Около 60 запросов о возвращении из Германии на Украину — и лишь трое мужчин призывного возраста

За полгода работы берлинского консультационного центра Unity Hub, где украинцам помогают с возвращением домой, о репатриации спросили примерно 60 человек из 6 тысяч обратившихся — около 1%. Мужчин призывного возраста среди них было трое. Данные украинского посольства приводит Rheinische Post.

К концу октября в центре при этом не могли сказать, сколько из этих людей после консультации действительно начали готовиться к отъезду. Большинство визитов носило информационный характер: приходили понять, как устроено возвращение в принципе, а не оформить документы на выезд.

Unity Hub открылся 15 апреля 2026 года на Jägerstraße 54 в Берлине. На открытии были министр внутренних дел ФРГ Александер Добриндт и министр социальной политики, семьи и единства Украины Денис Улютин. Помещение предоставила немецкая сторона, она же покрывает аренду; операционное управление центром ведет украинская сторона. Чаще всего за первые полгода спрашивали про паспорта, пенсии, социальные выплаты, жилье и трудоустройство в Германии.

Масштаб становится понятнее рядом с немецкой статистикой. По данным МВД Германии, на конец мая в стране находились 265 804 украинских мужчины в возрасте от 23 до 60 лет. Ведомство отдельно оговорило: эти цифры сами по себе не говорят о годности к военной службе, наличии отсрочек или медицинских освобождений. Всего в Германии официально зарегистрированы более 1,3 миллиона граждан Украины, получивших временную защиту.

Кто интересовался возвращением

Портрет посетителей оказался неожиданным: сильнее всего возвращением интересовались украинцы пенсионного возраста. Агентство ЕС по вопросам убежища провело опрос среди украинцев в Германии, данные охватывают 2025–2026 годы. Около 20% опрошенных твердо или в определенной мере рассматривали возвращение. Среди людей старше 65 лет таких было 40%, среди граждан в возрасте от 18 до 44 лет — 17%, а среди тех, кто уже нашел работу в Германии, — 13%.

Те, кто приходил в центр, объясняли свою позицию почти одинаково: возвращаться они готовы только после окончательного прекращения боевых действий и стабилизации обстановки с безопасностью. Среди главных условий называли устойчивую безопасность, доступное жилье, надежное энергоснабжение и экономические перспективы. «Я хочу вернуться домой. Но домой — это когда там снова можно жить, а не выживать», — сказал один из посетителей центра в интервью немецким журналистам.

Тем временем часть украинцев в Германии обустраивается: есть доступ к социальным выплатам, медицине и школам для детей. 

Что меняется в правилах для мужчин призывного возраста

С 5 августа 2026 года действует решение Совета ЕС № 2026/1912: статус временной защиты продлен до марта 2028 года. Но гражданам призывного возраста, которые въезжают впервые, его предоставляют только при официальном подтверждении выполнения воинских обязанностей или законного освобождения от них — например, данных приложения «Резерв+».

В июне 2026 года министры внутренних дел Германии и Австрии Александер Добриндт и Герхард Карнер на совете ЕС в Люксембурге предложили после марта 2027 года перестать автоматически предоставлять статус временной защиты украинским мужчинам призывного возраста и перевести их на индивидуальную процедуру рассмотрения прошений об убежище.

В сентябре 2026 года министр иностранных дел Германии Йоханн Вадефуль заявил, что правительственные органы ФРГ готовы содействовать Киеву в передаче данных о находящихся в Германии украинских мужчинах призывного возраста — из реестров получателей соцвыплат и местожительства. При этом, подчеркнул он, возвращение на родину должно оставаться добровольным.

МВД Германии, в свою очередь, разъясняло: сам по себе риск призыва на военную службу в Украине или уклонение от нее не являются основанием для предоставления беженства или убежища в Германии в рамках общего национального законодательства.

Сколько из обратившихся в Unity Hub в итоге начали готовиться к отъезду, в центре на конец октября не знали.

А что в этих цифрах кажется вам важнее — осторожный интерес к возвращению или то, что большинство приходило в центр за информацией, а не за оформлением выезда?