Роман Трахтенберг производил впечатление человека, который ничего о себе не скрывает. Он легко говорил о личной жизни, деньгах, женщинах и собственных слабостях, превращая почти любую историю в номер. Но после его смерти на первый план вышла совсем другая сторона его биографии — семья.
У Трахтенберга было двое сыновей. Один рос рядом с ним и с детства знал, кто его отец. Другой сам разыскал его уже взрослым. После смерти шоумена эти две семейные линии сошлись вокруг завещания и наследства, и итог для братьев оказался совершенно разным.
Два сына — две разные истории
Лев-Давид рос рядом с отцом и был частью его жизни задолго до наследственных споров. Именно на младшего сына Трахтенберг ещё при жизни оформил завещание.
У Сергея Семёнова всё складывалось иначе. По его собственному рассказу, он сам вышел на связь с Трахтенбергом уже взрослым: написал ему, получил ответ и после этого приехал в Москву. Отец и сын начали общаться примерно за два года до смерти шоумена.
У них почти не было общего прошлого, зато появилось короткое настоящее. Сергей рассказывал, что Трахтенберг помогал ему и собирался решить квартирный вопрос. По словам Сергея, жильё оформили не на него самого, и после смерти отца эта история стала отдельной точкой спора.
У Льва-Давида были годы рядом с отцом. У Сергея — позднее знакомство, которое только успело начаться.
Последний эфир и спор вокруг завещания
20 ноября 2009 года Трахтенбергу стало плохо во время прямого эфира. Он умер в машине скорой помощи. Ему был 41 год.
После его смерти завещание оказалось в центре семейного спора. Документ предусматривал передачу имущества Льву-Давиду, однако на тот момент Трахтенберг был женат на Вере Мороз, и она решила его оспаривать.
Весной 2011 года суд признал завещание действительным и отказал Вере Мороз в иске. Лев-Давид сохранил статус наследника по завещанию. При этом у пожилых родителей Трахтенберга были права на обязательную долю, а отдельные активы распределялись с учётом прав других наследников.
Сергея в завещании не было.
Сергей остался за пределами завещания
К моменту, когда Сергей начал общаться с отцом, документ уже был оформлен в пользу Льва-Давида. Позднее Сергей публично говорил, что наследства не получил. Отец Трахтенберга также вспоминал о ДНК-тесте и попытках Сергея наладить отношения с родственниками.
Так два сына одного человека оказались в совершенно разных обстоятельствах. Лев-Давид потерял отца подростком, но за ним осталось имущество, предусмотренное завещанием. Сергей потерял человека, которого только начал узнавать.
Два разных наследства
Суды, документы и имущество сделали эту семейную историю публичной, но её главный контраст был не только в деньгах. Один сын рос рядом с Трахтенбергом и оказался указан в завещании. Второй вошёл в его жизнь уже взрослым и получил на отношения с отцом совсем немного времени.
Для Льва-Давида после смерти отца осталось наследство, закреплённое завещанием. Сергей позже сформулировал свой имущественный итог предельно коротко: «Ни рубля!»
У двух сыновей одного отца оказались разные воспоминания, разный семейный опыт и разные последствия после его смерти. Один получил имущество по завещанию. Другой — короткий период общения с отцом, который оборвался почти сразу после того, как начался.
ДЗЕН
Телеграм