Людмиле Браташ было 56, когда 15 февраля 2016 года она умерла в московской квартире.
К тому времени она была первой и единственной в российской истории владелицей авиакомпании. Несколько квартир в Москве, загородный дом, недвижимость в Париже — туда Браташ в итоге и переехала. Близкие при этом называли ее несчастной: денег и времени было хоть отбавляй, а любви на всю жизнь, уютного дома и семьи так и не появилось.
Смерть московской бизнесвумен быстро затерялась бы, если бы в этой истории не появился Никита Джигурда. Он предъявил права на ее состояние — и на несколько лет память о Людмиле Браташ стала предметом публичного спора.
От Минска до чартеров для олигархов
Люда родилась в Минске, в обычной семье. Отец был военным, кроме нее родители воспитывали сестру Светлану. В детстве девочка занималась музыкой, а после школы выбрала журналистику и уехала в Москву.
Диплом она еще не получила, когда устроилась в пресс-центр МИДа. Там Людмила проработала несколько лет. Практичный, острый ум у нее сочетался с миловидностью: Браташ была эффектной симпатичной блондинкой.
После развала Союза она получила в пользование несколько воздушных судов и занялась перевозкой новоявленной элиты — артистов и бизнесменов. Рейс на частном самолете стоил немалых денег, но выручку Людмила не разбазаривала.
VIP-перелеты шли через созданную ею компанию «Al Air». Летчик Михаил Марков вспоминал, что в 1990-е Браташ была ключевым посредником для элиты и олигархов. Среди ее клиентов он называл Бориса Березовского. Комиссия доходила до 30 процентов — 10–12 тысяч долларов с рейса. Рядовые авиаброкеры зарабатывали 2–3 процента.
Откуда у бывшей журналистки взялись деньги на аренду самолетов, в ее окружении объясняли связью с кем-то из высокопоставленных лиц. Подтверждений этой версии не приводилось.
На скопленные деньги Браташ приобрела несколько квартир в Москве, загородный дом и недвижимость в Париже. Туда со временем и переехала.
Миллиарды, которые не купили любви
В Париже, где жизнь, казалось бы, должна была стать сказкой, все пошло иначе. Дни вытянулись в скучную череду, неотличимую один от другого. Миллиардные доходы она получала легко, а добиться от людей настоящей любви и дружбы не могла.
Мужчины рядом появлялись. Но, как считали близкие, смотрели не на нее, а в ее кошелек. Крутились в основном альфонсы из числа пилотов компании. Те, кто по уровню дохода мог с ней сравниться, интересовались другими женщинами — в основном моделями.
Браташ хорошо знала цену «коллегам по цеху» и мечтала о нормальном мужике, пусть и не слишком богатом. Но такого не было даже на горизонте. Она довольствовалась теми, кто казался более или менее подходящим. А они пользовались ее деньгами, связями и изменяли почти в открытую.
С годами, по свидетельству близких, она пристрастилась к спиртному. Жизнь становилась только пустее, несмотря на выгодно вложенные миллиарды. К тому же бизнес угас: почти у всех толстосумов появились личные самолеты.
С сестрой Светланой, оставшейся в Минске, Людмила последние пять лет почти не общалась. Светлана рассказывала, что затаила обиду: сестра не приехала на похороны их матери. Сама она не могла часто выбираться в Москву — долго ухаживала за тяжелобольной матерью, а Людмила высылала им финансовую помощь.
Крестник, карма и шумные застолья
По-настоящему близкими людьми для Браташ оказались не родственники, а семья ее водителя Дмитрия. Она подружилась с его женой Лианой, поддерживала двух их дочерей. Эти люди провели рядом с ней около двадцати лет — до самых последних дней.
Кроме них — сестра и пара подруг. Одной из них была фигуристка Марина Анисина; вместе с Леной Лениной Браташ коротала дни и всячески их поддерживала. Позже в число друзей попал и Никита Джигурда.
Джигурда и Анисина жили в ее доме как близкие люди и нередко получали в подарок крупные суммы. Практичная Браташ не была транжирой, но ради друзей готова была на многое. Водитель потом прямо говорил, что ловкий артист пользовался ее щедростью как мог и не упускал случая устроить шумное застолье.
По версии окружения Браташ, Джигурда внушил ей, что его сын от Анисиной — кармическое воплощение ребенка, от которого Людмила избавилась в молодости, прервав беременность. Женщина с радостью стала крестной малыша и привязалась к его родителям еще больше.
Февраль 2016-го: две версии одной смерти
В полицейском отчете было сказано коротко: женщина упала на пол у себя дома и разбила голову. Бездыханной Людмилу нашел водитель. Официальная судебно-медицинская экспертиза уточнила картину: 56-летняя Браташ скончалась 15 февраля 2016 года в московской квартире от оторвавшегося тромба, а травму головы получила при падении.
Через два года после ее смерти Джигурда обнародовал данные стороннего заключения. По ним причиной смерти якобы стала черепно-мозговая травма с переломом основания черепа, полученная в результате насильственных ударов.
Хоронили Браташ не так, как хотела ее сестра. Водитель Дмитрий Куронов организовал похороны на семейном захоронении Куроновых на Коломенском кладбище в Москве, хотя Светлана настаивала на Минске.
Завещание без оригинала
Из наследников у Браташ осталась только сестра, жившая в Минске. Усыновить детей, как когда-то собиралась, бизнесвумен не успела. Светлана спокойно получила бы причитающиеся миллиарды и квартиры, если бы снова не объявился Джигурда.
Артист предъявил юристам завещание, по которому Браташ все свое состояние оставляла его семье. Больше того, заявил, что его с Анисиной подруга стала жертвой своего же домашнего персонала. Закрутилось следствие, потянулись судебные тяжбы.
Спустя два года разбирательств наследство едва не отошло Джигурде, но Светлана продолжала бороться. Противостоять упорству артиста, который пускал в ход все, чем владел, включая оккультные практики и гипноз, оказалось непросто. В какой-то момент женщина призналась журналистам, что стала опасаться за свое психическое здоровье.
В конце 2016 года Джигурда выложил в Сеть интимные записи с участием Браташ. Он утверждал, что с 1999 года находился с ней в «сексуально-духовной связи», а публикация должна была доказать отсутствие насилия и обоюдный характер их отношений. В ходе тяжб Джигурда также публично обвинял водителя Браташ в том, что тот спаивал предпринимательницу и похитил ценности из ее сейфа.
Только в ноябре 2022 года Московский городской суд окончательно лишил Джигурду и Анисину прав на наследство. Оригинал завещания за все годы так и не представили. А факт составления документа в США в 2010 году был оспорен материалами о том, что Браташ тогда в США не въезжала.
В марте 2024 года Кунцевский суд Москвы дополнительно взыскал с Джигурды и Анисиной 500 тысяч рублей судебных расходов в пользу сестры покойной — Светланы Романовой. Наследство Браташ осталось за той, с кем она почти не разговаривала последние пять лет своей жизни.
ДЗЕН
Телеграм