В июле 1971 года на ступенях московской гостиницы «Россия» американского певца Дина Рида обступили репортеры и фотографы. В этой толпе он вдруг увидел светловолосую женщину из эстонской киноделегации — подошел, взял Эве Киви за руку и больше не отпускал: весь фестиваль они провели вместе. Через год актриса развелась с олимпийским чемпионом Антсом Антсоном и услышала от высоких инстанций фразу, которая задала тон дальнейшей жизни: «Дин Рид принадлежит не вам, он принадлежит всему миру».
Свадьбу им не разрешили, кооперативную квартиру в Москве певцу не продали. Встречи продолжались тайно пятнадцать лет — до июня 1986 года, когда сорокасемилетнего Рида нашли мертвым в озере на окраине Восточного Берлина. Эве Киви сейчас 88, она живет в Таллине. В ее квартире по-прежнему лежат фотографии тех дней, пластинки с записями дорогих песен и сувениры из совместных поездок.
Анника из «Сампо»: фотография, которая решила всё
Эве Киви родилась 8 мая 1938 года в городке Пайде. В детстве занималась танцем и грезила балетом, но тяжелое воспаление легких перечеркнуло планы: врачи запретили физические нагрузки и предупредили родителей, что балетные классы могут подорвать здоровье. От искусства она не отказалась — выбрала драматический театр. В 1955 году, окончив школу, поступила в студию при Государственном академическом драматическом театре имени Виктора Кингисеппа в Таллине.
Тогда же был дебют в кино: крошечный эпизод в картине «Когда наступает вечер», затем роль в ленте «На задворках». Студентка освоилась на съемочной площадке, но настоящий поворот устроил Александр Птушко, мастер советской киносказки. В конце пятидесятых он готовил совместную советско-финскую постановку «Сампо» по карело-финскому эпосу «Калевала» и искал девушку на роль невесты кузнеца Ильмаринена — нежной Анники.
Птушко увидел фотографии эстонской студентки и сразу вызвал ее на пробы в Москву. На «Мосфильме», по свидетельствам, пробовались более трехсот претенденток. Светлые волосы, открытый взгляд и северная сдержанность совпали с авторским замыслом, и режиссер утвердил ее почти сразу. Чиновники студии, по рассказам, возражали против актрисы «прибалтийского происхождения», но Птушко настоял: «Зачем мне этот дом престарелых? Я сказал, Киви будет играть!»
Снимали в Карелии и в павильонах «Мосфильма». Главной трудностью стал эстонский акцент исполнительницы: при монтаже героиню переозвучила другая актриса.
«Сампо» вышло на экраны в 1959 году и принесло Киви широкую известность — в Советском Союзе и за рубежом. Картину закупили десятки стран, включая Финляндию и США, а молодую актрису стали называть визитной карточкой эстонского кино. В том же 1959-м на «Таллинфильме» вышла спортивная комедия Юлия Куна «Озорные повороты», где Киви сыграла медсестру Эви; лента пользовалась популярностью. После этого успеха актриса вошла в штат «Мосфильма» — режиссеры звали ее, когда требовалось передать европейскую утонченность или прибалтийский колорит.
Капитан, конькобежец и сын Фред
Первый брак Киви оказался поспешным: морской капитан Виктор Анц ходил в заграничные плавания, молодая жена проводила дни на съемках. Редкие встречи семьи не создали, и супруги спокойно оформили развод.
В 1964 году на съемках документальной ленты об успехах советского спорта актриса познакомилась с конькобежцем Антсом Антсоном. В том же году он завоевал золото зимних Олимпийских игр в Инсбруке на дистанции 1500 метров и получил признание лучшего конькобежца мира. Роман завершился регистрацией брака в 1965 году: свадьба актрисы и олимпийского чемпиона стала заметным событием для Эстонии. В 1968-м в семье родился сын Фред.
Со временем наметилось взаимное охлаждение: Антс перешел на тренерскую работу, Киви продолжала сниматься. Муж отличался замкнутым, молчаливым характером, а актрисе не хватало душевного тепла. Ради сына супруги продолжали жить под одной крышей — пока случай не перечеркнул прежние планы.
Гостиница «Россия», июль 1971-го
В июле 1971 года в Москве проходил Международный кинофестиваль, и Киви прибыла в столицу в составе кинематографической делегации. На ступенях гостиницы «Россия» она оказалась посреди плотного кольца репортеров и фотографов — в центре внимания был американский певец и актер Дин Рид.
К тому времени он был фигурой с политическим весом: открыто выступал против политики властей США, пел песни протеста, пользовался признанием в Латинской Америке и странах социалистического лагеря, а советская публика встречала гостя переполненными залами.
Между ним и эстонской актрисой мгновенно возникло сильное взаимное чувство. Вернувшись в Таллин, Киви не пожелала вести двойную жизнь: рассказала Антсону о любви к американскому певцу и подала документы на развод. Антсон переживал расставание тяжело, но препятствовать решению жены не стал. В 1972 году брак был расторгнут; маленький Фред остался с матерью, хотя отец продолжал навещать сына и участвовать в его воспитании.
Рид также сообщил о намерении расторгнуть брак с американской супругой Патрисией. Влюбленные планировали сыграть свадьбу, приобрести квартиру в Москве и начать совместную жизнь; музыкант подал официальное прошение о покупке кооперативного жилья в столице. Но в советском руководстве и органах государственной безопасности видели в американце ценный политический инструмент: он был символом международного антивоенного движения и ездил по миру с левыми лозунгами. Брак с советской гражданкой и постоянное проживание в СССР, по этой логике, ослабили бы его влияние за рубежом.
Киви лично приглашали на беседы представители Министерства культуры и секретари ЦК. Прямой запрет, по имеющимся свидетельствам, озвучил секретарь ЦК ВЛКСМ Борис Пастухов: американец является международным символом антиимпериалистического движения и не имеет права связывать себя официальным браком с советской гражданкой. Формулу, которую актриса запомнила на десятилетия, ей объяснили без обиняков:
«Мне прямо сказали: Дин Рид принадлежит не вам, он принадлежит всему миру!» — вспоминала Киви.
Певцу отказали в покупке московской квартиры, а регистрацию отношений не разрешили руководящие инстанции.
Восточный Берлин, статусная жена и пятнадцать лет тайны
Вскоре зарубежные кураторы настояли на том, чтобы певец переехал на постоянное жительство в Восточный Берлин. В ГДР ему подобрали статусную супругу — родственницу руководителя республики Эриха Хонеккера Вибке Дорндек, а позже он женился на немецкой актрисе Ренате Блюме. По воспоминаниям Киви, перед этой женитьбой Рид позвонил ей и признался, что выбрал Ренату, потому что та «внешне очень похожа на Эве»; после этого обиженная актриса впервые отказала ему во встрече.
Эти союзы не разорвали связь с эстонской актрисой. С 1971 по 1986 год влюбленные тайно встречались: каждый приезд музыканта на гастроли в Москву становился поводом для долгожданного свидания. Они останавливались в номерах столичных гостиниц, часами разговаривали, отключая телефон, чтобы скрыться от внимания публики и надзора спецслужб. Рид сочинял для любимой песни, дарил подарки и надеялся, что времена изменятся.
Озеро под Восточным Берлином
Развязка наступила внезапно. В июне 1986 года тело сорокасемилетнего певца обнаружили в озере неподалеку от дома на окраине Восточного Берлина. Представители ГДР объявили происшествие несчастным случаем на воде, хотя близкие люди сомневались в этой версии. Позже, после падения Берлинской стены и открытия архивов спецслужбы «Штази», версия о самоубийстве получила официальное подтверждение: в автомобиле Рида нашли предсмертное письмо на пятнадцати страницах, в котором певец писал об отчаянии из-за семейных конфликтов и политического разочарования.
Для Киви известие из Германии стало тяжелейшим душевным потрясением и положило конец многолетней романтической истории.
Роли, «Канал 2» и жизнь в Таллине
Профессиональную деятельность актриса не прекращала никогда, и в семидесятые-восьмидесятые ее фильмография регулярно пополнялась картинами разных жанров. В 1970 году на экраны вышел детектив Вениамина Дормана «Судьба резидента», где Киви сыграла Римму. В 1972-м Птушко вновь пригласил ее в фильм-сказку «Руслан и Людмила», доверив роль рыбачки. В 1975-м Леонид Гайдай снял ее в комедии «Не может быть!», где актриса предстала в роли супруги гостя Ивана Израилевича на шумной свадьбе. В 1980 году зрители увидели ее в «Идеальном муже» по пьесе Оскара Уайльда — в роли графини Бэзилдон.
За карьеру Киви снялась более чем в пятидесяти художественных фильмах. В 1983 году за заслуги в киноискусстве ей было присвоено звание Заслуженной актрисы Эстонской ССР.
В начале девяностых привычный уклад кинематографа разрушился: государственная система проката прекратила существование, «Таллинфильм» свернул производство игровых картин. Оставшись без привычной актерской занятости, Киви не опустила руки — перешла на телевидение, где несколько лет вела передачи на эстонском «Канале 2». Спокойная манера привлекала телезрителей нового поколения.
В 2010 году актриса выпустила в Эстонии книгу автобиографических мемуаров «Ma olen elanud» — «Я жила», где подробно описала историю отношений с Дином Ридом, тайные встречи в гостиницах и закулисье советского кино. В 2013-м ее отметили Почётным знаком «За заслуги перед Таллином» за вклад в культуру.
Сегодня Эве Киви ведет спокойную и размеренную жизнь в столице Эстонии. Ей уже 88 лет, однако она сохраняет бодрость духа, ясную память и безупречную выправку, выработанную в юности во время балетных занятий. Пластику актриса категорически отвергает, предпочитая естественный процесс старения и регулярный уход за собой, а форму поддерживают занятия в спортивном клубе, который открыл в Таллине ее сын.
Фред Антсон не пошел по стопам родителей: он стал предпринимателем и успешно ведет дела. У Киви выросли трое внуков, с которыми бабушка поддерживает постоянное теплое общение. Антса Антсона не стало 31 октября 2015 года: олимпийский чемпион умер в Таллине на 77-м году жизни после скоротечной болезни.
После расставания с мужем-спортсменом и потери американского певца Киви больше не выходила замуж. Она неоднократно признавалась в интервью, что после столь сильного чувства не смогла впустить в сердце другого мужчину. В своей таллинской квартире она бережно хранит фотографии тех дней, пластинки с записями дорогих песен и памятные сувениры, привезенные из совместных поездок.
История Эве Киви и Дина Рида — о чувстве, которому не дали стать официальным, а потом оставили только тайные встречи. Стоит ли отделять такие запреты от политики, когда речь идет о частной жизни?
ДЗЕН
Телеграм