В январе 1989 года в партком одного из московских научно-исследовательских институтов принесли невероятную для советского человека сумму — 90 тысяч рублей наличными. Это были партийные взносы всего за один месяц, составлявшие три процента от официальной зарплаты сотрудника. Бухгалтер, привыкшая иметь дело с копеечными взносами, пришла в ужас, ведь этих денег хватило бы на покупку шести дефицитных автомобилей «Волга». Так советское руководство и лично Михаил Горбачёв узнали имя Артема Тарасова — кандидата технических наук, ставшего первым легальным миллионером в СССР.
Чтобы понять масштаб потрясения, достаточно вспомнить реалии того времени. Средняя зарплата инженера или врача в Советском Союзе редко превышала 150–250 рублей, министры получали около 600 рублей, а оклад генерального секретаря ЦК КПСС составлял примерно 800 рублей. Официально накопить богатство было невозможно, а за нетрудовые доходы грозило уголовное преследование. Однако Тарасов нашел легальный способ превратить безналичные средства государственных предприятий в реальные деньги.
От купеческих корней к советскому бизнесу
Артем Михайлович родился 4 июля 1950 года в Москве. Его отец работал фотожурналистом, а мать была доктором биологических наук. По отцовской линии Тарасов происходил из известной армянской купеческой династии, среди его родственников были меценат Николай Тарасов и французский писатель Анри Труайя (Лев Тарасов). Семья помнила о своем дореволюционном прошлом, когда предки владели фабриками и особняками по всей стране.
Будущий миллионер получил фундаментальное образование. В 1972 году он окончил Московский горный институт, где играл в КВН, а позже защитил кандидатскую диссертацию. Он также учился в МИЭМ, МВТУ имени Баумана и окончил Высшие экономические курсы Госплана СССР. Карьера Тарасова развивалась успешно: он работал в НПО «Химавтоматика» под руководством будущего мэра Москвы Юрия Лужкова, а в 1984 году занял должность главного инженера объединения «Москапстройпроект». Под его руководством в столице создавали первую пешеходную зону на Старом Арбате. Тарасов умел оперативно решать сложные задачи — например, за несколько часов до открытия улицы нашел недостающие уличные светильники, избежав крупного скандала.
Когда в 1986 году в стране разрешили кооперативы, Тарасов сразу увидел новые возможности. Его первая попытка — брачное агентство «Прогресс», открытое в апреле 1987 года, — просуществовала всего несколько дней и была закрыта властями как «аморальное» предприятие. Но вскоре он создал кооператив «Техника», который начинал с быстрого ремонта импортной бытовой электроники.
Бизнес быстро масштабировался. С подачи Анатолия Писаренко, сотрудника Института криминалистики Минюста, кооператив занялся компьютеризацией московских судов. Писаренко стал заместителем Тарасова. «Техника» приобретала права на программные продукты у сотрудников Академии наук и перепродавала их государственным структурам. Затем Тарасов запустил экспорт цветных металлов и химических отходов, ввозя в СССР дефицитные компьютеры. Государственные предприятия охотно платили кооперативу миллионы безналичных рублей, которые Тарасов по закону переводил в наличные через фонд потребления.
Схема на миллионы и партийный билет
В конце 1988 года стало известно, что с февраля следующего года кооперативам запретят свободный оборот наличных, ограничив расходы ста рублями в день. Чтобы спасти средства, руководство «Техники» приняло решение выплатить за январь беспрецедентные зарплаты: по три миллиона рублей Тарасову и Писаренко, миллион второму заместителю и 700 тысяч бухгалтеру. С этих сумм честно уплатили все налоги, включая налог на бездетность, который обошелся Тарасову в 180 тысяч рублей.
Чтобы зафиксировать выплату до вступления в силу ограничений, потребовался партийный билет Писаренко. Как член КПСС, он обязан был заплатить три процента взносов от своего дохода — те самые 90 тысяч рублей. Запись в партбилете служила неопровержимым государственным доказательством легальности полученных денег. Сам Писаренко опасался последствий и просил Тарасова не раскрывать его имя публично, но партбилет отдал.
После визита в партком в кооператив нагрянули с проверками КГБ, ОБХСС, прокуратура и Минфин. Проверки длились пять месяцев, но нарушений не нашли: бухгалтер «Техники» вела отчетность безупречно. Чтобы обезопасить себя от возможного ареста, Тарасов решился на публичное признание и пришел в популярную телепрограмму «Взгляд». Несмотря на предложение журналиста Александра Политковского скрыться от камеры, предприниматель открыто показал лицо всей стране.
Новость о советском миллионере вызвала раскол в обществе. Одни требовали сурово наказать кооператора, другие предлагали назначить его главой правительства. В Минфине СССР в итоге нашли повод закрыть «Технику» за «нарушения уставной деятельности» и конфисковали средства. Тарасов оспорил это решение в Высшем Арбитражном суде и выиграл дело, но отсуженные 100 миллионов рублей государство ему так и не вернуло.
Эмиграция, политика и потерянное состояние
В 1990 году Тарасов стал народным депутатом РСФСР. Однако его политическая карьера прервалась после громкого заявления о том, что Михаил Горбачев якобы планирует передать Японии четыре Курильских острова за 200 миллиардов долларов. Против депутата завели дело об оскорблении чести и достоинства президента СССР. Опасаясь ареста и покушения, о котором его предупредили, в начале 1991 года Тарасов уехал в Лондон.
В Великобритании он создал компанию Kenmore Service LTD для работы с ценными бумагами. Какое-то время Тарасов жил роскошно, но вскоре лишился части капитала из-за обмана делового партнера Аделя Нассифа, который присвоил полтора миллиона фунтов стерлингов и объявил себя банкротом. В 1993 году, находясь за границей, Тарасов выиграл выборы в Государственную Думу по одному из московских округов и вернулся в Россию, получив депутатскую неприкосновенность. В Думе он инициировал экономическую амнистию, благодаря которой на свободу вышли 110 тысяч человек. В 1996 году он пытался баллотироваться в президенты России, но не прошел регистрацию. Из-за угрозы новых уголовных дел он снова уехал в Англию и окончательно вернулся на родину только в 2003 году.
Скромный быт семьи миллионера
Личная жизнь первого советского миллионера сложилась непросто. После официального брака и развода его фактической женой на протяжении нескольких лет была Елена Дмитрук. В 1989 году у пары родился сын Филипп. Несмотря на миллионные доходы мужа, в их доме не было прислуги. Елена сама вела хозяйство, готовила и постоянно стирала рубашки для супруга, который любил безупречный внешний вид. Их совместная жизнь продлилась всего четыре года. После спешного отъезда Тарасова за границу их отношения прекратились. Предприниматель помогал сыну, оплатил его учебу в Англии и Дубае, купил квартиру в Москве, но к Елене не вернулся. Позже она вышла замуж за другого человека, а Тарасов официально больше не женился.
Вернувшись в Россию в начале двухтысячных, Тарасов обнаружил, что его былая слава осталась в прошлом, а миллионерами в стране стали тысячи других людей. Он возглавил совет директоров Института инноваций, помогал ученым внедрять новые технологии, безуспешно пытался участвовать в региональных выборах, а в 2016 году выдвигался в Госдуму от партии «Яблоко». В последние годы он увлекался коллекционированием галстуков с изображениями рыб, писал книги и был принят в Союз писателей России.
Своего огромного состояния первый советский капиталист не сохранил: деньги ушли на суды, эмиграцию, неудачные политические проекты и действия мошенников. 22 июля 2017 года Артем Тарасов ушел из жизни в возрасте 67 лет в своей скромной московской квартире и был похоронен на Троекуровском кладбище. После его смерти выяснилось, что из наследства сыну осталась лишь доля в доме на Соколе. Елена Дмитрук позже призналась на телевидении, что они с сыном едва сводят концы с концами. Женщина, когда-то обеспечивавшая быт первого советского богача, осталась практически без средств к существованию.
Тест: Вспомните СССР по деталям: 10 вопросов для внимательных
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм
