Со дня ухода из жизни Александра Градского, одного из самых ярких и самобытных талантов отечественной сцены, прошло уже более четырех с половиной лет. Он покинул этот мир в ноябре 2021 года, оставив после себя не только богатое творческое наследие, но и многомиллионное имущество, ставшее камнем преткновения для его наследников. Казалось бы, времени было достаточно, чтобы мирно разделить нажитое, но этого так и не произошло.
Его близкие до сих пор ведут ожесточенные судебные баталии. В центре конфликта оказались старшие дети маэстро — сын Даниил и дочь Мария, а также их мать, третья супруга артиста Ольга Фартышева. Их претензии направлены к последней спутнице жизни Градского, Марине Коташенко, которая родила Александру Борисовичу двоих младших сыновей.
Эта история — наглядное напоминание о том, как отсутствие четкого завещания может обернуться настоящей драмой для тех, кто остался. Борьба за наследство превратила некогда единую семью в противоборствующие стороны, где каждый отстаивает свою правду.
Первая семья: Любовь и обещания
В 1980 году Александр Градский связал свою судьбу с Ольгой Фартышевой. Ему было тридцать, и он всей душой стремился к отцовству. Ольга, моложе артиста на одиннадцать лет, подарила ему двоих детей: в 1981 году на свет появился Даниил, а в 1986-м — Мария. Этот брак, ставший третьим для музыканта, продлился двадцать один год.
Неожиданно для многих, инициатором разрыва стала Ольга, а не прославленный композитор. Ее сердце покорил другой мужчина, и она приняла решение уйти. В 2001 году Александр и Ольга мирно оформили развод, а дети остались жить с отцом в его роскошном доме, где о быте заботился нанятый персонал. В тот момент, окрыленная новыми чувствами, Ольга не проявляла особого интереса к разделу имущества. Более того, бывшие супруги дали друг другу обещание никогда больше не вступать в брак.
Спустя годы Даниил Градский вспоминал о матери как о примере честности. Он рассказывал, что после расставания с отцом она не стала претендовать на раздел имущества, поскольку между ними всегда царило взаимопонимание. Ольга была уверена в неприкосновенности своей доли, но юридически ее право оказалось нарушено, когда отец ушел из жизни, и эта доля перешла в наследственную массу. «Папа всегда говорил маме, чтобы она не переживала, ее доля всегда останется за ней», — делился Даниил.
Судьбоносная встреча: Красавица из Киева
Развод с Ольгой открыл новую страницу в личной жизни Градского, где появилась Марина Коташенко. Ей едва исполнилось двадцать лет, когда она, уроженка Киева, приехала в российскую столицу с мечтой о модельной карьере. Александр Борисович, которому на тот момент было около пятидесяти пяти, встретил ее совершенно случайно.
Позже музыкант вспоминал, как увидел Марину на улице, подъехал к ней на машине, пораженный ее «небесной красотой». Он понимал, что был не в лучшей форме для знакомства — грязный, после стройки, но решил, что не простит себе, если не попробует. Тогда он произнес фразу, ставшую легендарной: «Девушка, у вас есть шанс прикоснуться к истории». Марина, не узнав знаменитость, все же взяла его номер и перезвонила спустя две недели, положив начало долгому роману.
Девушка вскоре поселилась в доме Александра Борисовича. Новая избранница отца, однако, не нашла отклика в сердцах его старших детей. Даниил и Мария жили под одной крышей с Мариной, но старались избегать ее, сохраняя дистанцию.
Новая глава: Рождение сыновей
Союз Марины Коташенко и Александра Градского увенчался рождением двоих сыновей: в 2014 году на свет появился Александр, а в 2018-м — Иван. Несмотря на появление общих детей, музыкант долгое время не регистрировал отношения с Мариной.
Сам Градский не раз высказывался о своей избраннице, признаваясь, что она могла бы найти партию гораздо выгоднее: «Я далеко не самый богатый человек, на которого могла бы рассчитывать Марина. С ее данными она способна заинтересовать мужчину намного богаче, моложе и красивее, чем я. Поэтому мне удобнее считать, что ей нравится быть рядом именно со мной».
Возможно, Александр Борисович держал слово, данное Ольге Фартышевой после их развода — обещание больше не вступать в брак. Так или иначе, их отношения с Мариной оставались неофициальными на протяжении семнадцати лет.
Последний аккорд: Брак на закате жизни
На закате жизни здоровье маэстро резко ухудшилось. Последние месяцы стали для него настоящим испытанием: обострились хронические заболевания, и он чувствовал себя крайне плохо. Доходило до того, что на съемки популярного шоу «Голос» его приходилось ввозить на каталке, ведь из-за критически низкого давления он не мог передвигаться самостоятельно.
Всего за месяц до своего последнего вздоха музыкант принял неожиданное решение: он все-таки женился на Марине Коташенко. Регистрация брака была выездной и состоялась прямо на дому у хворавшего Градского. Его сиделка Нигора Фазилова вспоминала, что Александр Борисович строго-настрого запретил ей кому-либо рассказывать об этом событии.
«Александр Борисович не мог сидеть, он лежа зарегистрировался. Я захожу, он говорит: «Нигора, не хочешь меня поздравить? Мы зарегистрировались». Сделала вид, что удивилась, поздравила. Марина немного посидела и уехала. Первую брачную ночь Градский провел со мной», — с грустью шутила Нигора Фазилова.
Возможно, Градский предчувствовал скорый уход. Он действительно прожил лишь около месяца после регистрации, успев позаботиться о будущем Марины. Младшие дети, Александр и Иван, и так были обеспечены, поскольку записаны на его имя, но брак давал Марине статус законной вдовы.
Тайны миллионов: Ограбление или инсценировка?
Еще при жизни Александр Градский позаботился о своих старших детях, обеспечив их квартирами в центре Москвы. Однако ни старших детей, ни Ольгу Фартышеву не удовлетворило первоначальное распределение наследства, что и стало причиной бесконечных судебных разбирательств. Помимо прочего, они выдвинули серьезные обвинения против законной вдовы, Марины Коташенко.
Ее подозревали в попытке скрыть часть наследства — 105 миллионов рублей. Марина хранила внушительную сумму — 105 миллионов рублей — наличными в мешках, и вскоре стала жертвой ограбления. Однако многие сомневались в подлинности произошедшего, подозревая Коташенко в инсценировке собственного похищения денег.
Даниил Градский рассказывал, что апелляционный суд признал эти деньги частью наследственной массы. Тем не менее, суд обязал Коташенко вернуть лишь пять миллионов, которые, по ее словам, были возвращены ей грабителем. «Самое забавное, что этот вор — двоюродный или троюродный брат сотрудника, который работал у Коташенко на территории объекта и участвовал в строительстве дома. Именно его и взяли. И он же «вернул» деньги», — делился Даниил. Остальные сто миллионов, по его словам, исчезли вместе с подельниками грабителя.
Битва за доли: Под сомнением даже отцовство
Судебные решения изменили расклад: если раньше вдове и ее детям присуждали 70% наследства, то теперь большая часть — 70% — отошла Ольге и ее детям. Юрист старших наследников, Шота Горгадзе, с торжеством заявил, что «старшие дети и первая супруга Александра Градского в совокупности получили около 70% наследуемого имущества».
«Это только начало, потому что у нас в судах еще серия дел, в том числе об оспаривании отцовства в отношении младшего сына, в родстве которого с Александром Градским есть большие сомнения!»
— подчеркнул адвокат.
Однако самое шокирующее заявление касалось младшего сына маэстро, Ивана. Даниил Градский открыто выразил желание выяснить принадлежность младшего Вани к их семье. Он отмечал, что с Сашей, старшим братом Вани, проблем нет: ему проводили ДНК-экспертизу в Америке, и известно, что он является сыном Александра Борисовича. У Саши, по словам Даниила, папины глаза и близорукость, тогда как Ваня совсем не похож на отца.
Дневник и обвинения: Цена отношений
Адвокат Горгадзе не в первый раз обрушивается с критикой на вдову в этой наследственной войне. Ранее он уже обвинял ее в меркантильных устремлениях, намекая на «ушлость юных особ, случайно оказавшихся на трассе».
Особый резонанс вызвали страницы личного дневника Марины Коташенко, ставшие достоянием общественности. В нем она, по словам Ольги Фартышевой, сравнивала Градского с «мешком золота», который «жалко бросать». Марина без обиняков расписывала свои стратегии по завоеванию музыканта и цели, которых она добивалась.
«Последняя фраза, я помню: «Полюби его, как раненое животное, и добей»»,
— цитировала Ольга Фартышева записи из дневника.
Хотя дневниковые записи не могут быть приобщены к делу как прямое доказательство, Марина Коташенко прожила с Александром Градским семнадцать лет. Тем не менее, Горгадзе заявил о намерении инициировать дело по признанию ее недостойной наследницей. «Ну и уголовную составляющую по краже имущества из наследства Александра Градского со стороны вдовы я тоже не стал бы исключать!» — резюмировал адвокат, предрекая новые витки борьбы.
Эта нескончаемая война всех против всех продолжает разгораться, и чем дольше она длится, тем сложнее сохранять сочувствие к участникам. Общественное мнение разделилось: одни считают, что несправедливо «обирать» малолетних детей Градского, другие же полностью на стороне старших наследников, убежденных в своем праве на справедливый раздел имущества.
В этой многолетней драме, полной обвинений, интриг и судебных тяжб, лишь одно остается неизменным — самому музыканту, Александру Градскому, уже все равно. Он покоится с миром, пока его наследие продолжает быть причиной ожесточенных сражений между самыми близкими людьми.
Какая из сторон, по вашему мнению, имеет больше прав на наследство в такой сложной ситуации? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм