Подмосковный полигон Алабино окутала снежная пелена. Метель свирепствовала, скрывая свет. На заснеженном пространстве стоял измождённый юноша, только что выписавшийся из больницы после тяжёлого воспаления лёгких. Защитный костюм, поверх него — танковый комбинезон. Ассистенты режиссёра деловито поливали его бензином. Предстояло страшное — гореть.
Режиссёр Владимир Роговой, словно предчувствуя опасность, давал последние наставления:
«Главное — от камеры не отворачивайся, лицо береги, если что — сразу потушим!».
Прозвучала команда «Мотор!». Спина парня вспыхнула, огонь взревел. По сценарию, он должен был отстреливаться из автомата, но затвор, словно по злому року, заклинило. Охваченный ужасом, он кричал сквозь пламя:
«Не стреляет!».
А с безопасного расстояния, перекрывая рёв огня, неслось режиссёрское: «Стреляй понарошку! Как дети во дворе: ты-ды-ды!». И он, горящий внутри танка, начал повторять это детское «ты-ды-ды». Именно эти кадры вошли в финальную версию фильма, на котором выросло не одно поколение зрителей. Александр Воеводин, воплотивший образ Егора Трофимова в легендарных «Офицерах», тогда и не подозревал о существовании каскадёров. Ему велели гореть — он горел. Главное было — подарить зрителям кино, которое запомнится на долгие годы. И съёмочная группа «Офицеров» с этой задачей справилась блестяще.
Начало пути: суровая реальность и фронтовые байки
В киноленте у героя Александра Воеводина, Егора Трофимова, были идеальные родители. У самого же Александра старт в жизни оказался куда более суровым. Отца он не помнил вовсе: Михаил Иванович ушёл из жизни в двадцать четыре года, когда сыну едва исполнился месяц. Причина этой ранней утраты осталась тайной, которую мама бережно хранила до последних дней.
Детство Саши прошло в огромной московской коммуналке, где на одной кухне собирались четырнадцать семей. Пусть отца и не было, но мужского воспитания ему хватало с избытком. В соседних комнатах жили мамины братья, дядя Витя и дядя Володя — настоящие фронтовики, а не экранные образы. Дядя Володя командовал батальоном, дядя Витя — миномётным взводом. Последний вернулся с войны с искалеченной ногой — часть ступни была ампутирована.
Именно этот хромающий, но неунывающий дядя Витя стал для Саши заменой отца. Летом на даче в Снегирях они уходили в поля на рассвете. Пока солнце поднималось над горизонтом, дядя рассказывал военные байки, разыгрывая их в лицах так, что любой артист мог бы позавидовать. Он, инвалид, бегал на своей больной ноге быстрее маленького племянника. Возможно, именно там, в этих утренних прогулках, слушая фронтовые истории, будущий актёр впитывал то, что впоследствии поможет ему столь достоверно сыграть Егора Трофимова.
Театральные подмостки и кинодебют
Путь Александра Воеводина к актёрской профессии был тернистым. Сначала, как это часто бывает, был Дом пионеров: выжигание по дереву, попытки освоить балалайку. Всё это быстро надоедало, пока от скуки он не заглянул в театральный кружок. Там поначалу ему доверяли лишь менять цветные фильтры на прожекторах во время спектаклей. Но сцена, на которую он смотрел из-за кулис, неумолимо притягивала его.
Когда Воеводин решил поступать в Школу-студию МХАТ, знаменитая Софья Пилявская, прослушав его, вынесла свой вердикт:
«Стихотворения читаешь неплохо, но совершенно непонятно, кого ты будешь играть — у тебя ещё амплуа не сформировалось».
Юный абитуриент не растерялся и пообещал за год, пока доучивается в школе, «сформироваться». И слово своё сдержал — через год с первой попытки поступил на курс к Виктору Монюкову.
В картину «Офицеры» Александр Воеводин попал, будучи студентом второго курса. Ассистенты режиссёра отыскали его фотографию в картотеке «Мосфильма», куда студенты тайком приносили свои снимки во время летних каникул. Сниматься во время учёбы было строжайше запрещено — за это запросто могли отчислить, но соблазн был слишком велик.
Первый съёмочный день проходил в Севастополе, и не летом, а в разгар весеннего семестра. Прогуливать занятия в школе-студии было нельзя, но и от роли уже не откажешься. Воеводин в отчаянии отправился на разговор с заведующей учебной частью Мариной Францевной Ковалёвой. Эта женщина, сама в прошлом киноактриса, игравшая в «Тимуре и его команде», относилась к студентам по-матерински.
«Конечно поезжай сниматься!»
— сказала она.
«А если отчислят?». «Что-нибудь придумаем. Подушечки подложим!»
— успокоила его Марина Францевна.
«Подложить подушечки» означало «прикрыть перед начальством». И прикрыли. Никто из педагогов даже не заикнулся об отсутствии Воеводина.
Экранный отец и звёздный клуб Театра сатиры
На съёмочной площадке царила особая атмосфера. Георгий Юматов, воплотивший образ отца Егора, относился к молодому партнёру с невероятной теплотой, постоянно называя его «сынком». Александр тогда ещё не знал о личной трагедии великого артиста: у Юматова не было своих детей. Для двадцатилетнего студента сорокалетний Юматов казался человеком совершенно иного масштаба — за его плечами была настоящая война, служба юнгой на флоте, шрамы и награды, о которых он, кстати, почти никогда не говорил, да ещё и артистом он был гениальным. Воеводин смущался опеки Юматова, осознавая, какая огромная дистанция между ними, но в глубине души мечтал именно о таком отце.
