Имя Леонида Быкова сегодня звучит как синоним гениальности в кинематографе. Его работы стали классикой, а сам он — символом мужества и человечности. Однако путь к признанию был тернист, полон не только творческих взлётов, но и жестоких ударов судьбы. За каждым триумфом стояли годы борьбы, непонимания и личных трагедий, которые медленно, но верно подтачивали его силы. И, как это часто бывает с настоящими талантами, критики не щадили его, а студийное руководство не всегда шло навстречу. В итоге, несмотря на всенародную любовь, жизнь великого режиссёра оборвалась внезапно и трагически.
11 апреля 1979 года стало днём скорби для всего Советского Союза. Страна потеряла любимого артиста, чьи фильмы учили доброте и смелости. В кругах кинематографистов до сих пор передаётся из уст в уста история о реакции Алексея Смирнова, близкого друга Быкова, на эту страшную новость. Говорят, что известие о гибели товарища отправило Смирнова в больницу с диагнозом «ишемическая болезнь сердца». Когда в мае Алексея Макаровича готовились выписывать, он решил устроить скромный банкет для врачей. Во время тоста один из медиков неосторожно упомянул бессмертную ленту Быкова «В бой идут одни «старики». Лицо Смирнова мгновенно помрачнело, и он, ни слова не говоря, удалился в свою палату. Спустя мгновения врачи обнаружили его уже бездыханным.
Даже если эта душераздирающая история — лишь красивая легенда, она красноречиво свидетельствует о том, какое глубокое уважение и любовь питали к Леониду Быкову его коллеги, друзья и близкие. Но почему, несмотря на бесспорный талант, режиссёр так часто подвергался критике и чьему давлению он противостоял?
Мечты о небе и сцене
Леонид Фёдорович Быков появился на свет в скромной крестьянской семье, в далёком селе Знаменка, что на Донетчине. Когда мальчику исполнилось два года, семья перебралась в Краматорск, где отец нашёл работу на металлургическом заводе. Именно здесь, в Краматорске, юный Лёня окончил школу и впервые ощутил магию сцены на подмостках местного Дома культуры.
Когда нагрянула Великая Отечественная война, семья Быковых была эвакуирована в Барнаул. С юных лет Леонид грезил авиацией, мечтая внести свой вклад в защиту Родины. Однако судьба дважды отворачивалась от него на пути в лётную школу. В первый раз его подвело желание казаться старше: прибавив себе пару лет, он был разоблачён. Во второй — опоздал с подачей документов, и набор в училище уже был завершён.
Тогда Быков обратился к другой своей давней страсти — театру. Но и здесь его ждало разочарование: в Киевский театральный институт абитуриента не приняли из-за его невысокого роста. Удача, наконец, улыбнулась Леониду Фёдоровичу в Харькове, где он успешно получил диплом актёра. После окончания учёбы артист на целых девять лет связал свою жизнь с подмостками театра имени Шевченко.
Тернистый путь к признанию
В начале 50-х годов Быков впервые появился на киноэкране в картине «Судьба Марины». А уже спустя пару лет его лицо стало узнаваемым благодаря ярким ролям в таких лентах, как «Укротительница тигров» и «Максим Перепелица». Образ бравого солдата Перепелицы стал настоящей визитной карточкой Леонида Фёдоровича, но, парадоксальным образом, он же мешал режиссёрам увидеть в нём нечто большее, чем просто комедийного персонажа.
Позднее артист переехал в Ленинград, где продолжил сниматься в культовых картинах: «Алёшкина любовь», «На семи ветрах», «Разведчики». Однако уже на заре 60-х годов Быкова охватило непреодолимое желание создавать собственные фильмы. Его режиссёрский путь начался с короткометражки «Как верёвочка ни вьётся…», которая, увы, осталась незамеченной как критиками, так и широкой публикой. Полноценным режиссёрским дебютом для Леонида Фёдоровича стал фильм «Зайчик», собравший в кинотеатрах внушительные 25 миллионов зрителей. Несмотря на очевидный кассовый успех, лента подверглась жесточайшей критике со стороны журналистов и коллег по цеху. Этот удар стал настолько сильным, что привёл к первому инфаркту постановщика.
Сложно даже представить, какое бремя легло на плечи семьи Быкова в тот непростой период. Супруга Тамара Константиновна была его опорой, поддерживая мужа в борьбе за признание. К моменту выхода «Зайчика» в семье уже подрастали двое детей: сын Александр, которого ласково называли Лесь, и дочь Марьяна. По некоторым данным, у супругов мог быть и третий ребёнок, но первенец, к сожалению, умер в младенчестве. Вероятно, эта утрата также нанесла тяжёлый удар по здоровью Леонида Фёдоровича. Но он не сломался, находя силы в безграничной заботе и нежности своей жены.
«Он был на пьедестале — никаких романов, — делилась воспоминаниями о верности Быкова редактор киностудии имени Довженко Эмилия Косничук. — В личной жизни закрыт, словно обратная сторона Луны. Я даже представить себе не могу, с кем бы Лёня смог сходить налево. К нему все относились с обожанием. А он любые эмоции по отношению к себе мог растопить в обволакивающей нежности».
Годы разочарований и оглушительный триумф
В конце 60-х годов Леонид Быков поддался на уговоры представителей Киностудии имени Довженко и перебрался в Киев, где планировал снять лирическую комедию «Уходят женщины». Однако обещанной творческой свободы режиссёр так и не получил: руководство студии ожидало от него повторения успеха «Максима Перепелицы», а не нового, авторского материала. «По непонятным соображениям чиновники из Госкино сценарий прикрыли. И на студии сразу утратили к Быкову интерес, очередь на режиссёра рассосалась. Человек, переехавший в Киев, остался один на один со своими проблемами — без работы, без квартиры, без перспектив», — с горечью вспоминала Эмилия Косничук.
Ситуацию спас главный редактор телеобъединения киностудии, который, ухватившись за удачный сценарий, отвёз его на Центральное телевидение в Москву. Там заявка была утверждена в рекордно короткие сроки, и Быков получил возможность снять картину, получившую название «Где вы, рыцари?», уже в столице. Фильм не стал сенсацией, но он дал Леониду Фёдоровичу столь необходимую твёрдую почву под ногами и позволил продолжить творческий путь.
Спустя два года на экраны вышел фильм «В бой идут одни «старики», который стал подлинным апогеем творчества Быкова. Картину посмотрели невероятные 45 миллионов человек. Удивительно, что лишь незадолго до премьеры этой эпохальной ленты Леониду Фёдоровичу наконец-то выделили личный кабинет на киностудии. До этого его «рабочим местом» было весьма необычное пространство.
«Рядом с буфетом стояла огромная пальма в кадушке, возле которой все курили, а бычки тыкали в грунт… Под сенью пальмы стояло старое-престарое кресло. Дерматин, которым оно когда-то было обито, под весом многих мэтров полопался, из дырок торчали использованные автобусные талоны, бумажки, вата… Именно это кресло на долгие годы стало для Лёни «кабинетом», — рассказывала коллега режиссёра. — Когда фильм «В бой идут одни «старики» был готов к запуску, Лёнечке наконец-то выделили малюсенькую комнатушку, похожую на келью. Там стоял стол, который пришлось подтесать, чтобы он пролез в дверной проём. Ещё были выписаны два кресла, но в кабинете поместилось одно».
Казалось, теперь артист, наконец, получил то всеобщее признание, о котором так долго мечтал, и мог бы поддаться звёздной болезни. Но именно в этот момент в полной мере проявилось истинное благородство и великодушие Быкова. Так, когда его фильм должен был разделить первое место на фестивале в Баку с «Калиной красной» Василия Шукшина, Леонид Фёдорович настоял на том, чтобы главный приз отдали Шукшину, хотя режиссёры даже не были знакомы. Этот поступок положил начало их крепкой дружбе.
«Ещё один показательный факт. Нас, редакторов, всегда держали за опричников, мальчиков-девочек для битья. О том, чтобы режиссёр выписал нам премию, и речи не было. А Лёня о нас не забыл. Лично я получила за «Стариков» 125 рублей — целое состояние! После этого и до остальных режиссёров дошло, что, оказывается, редактор тоже человек… Премии нам, наряду с актёрами, операторами, стали выдавать более-менее регулярно», — с теплотой вспоминала Косничук, подчёркивая невероятную человечность Быкова.
Предчувствие беды и трагический финал
В 1977 году на экраны вышел ещё один военный фильм Быкова — «Аты-баты, шли солдаты…». Напряжённые съёмки не прошли бесследно: режиссёр пережил второй инфаркт. После этого он чувствовал себя настолько плохо, что погрузился в глубокую депрессию, предчувствуя скорый уход. В тот тяжёлый период Леонид Фёдорович написал трогательное послание своим коллегам Николаю Мащенко и Ивану Миколайчуку, попросив Эмилию Косничук по возможности передать им запечатанный конверт. Однако редактор, поглощённая делами, забыла письмо в ящике стола, и оно затерялось среди бумаг, обнаружившись лишь в трагическом 1979 году.
«Пусть кто-то один скажет слово «прощай», и всё. Не надо цирка, называемого почестями, — гласили строки Быкова, касающиеся его будущих похорон. — Никаких надгробных речей. «Дерболызните», кто сколько сможет, но умоляю — не дома. Пусть ребята споют «Журавли», «Серёжку с Малой Бронной», «Бери шинель», «Этот день победы». А потом пусть 2-я эскадрилья «врежет» «Смуглянку» от начала и до конца. Очень жалею, что ничего не успел сделать путного…»
В том же завещании режиссёр обращался к своему сыну Лесю, прося помочь ему вновь поверить в людей, отмечая, что на долю парня обрушилось столько горя, что его хватило бы на целый народ. «Сложный мальчик — да простит меня Лёня, но об этом знают многие, — вспоминала Косничук. — Отец взял его к себе ассистентом на съёмки «Аты-баты» и поручил монтажёру Шуре за парнем приглядывать. Лесь такое вытворял — уму непостижимо. На ровном месте закатывал жуткие истерики, не выполнил ни одного поручения… Дальше — больше. Лесь попал в дурную компанию, оказался замешан в серьёзном преступлении. Отмазать парня от неприятностей Леониду Фёдоровичу помог куратор студии от ЦК, тогдашний министр культуры Бесклубенко, но мягкому, застенчивому, при этом гордому Леониду Фёдоровичу приходилось ходить по инстанциям, просить за оболтуса».
Несправедливость судьбы сына
Однако дочь Быкова, Марьяна, вспоминала о брате совсем иначе: по её словам, Александр хорошо учился, отличался примерным поведением и с большим рвением отправился служить в армию. Но всего через несколько месяцев Леся признали невменяемым и социально опасным, поместив в психиатрическую клинику. По мнению Марьяны Быковой, это была не что иное, как месть отцу через сына, своеобразный способ управления им. Режиссёр отчаянно боролся за своего наследника, но новую медицинскую комиссию постоянно оттягивали. Только в 90-х годах Александр смог выехать в Австрию, где с него был снят прежний диагноз. Позднее мужчина перебрался в Канаду, где обрёл семейное счастье.
К этим личным трагедиям добавились и проблемы на работе: студия подвела режиссёра с реквизитом и массовкой на съёмках фильма «Аты-баты, шли солдаты…», отдав предпочтение картине Левчука «Семья Коцюбинских». Становится совершенно ясно, почему Быков чувствовал себя обиженным и разбитым. Тем не менее, в 1978 году у постановщика открылось второе дыхание: он с энтузиазмом трудился над сатирическим фильмом «Пришелец». К 1979 году Леонид Фёдорович успел отснять две части произведения, но, к сожалению, завершить ленту ему было не суждено.
Роковой день
11 апреля 1979 года режиссёр возвращался со своей дачи под Киевом за рулём «Волги». Впереди двигался трактор, и Быков принял решение обогнать его. Однако во время совершения маневра произошло трагическое столкновение с грузовиком. Удар пришёлся в переднюю правую дверь автомобиля, не оставив Леониду Фёдоровичу практически никаких шансов на спасение. Следствие установило, что вины водителя ГАЗ-53 в произошедшем не было, и инфаркт также не мог стать причиной ДТП — в этом случае педаль газа была бы вдавлена в пол. Вероятнее всего, постановщик допустил фатальную ошибку из-за накопившейся усталости. Впрочем, дочь артиста так и не поверила официальному заключению, строя конспирологические теории и полагая, что её отца могли убить враги или сотрудники КГБ.
«Такого человека не за что было убивать, — уверяли коллеги. — Да и самоубийство исключено. Завещание он писал после перенесённого инфаркта за три года до гибели, а в 1979 году у него был пик творчества. Отсняли две части «Пришельца», показали критикам — был фантастический успех! Лёне предстояло закончить работу, и вот, на этом подъёме, его не стало… Картину доснял другой режиссёр, с другим главным героем. Получился бездарный фильм, банальный и совсем не смешной. Анекдот же надо уметь рассказать! В «Пришельце» всё держалось на Лёне: на его придумках, жестах, пластике… Он сам был как пришелец на этой Земле».
Что вы думаете о судьбе Леонида Быкова — справедливо ли сложилась его жизнь?
Несмотря на все испытания, Леонид Быков оставил после себя неизгладимый след в истории кинематографа и в сердцах миллионов зрителей. Его фильмы продолжают жить, вдохновляя новые поколения на подвиги и уча доброте. Он был человеком невероятной силы духа, который, несмотря на личные трагедии и несправедливость, продолжал творить и дарить миру свет.
Его уход стал огромной потерей, но наследие, которое он оставил, поистине бесценно. Леонид Быков — это не просто режиссёр и актёр; это символ целой эпохи, человек, чьё имя навсегда вписано золотыми буквами в летопись отечественного искусства.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм