«Здравствуй, Колька, ну как ты там, летаешь? А я проснулась. Давай с тобой поговорим»
По словам Людмилы Поргиной, именно так начинается почти каждое её утро. В интервью «Аргументам и фактам» актриса призналась, что годы после смерти Николая Караченцова не изменили главного: память о муже по-прежнему остаётся центром её нынешней жизни и публичных выступлений.
В том же интервью Поргина рассказала, что хранит особенно дорогие для неё слова Караченцова:
«Мы венчаны, я тебя жду. Возьму на руки, и будем с тобой летать».
Для неё это уже не просто воспоминание, а часть сегодняшнего дня. Поэтому почти каждый разговор о настоящем неизбежно возвращается к истории их семьи.
По словам актрисы, это чувство возникло ещё при первой встрече с будущим мужем. Увидев Караченцова на сцене, она сразу поняла, что встретила именно того человека, которого искала. Позже Поргина вспоминала, как, взглянув на люстру, мысленно пообещала себе: если не выйдет за него замуж, то «повесится на этой люстре». Сегодня этот эпизод звучит уже не как романтическая легенда молодости, а как начало истории, определившей её дальнейший публичный образ.
Любовь, которую сопровождали испытания
Воспоминания Поргиной редко похожи на красивую семейную сказку. Вместе с рассказами о любви она неизменно говорит и о том, через что пришлось пройти рядом с одним из самых популярных артистов страны.
В интервью «Миру новостей» актриса вспоминала, что поклонницы Караченцова порой проявляли настоящую агрессию. По её словам, в неё бросали кирпичи и гвозди, а стены подъезда, где жила семья, были исписаны стихами влюблённой поклонницы. В итоге, рассказывала Поргина, ремонт подъезда пришлось делать за собственный счёт. Сам Караченцов, по её воспоминаниям, объяснял происходящее спокойно: люди любят не его самого, а созданных им персонажей.
Ещё тяжелее для неё оказался период болезни мужа. Тогда в её адрес звучали упрёки за то, что она продолжала появляться вместе с ним в театре и на мероприятиях. На это Поргина отвечала коротко:
«Не я таскаю, а он таскает меня!»
По её словам, после реабилитации Караченцов сам хотел вновь приходить в театр, даже если уже не мог выйти на сцену. Для него было важно оставаться рядом с тем миром, который составлял смысл его жизни.
Именно через такие эпизоды Поргина сегодня объясняет свои поступки и отношение к памяти о муже — не как к красивому воспоминанию, а как к части собственной жизни.
После «Ленкома» жизнь изменилась окончательно
Следующей большой границей стала жизнь уже без Караченцова. По словам Поргиной, после смерти Инны Чуриковой она решила уйти из «Ленкома». Объясняя этот шаг, актриса говорила, что почувствовала себя одинокой: рядом больше не было тех, с кем была связана целая эпоха театра. Она перечисляла имена Александра Абдулова, Олега Янковского, Николая Караченцова, Евгения Леонова и Леонида Броневого, признаваясь, что для неё всё изменилось.
Уход из театра сопровождался и публичным конфликтом. Как сообщал телеканал «360» со ссылкой на высказывания Поргиной, она выступала против Марка Варшавера, считая, что театр должен возглавлять художественный руководитель, а не директор. По её словам, помещения можно было использовать для музея, а не сдавать в аренду, кроме того, она говорила, что осталась без ролей. По сообщению телеканала, конфликт с руководством неоднократно обострялся.
Почти одновременно ей пришлось бороться уже за собственную жизнь. «Я почти год провела в больнице, борясь за свою жизнь! Я 13 лет боролась за жизнь Коли, и год за свою, чтобы выстоять», — рассказывала Поргина. В этой фразе она сама поставила рядом два самых тяжёлых периода своей судьбы.
Позже актриса переехала в Дубай. Но даже вдали от Москвы главным героем её публичных воспоминаний продолжал оставаться Николай Караченцов.
Новая жизнь всё равно возвращает её к прошлому
Рассказывая о сегодняшнем дне, Поргина говорит не только о воспоминаниях. По её словам, у неё есть пенсия, помощь сына и средства, оставшиеся после Николая Караченцова. Как пересказывал телеканал «360», Дубай связан для неё и с приятными воспоминаниями, поэтому её нынешняя жизнь состоит не только из прошлого, но и из обычных повседневных забот.
Но даже когда речь заходит о настоящем, разговор снова приводит её к театру. Поргина признавалась, что всякий раз говорит:
«Коленька, я иду в наш дом».
Именно там, по её словам, она продолжает ощущать присутствие мужа.
В одном из интервью Людмила Поргина подвела итог этой истории простой фразой:
«Наша жизнь с ним — один день счастья!»
Она больше не служит в театре, живёт в другой стране и рассказывает о повседневной жизни, однако все эти темы вновь сходятся в одной точке — памяти о человеке, с которым, как она сама говорит, её связало не только прошлое, но и вера в будущую встречу.
ДЗЕН
Телеграм