Фильм вышел, когда Александр уже окончил вуз. Успех был оглушительным. Его фотографии продавались в киосках «Союзпечати», на улицах к нему подходили незнакомые люди. Тогда, по молодости, это воспринималось как должное. Осознание того, что он вытянул счастливый билет и снялся в картине, которая станет настоящим шедевром, пришло намного позже.
После выпуска вчерашние студенты бродили по Москве в весьма экстравагантном виде: в плащах, со шпагами. Они показывались в театры, демонстрируя фехтовальные навыки и сцены из дипломных спектаклей. Воеводину невероятно повезло — его приняли в Театр сатиры.
Этот театр был настоящим звёздным клубом, где блистали Миронов, Папанов, Ширвиндт, Пельтцер. Новичков здесь не нянчили.
«Лезь вон из кожи, но докажи, что ты достоин здесь быть»,
— таким был негласный закон.
Татьяна Ивановна Пельтцер, любимая всей страной «бабушка», в работе была фурией. Перед спектаклем она заводила себя скандалами: костерила реквизиторов, костюмеров, ругалась на чём свет стоит, чтобы поймать нужный нерв. В постановке «Мамаша Кураж» Воеводин играл её сына. В сцене, где он погибал, Пельтцер выходила, обнимала его бездыханное тело и пела тихонько:
«Войне всего нужнее люди…».
Александр лежал и каждый раз чувствовал, как на его шею капают настоящие, горячие слёзы. Она выносила сердце на сцену, проживая жизнь своих героинь.
Спартак Мишулин был другим. Великий Карлсон обожал импровизации и розыгрыши. Во время репетиций он мог внезапно полить партнёра из сифона или затушить о спину Воеводина сигару — конечно, не по-настоящему, но выглядело это пугающе достоверно.
Болезненный разрыв и долгожданное примирение
Пока карьера Александра Воеводина стремительно шла в гору, в его личной жизни назревали проблемы. Александр женился рано, его избранницей стала девушка-инженер, которую он встретил на крымском пляже. Вскоре родился сын Миша. Казалось, живи и радуйся. Но, когда сыну исполнилось пять лет, их брак распался.
Развод оказался тяжёлым, и, как сам Воеводин выражался, «нецивилизованным». Родители, поглощённые собственными обидами, не заметили, как их разборки рикошетом ударили по ребёнку. Александр исчез из жизни сына почти на десять лет. Маленький Миша пошёл в первый класс с мамой, бабушкой и дедом, а отца рядом не было. Мальчишки во дворе дразнили:
«У тебя папа знаменитый артист, почему ты о нём не рассказываешь?»,
а Мише нечего было рассказать, потому что отца он толком-то и не знал. В детской душе росла обида: взрослые не поладили, а почему страдает он?
Возвращение отца в жизнь сына произошло благодаря тем самым «Офицерам». Однажды Александр пересматривал фильм по телевизору. Глядя на своего героя Егора, он вдруг подумал:
«Боже, а ведь мой собственный сын сейчас почти ровесник Егора. Он уже школу заканчивает…».
Эта мысль пронзила его так остро, что он не выдержал и набрал номер телефона, который не набирал годами.
Михаил взял трубку. Голос был уже взрослым. Отец узнал, что он собирается поступать в институт, предложил помощь с поступлением, с поиском хороших репетиторов. С этого момента они начали общаться регулярно. Когда сын сдавал вступительные экзамены, «Егор Трофимов» стоял под окнами института и трясся от страха так, как никогда не волновался перед выходом на сцену. Он смотрел на окна и думал:
«Это же моя родная кровь, моё продолжение, а я и не заметил, как он вырос».
Чувство вины накрыло с головой.
Михаил не стал актёром, он выбрал юридический институт, насмотревшись, видимо, на родительские баталии и решив, что хочет помогать людям цивилизованно решать конфликты.
Новое амплуа и собачья верность
В девяностые годы, когда кино и театры переживали далеко не самые лучшие времена, Воеводин нашёл себя в новом амплуа — мастера дубляжа. Его голосом заговорили персонажи диснеевских мультфильмов, герои бразильских мыльных опер и даже Скрудж Макдак в мультфильме «Утиные истории».
А потом в его жизни появились собаки. Точнее, множество собак. В сериале «Возвращение Мухтара» Александр Воеводин на двенадцать лет стал полковником Хрулёвым. Съёмки были изматывающими: начинали в Москве, потом из экономии переехали в Киев, затем в Минск. Псов, игравших Мухтара, меняли одного за другим. Несмотря на дрессировку, служебные инстинкты у животных брали своё. Однажды, когда актёр слишком резко махнул рукой в кадре, «напарник» цапнул его за запястье да так сильно, что съёмки пришлось прервать на несколько месяцев.
Сейчас Александру Михайловичу далеко за семьдесят. Он давно не тот мальчишка, горящий в танке, и даже не полковник полиции. Теперь он — счастливый дедушка. У его сына Михаила трое детей, и младшая внучка Тася, кажется, единственная в семье унаследовала артистизм деда.
С сыном они наверстали упущенное. Михаил уже сам отец и понимает: когда работа любимая, она забирает человека целиком. Однажды они вместе поехали в Хельсинки, где Александр когда-то снимался в фильме «Свеаборг». Отец водил взрослого сына по местам своей молодости, показывал точки съёмок. И в этой прогулке по финским улицам окончательно растаяли остатки детских обид.
«Офицеров» до сих пор часто показывают по телевизору. Но для Александра Воеводина главная победа — не в том, что его героя помнят миллионы, а в том, что в реальной жизни ему удалось восстановить отношения с сыном. Ведь всё могло сложиться совсем иначе. А он сумел, пусть и с опозданием, переписать этот сценарий.
Что вы думаете о судьбе Александра Воеводина — справедливо ли сложилась его жизнь? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм