Татьяна Доронина живёт в подмосковном геронтологическом центре. Под круглосуточным присмотром. Ей 93. Интервью она почти не даёт, на улицу выходит редко, а глаза прячет за чёрными очками. Те, кому ещё позволено быть рядом, говорят: большую часть времени актриса проводит в своих воспоминаниях.
Однажды она сама сказала об этом — коротко, без пощады к себе: «Я вспоминаю детей, которых не родила. Которых погубила. Ту девочку и того мальчика». Пять браков, десятилетия на сцене, 31 год во главе МХАТа имени Горького — и эта фраза как итог. Вся её судьба — череда выборов, которые она делала снова и снова, и цена, которую за них платила.
На сцене она умела останавливать время. Немногие так могли. Низкий, грудной голос заполнял зал от партера до галёрки — он не просил внимания, он требовал. Сцена была для неё не работой, а способом жить. Ей Доронина и отдала почти всё.Дом, где пахло сеном и типографской краской
12 сентября 1933 года, Ленинград. У Василия Ивановича и Анны Ивановны Дорониных, выходцев из ярославских крестьян, родилась девочка. Ей суждено было стать одной из главных актрис русской сцены. Отец — слесарь, ветеран трёх войн, прошёл Первую мировую и Гражданскую — приносил домой газеты. Детство пахло типографской краской, а летом — свежим сеном, когда семья ездила к родне.
Жили в коммуналке. Соседей — пятеро: гул голосов, шипение примусов, общие коридоры. Для Тани это был дворец. Отец читал дочерям на ночь не сказки, а «Овода» и Пушкина. То время она вспоминала как страну без мороза, голода и потерь: «только ёлка со шпилем, милые лица моих родных». И отца — с его прямой лёгкой походкой и присказкой «Какая благодать». Эти слова она пронесла через всю жизнь, будто щит.
А потом уличный репродуктор голосом Левитана прохрипел то самое слово. «Я стояла в толпе вокруг длинного серого репродуктора, я держала папу за руку, чувствовала, как рука из горячей сделалась совсем холодной… Папа наклонился и сказал: „Беги, скажи мамке, что Гитлер напал. Да не пугай сразу-то“», — вспоминала она. Тот день, когда светлое окно их жизни навсегда стало тёмным.
Мать увезла её из блокадного Ленинграда в эвакуацию — в город Данилов Ярославской области. После Победы семья привезла оттуда козу. Так спасались от послевоенного голода.
Девочка с косами, которая скрыла возраст
В пятнадцать она решила покорить Москву. Скрыла возраст и пришла на прослушивание в Школу-студию МХАТ. Комиссию из великих стариков взяла природным, почти звериным магнетизмом. Обман вскрылся, когда потребовали документы. Девочку отправили доучиваться. Но спичка уже была зажжена.
В 1956-м она получила диплом. Настоящая буря ждала её в Ленинграде, в БДТ, куда её позвал Георгий Товстоногов. «Доронина, вы на сцене едите воздух! Вы забираете на себя весь кислород из этого здания!» — кричал он на репетициях. Настену в «Варварах» и Софью в «Горе от ума» она играла так, что мужчины в зале забывали дышать. Товстоногов ревновал её к успеху, труппа — к её дару.
Пять мужей, ни одного построенного дома
Личная жизнь Дорониной — не бульварный роман, а череда расставаний. Каждый раз она сносила построенный дом до основания. Первым мужем стал Олег Басилашвили. Их комсомольская свадьба была вызовом: ни колец, ни белого платья — только два упрямых таланта. Они прожили восемь лет. «С какого-то времени я как личность стал для Татьяны Васильевны неинтересен. Она нашла более привлекательных людей, проводить время с которыми ей стало приятнее», — говорил он спустя десятилетия.
Вторым был Анатолий Юфит — профессор и интеллектуал, бросивший ради неё невесту-балерину. Он смотрел на неё снизу вверх, а ей нужен был равный. Третьим — драматург Эдвард Радзинский, чьи пьесы ставили по всей стране. Увидев её на сцене БДТ, он был поражён. «Это было невероятно! Такое явление! Любовь накрыла в секунду!» — признавался он. Ради неё Радзинский оставил жену и сына.
Ради него Доронина оставила БДТ и уехала в Москву, во МХАТ. Потом называла это предательством собственного театра: «Уехав, я наступила себе на горло и совершила предательство по отношению к театру. Это моя ошибка!» — каялась она.
Четвёртым мужем стал Борис Химичев — единственный, кто пытался построить с ней нормальный быт. «Однажды сервиз на шесть персон грохнули. Единственное, чем Татьяна не могла в меня запустить, — это книга», — усмехался он в воспоминаниях. Пятым — Роберт Тохненко, работник ЦК ВЛКСМ и Главного управления нефтепромышленности. Познакомились в дачном кооперативе «Актёр». Прожили вместе десять лет, с 1975 по 1985 год.
Близнецы, которых она не родила
Именно с Химичевым разверзлась главная пропасть: он мечтал о детях, а Доронина снова выбрала сцену. Но самый тяжёлый выбор случился раньше — ещё в браке с Басилашвили. Она забеременела и уже на большом сроке решилась на прерывание. «Когда всё было кончено, женщина-хирург сказала: „Жалко, двое у тебя были. Близнецы. Девочка и мальчик“. Я предала их. Я совершила первый страшный грех, который не прощается», — говорила актриса.
В прессе позже писали, что толчком стала не только карьера. Доронина узнала об измене Басилашвили с актрисой Татьяной Пилецкой на съёмках фильма «Невеста» в Муроме.
Борис Химичев утверждал: и в их браке она дважды отказывалась рожать — искусство было выше материнства. Колыбель в её доме так и осталась пустой.
Тридцать один год во главе МХАТа
В 1987 году страну трясло перестройкой, и великий МХАТ раскололся надвое. На одном осколке остался Олег Ефремов с поисками нового языка, на другом — Татьяна Доронина. Она взяла в руки МХАТ имени Горького и правила им железной рукой 31 год. Современную «чернуху» на сцену не пускала: «Мы не торгуем билетами в анатомический театр. Мы продаём билет в красоту», — говорила она труппе. Её называли диктатором и консерватором. Но именно она сохранила тот русский психологический театр, где слеза на щеке актёра — не глицерин, а настоящая боль.
В 2021 году Доронина написала открытое письмо президенту Владимиру Путину. Попросила вмешаться в ситуацию вокруг МХАТа имени Горького и уволить художественного руководителя Эдуарда Боякова. «Срочно надо изгнать торгашей из нашего театра», — говорилось в обращении. В итоге Бояков театр покинул.
«Она там с кошками»
Разговоры о «доме престарелых» появились ещё в 2022 году. Тогда близкие и директор театра Владимир Кехман опровергали: «Это ложная информация. Она в одном из подмосковных санаториев, проходит там курс лечения, отдыхает».
Позже Кехман рассказывал иначе. Летом 2022 года Доронину перевели из элитного санатория «Барвиха» в геронтологический центр. По его словам, из-за того, что персонал «Барвихи» отказывался с ней работать.
Реальность оказалась прозаичнее. После перенесённого коронавируса и проблем с ногами актриса действительно оказалась под круглосуточным присмотром в подмосковном геронтологическом центре. «Да всё у неё нормально. Она там с кошками. Под присмотром, — говорят те, кто имеет право называть себя её друзьями. — Она очень хотела домой, но зимой перенесла корону, и сил на самостоятельную жизнь пока нет».
По данным СМИ, пребывание в подобных учреждениях обходится от 200 до 900 тысяч рублей в месяц. Оплачивается из собственных средств актрисы — московской пенсии с надбавками и сохраняющейся за ней зарплаты президента МХАТа.
В марте 2024 года близкая подруга Лидия Матасова с болью в голосе говорила, что круг общения Татьяны Васильевны сузился до нескольких человек. Она не даёт интервью и не выходит на связь.
Кехман также говорил, что своё имущество Доронина завещала личному помощнику Игорю, которого считает близким человеком.
Сегодня Татьяне Дорониной 93 года. Она изредка выходит на улицу, пряча глаза за стёклами чёрных очков, и живёт в придуманных мирах своей памяти. Вспоминает отца, читающего «Овода», запах кулис БДТ — и ту девочку и того мальчика, которых не родила.
ДЗЕН
Телеграм