Двойное имя дочери Филиппа Киркорова с самого начала несло в себе слишком много чужих смыслов. Называя ребёнка Аллой-Викторией, певец попытался увековечить память сразу о двух главных женщинах своей жизни — безвременно ушедшей матери Виктории и бывшей жене Алле Пугачёвой. Но когда девочка подросла, чужой багаж оказался ей попросту не нужен.
Сейчас 14-летняя наследница артиста настойчиво просит называть себя только Викторией. За этим решением стоит не банальный подростковый бунт, а вполне понятное желание провести черту между собственной жизнью и громким прошлым знаменитого отца.
Двойной символ из прошлого: как появилось громкое имя
Рождение девочки в ноябре 2011 года в Майами мгновенно стало топ-новостью. Артист светился от счастья и охотно рассказывал, что именно вложил в свидетельство о рождении: вторая часть имени посвящалась матери, Виктории Марковне, а первая — одиннадцати годам брака с Аллой Пугачёвой.
По праву рождения в США девочка получила американское гражданство. Первые годы она часто проводила в просторном особняке отца во Флориде, где для неё и вскоре родившегося брата Мартина обустроили всё необходимое.
Роскошная жизнь, впрочем, шла в комплекте с постоянным вниманием прессы, фамилией Киркоров и грузом символического имени, которое к самой девочке не имело никакого отношения.
«Этот человек мне неприятен»: дистанция от Примадонны
Вопросы о Пугачёвой преследовали школьницу годами. Журналисты и сетевые комментаторы то и дело пытались нащупать хоть какую-то эмоциональную связь между ней и артисткой, подарившей ей первую часть имени.
Ответ прозвучал без дипломатических реверансов. Общаясь с подписчиками на своей странице, дочь Киркорова высказалась об Алле Борисовне максимально прямо: «Этот человек мне неприятен».
Фраза тут же разошлась по таблоидам. Одни списали резкость на переходный возраст, другие резонно заметили: девочка родилась спустя годы после развода отца и совершенно не обязана испытывать нежность к чужому для неё человеку.
К тому же и сама Пугачёва в поздних интервью отзывалась о браке с Киркоровым без особого восторга — странно было ждать от подростка благоговения перед навязанным культом.
Травля в Москве и переезд в дубайский пансион
Московские школьные годы дались девочке тяжело. В столичном классе сверстники не упускали повода задеть звёздную ученицу: проходились по внешности, фигуре и бесконечным медийным скандалам с участием её отца.
В какой-то момент травля перешла все границы, и Виктория прямо сказала отцу, что больше не вернётся в этот класс. Киркоров спорить не стал и сразу перевёл детей за границу.
Новым домом стал Дубай, а школой — престижный пансион Swiss International Scientific School, где обучение каждого ребёнка обходится примерно в 6,5 миллиона рублей в год. В международной среде с английским языком и углублённым арабским никому не было дела до звёздного статуса её отца, и Виктория наконец вздохнула свободно.
Пародия на «розовую кофточку» и миллионные просмотры
Оказавшись в спокойной обстановке, Виктория завела блог. Вместо глянцевых поз подросток неожиданно показал редкую самоиронию и не побоялся шутить над самыми громкими провалами родителя.
Настоящим хитом стал ролик, где школьница с нарисованной бородой спародировала историческую пресс-конференцию отца 2004 года о «розовой кофточке». Видео мгновенно разлетелось по Сети и собрало миллионы просмотров.
Сам Киркоров творческий выпад оценил и даже похвастался, что суммарно ролики дочери набрали свыше 14 миллионов просмотров, признав, что на медийном поле она его фактически обошла.
При этом семейные границы девушка держит твёрдо: на любые попытки втянуть её в обсуждение скандалов отца она отрезает, что это исключительно его дела.
Без сцены и микрофона: почему Виктория выбирает свой путь
Если её брат Мартин охотно выходит с отцом на ковровые дорожки и посматривает в сторону шоу-бизнеса, то Виктория держится от эстрады на почтительном расстоянии.
Филипп часто отмечает её педантичность и привычку доводить начатое до идеала, но софиты и микрофон девочку не манят. Куда больше её привлекают дизайн и архитектура.
В соцсетях и в кругу друзей она давно оставила только одно имя — Виктория. В окружении семьи не исключают, что со временем отказ от первой части имени оформят и официально в документах.
Киркоров решение дочери принимает и не давит. Избавление от приставки «Алла» выглядит естественным шагом взросления — попыткой строить собственную жизнь, а не быть живым памятником чужому союзу.
Родители нередко называют детей в честь значимых людей или прошлых отношений, но не всегда задумываются, каково с этим грузом взрослеть. Как вы считаете, стоит ли давать ребёнку имя с чужим подтекстом или лучше начинать историю с чистого листа?
ДЗЕН
Телеграм
