимали мало, платили ещё меньше, театры пустовали. Сычёв выбрал не голодать ради искусства, а зарабатывать — и, если уж бизнес, то по полной программе.
«Я носил малиновый пиджак, у меня была барсетка и цепь. Это был стиль времени», — признавался он.

Позже он рассказывал об этом времени без прикрас. По его словам, ещё в студенческие годы участвовал в рэкете — и считал, что именно этот опыт пригодился ему, когда начали доверять роли людей из девяностых. Деньги он считать научился, переговоры вести тоже, рисковать умел; этот опыт называл бесценным.
Но бизнес приносил доход, а не радость. А однажды не стало и денег: Сычёв признавался, что страдал игровой зависимостью, проигрывался в казино и в итоге лишился дома и машин.
Душой он всё равно оставался в кино. Продолжал сниматься — редко, в эпизодах, в маленьких проектах, «для души». Период профессионального застоя. Он терпел и ждал, когда ситуация изменится.
И время изменилось. Появились сериалы, которые смотрела вся страна, — а в 2013 году вышел «Физрук». Сычёв сыграл Фокина, бывшего бандита, ставшего учителем физкультуры.
Здесь сошлось всё: спортивная подготовка, умение держаться уверенно, харизма, жизненный опыт. Сериал стал хитом, а Фокина зрители полюбили за прямоту и справедливость — и вместе с ним полюбили самого Сычёва.

Настоящая слава пришла к нему в 42 года. Его начали узнавать на улицах, приглашать в другие проекты, предлагать главные роли.
Женитьба за две недели до рождения дочери
Впервые Сычёв женился очень рано, в двадцать лет. Его избраннице Арине было семнадцать. Казалось, это начало красивой сказки. Через два года брак распался — без скандалов и взаимных обвинений: они поняли, что друзьями быть проще, чем мужем и женой.
После этого он не спешил. Алеся Великанова появилась в его жизни, когда Владимиру было уже под сорок.

А потом новость, которая перевернула всё: Алеся беременна. На девятом месяце.
И тут возник юридический нюанс: если ребёнок рождается вне брака, отцу приходится проходить процедуру удочерения. Для Сычёва это было неприемлемо. «За две недели до рождения дочери я узнал, что, если мы не расписаны, ребенка придется удочерять, а для меня это недопустимо», — рассказывал он.

Он поехал в ЗАГС и спросил, когда их могут расписать. «Хоть сейчас!» Позвонил Алесе: «Приезжай, я жду». Расписались без свадьбы, торжеств и гостей. Кольца он подарил позже — на Новый год.
Дочь Анна родилась в 2010 году, когда Владимиру было 39 лет.

До этого у них не получалось. Врачи говорили: «Сами не сможете, нужно ЭКО». Сычёв уже договорился с клиникой и готовился к процедуре. А потом они решили отдохнуть, поехали в Индию, отпустили ситуацию — и, вернувшись, узнали, что Алеся беременна.
«Боженька послал мне ребенка, когда я был к этому готов», — говорил он. В 2012 году родилась вторая дочь, Мария.
Три сушки
Старшую дочь оставили у бабушки, а сами поехали на рынок. Бабушка дала внучке сушки и на минуту отвлеклась. Полуторагодовалая девочка засунула в рот три сразу — третья застряла глубоко.
Сычёв в это время был в машине. Его развернула та самая тревога. Он вытащил две сушки, потом достал третью, самую глубокую. Дочь задышала. «Просто ужас», — говорил он об этом случае.
После этого он стал внимательнее и осторожнее. И всё чаще говорил, что работа, слава и деньги вторичны рядом с жизнью близких. «Все свободные и несвободные часы хочется посвящать супруге и детям», — признавался Сычёв.
Он много снимается — в сериалах, в кино, в главных ролях. Но говорит, что амбиции шире текущих проектов: считает себя драматическим артистом и мечтает о чём-то масштабном. «Хочу реализоваться в какой-нибудь исторической ленте», — говорит он.
Есть и другая сторона публичной жизни. Сычёв высказывался в поддержку специальной военной операции и говорил, что артистов, уехавших из России, «нельзя прощать».

О жене и дочерях он говорит охотнее, чем о ролях. «Работа работой, но она в любой момент может исчезнуть. Семья всегда важнее», — говорит Сычёв.
А вы бы решились стать отцом под сорок — или считаете, что всему своё время?
