Знаменитая таёжная отшельница Агафья Лыкова не раз признавалась, что всегда стремилась к молитвенному уединению и хотела прожить всю жизнь в девстве. Однако в конце 1980-х годов тишина на её заимке у реки Еринат оказалась нарушена. Обычный помощник Иван Тропин со временем решил стать полноправным хозяином таёжного дома, превратив быт женщины в затяжное и тяжёлое испытание.

Незваный хозяин таёжной заимки
Тропина Лыкова знала давно. Он регулярно наведывался на Еринат: привозил соль, муку, продукты, необходимые в быту вещи и помогал по хозяйству. Постепенно его визиты стали постоянными, а затем мужчина предложил жить вместе.
Отшельница ответила согласием, но поставила нерушимое условие — жить сугубо «как брат и сестра», без каких-либо супружеских отношений. Но Тропина такой уклад не устроил. По воспоминаниям самой Агафьи, она долго сопротивлялась его нажиму, но оказалась в положении, из которого не могла выбраться своими силами.
Совместная жизнь быстро превратилась для Лыковой в постоянную тревогу. Мужчина проявлял грубость и часто прикладывался к горячительному. Для отшельницы, привыкшей строго следовать религиозным правилам и рассчитывать только на себя, этот разгул стал настоящим крушением привычного мира.

Записка геологам и попытка уйти в монастырь
Обстановка обострилась, когда Тропин стал настойчиво требовать от Агафьи бросить заимку и переехать в посёлок Таштып. Для неё это означало прямо нарушить наказ покойного отца Карпа Лыкова, который завещал детям никогда не уходить из тайги.
Вызвать помощь по телефону или выбраться из глухого края самостоятельно в те годы было невозможно. Желая спастись, Агафья передала местным геологам официальную записку: «Отрекаюсь от Тропина Ивана Васильевича». Когда бумага дошла до районных властей, Тропину официально запретили появляться на заимке.

Перенеся тяжелый опыт, в 1990 году Лыкова решила окончательно уйти от мирской жизни и приняла постриг в женском старообрядческом монастыре. Но пробыть там удалось лишь несколько месяцев: из-за несовпадения её строгих личных канонов с монастырским укладом она была вынуждена вернуться обратно в тайгу.

Соседи, помощники и 18 лет рядом с Ерофеем Седовым
При всём стремлении к уединению, полностью обойтись без человеческой помощи в тайге было нельзя. На заимке время от времени появлялись охотники, священнослужители, геологи и волонтёры. Помятуя об истории с Тропиным, Агафья годами просила присылать к ней исключительно женщин. Однако выдержать суровые условия мало кто мог: послушница Надежда и жительница эвенкийской деревни Александра Колмакова, покинувшая заимку осенью 2024 года, так и не смогли остаться там навсегда.

Самым долговечным соседом и помощником отшельницы стал бывший буровик геологической экспедиции Ерофей Седов. Потеряв ногу из-за гангрены, он в 1997 году переселился на заимку и прожил по соседству почти 18 лет, до своей смерти в мае 2015 года. Позже эстафету помощи перенял его сын Николай.

Цивилизация на таёжной заимке
Сегодня пожилая Агафья продолжает вести привычное хозяйство: ухаживает за животными, занимается огородом и проводит время в молитвах. Ужиться с ней по-прежнему непросто — сказывается строгий религиозный устав, особые привычки и специфический таёжный быт.
Тем не менее цивилизация постепенно приходит на Еринат. В конце 2020 — начале 2021 года бизнесмен Олег Дерипаска профинансировал строительство нового деревянного дома для отшельницы. В марте 2021 года готовую избу освятил лично предстоятель Русской православной старообрядческой церкви митрополит Корнилий. На заимку регулярно доставляют продукты и необходимую помощь, а также обеспечивают связь.

История Агафьи Лыковой остается удивительным парадоксом: всю жизнь искренне стремясь к молитвенному одиночеству, она снова и снова сталкивается с людьми, которые становятся для неё то причиной тяжёлых испытаний, то единственным спасением в суровой тайге.
Как вы думаете, реально ли человеку в современную эпоху полностью изолироваться от общества и жить в абсолютном уединении? Или в суровых таёжных условиях без регулярной сторонней помощи обойтись всё равно невозможно.
