Пьяный Олег Даль стоял над ней с ножом. Водил острием по голому животу и повторял, что сейчас зарежет. Елизавета Апраксина не закричала и не оттолкнула его. Просто лежала и смотрела на человека, которого любила больше жизни.
Июнь 1972-го, гастроли в Горьком. Утром Даль принёс водку: «Пей». Она сняла кольцо с пальца и уехала в Ленинград, к маме.
Расстаться оказалось не так просто. Даль и Апраксина не могли друг без друга. Их история — не про счастливый союз, а про двух людей, которых тянуло друг к другу вопреки ножам, запоям, разлукам и саморазрушению. И про то, что его письма она хранила до конца своих дней.
Внучка Эйхенбаума и роман в пятнадцать лет
Елизавета Апраксина родилась в Ленинграде, в доме, где стены помнили голоса великих. Её дед — Борис Эйхенбаум, литературовед, один из основателей формальной школы. У него собирались писатели, артисты, режиссёры. Лиза росла среди этих разговоров — атмосферы творчества, свободы, богемы. Но детство было не только богемным. Она пережила блокаду, во время которой погибли её отец, театральный художник Алексей Апраксин, и сестра Татьяна.
Взрослела она быстро. В пятнадцать у неё закрутился роман с Израилем Меттером — писателем, автором сценария «Ко мне, Мухтар!». Ему сорок, он женат на балерине, она — школьница. Мама, узнав, исцарапала Меттеру лицо. Дед устроил скандал. Виктор Шкловский, близкий друг семьи, избил Меттера, Михаил Козаков надавал ему оплеух, а Союз писателей осудил «соблазнителя» и сослал в Калугу на несколько месяцев. История прогремела на весь Ленинград.
Сама Лиза потом говорила: то была не любовь, а первая страсть — первое ощущение, что ты можешь быть желанной. Дальше — два неудачных вуза, работа в Зоологическом музее, брак с Леонидом Квинихидзе, будущим режиссёром «Мэри Поппинс, до свидания!». Этот брак Лиза называла «пробным»: расстались быстро и без драмы. А потом на съёмках в Нарве она познакомилась с Олегом.
Два брака до Лизы и «Олег + Лиза = ЛЮБОВЬ»
К тому моменту Олег Даль уже был дважды женат. Первой женой стала актриса Нина Дорошина, старше него на семь лет. Свадьба закончилась скандалом: Олег приревновал невесту и ушёл прямо с торжества. Его догоняли, уговаривали вернуться — он не вернулся, ушёл в запой. Брак продержался недолго.
Второй женой была Татьяна Лаврова. Вместе они прожили около полугода. Татьяна позже признавалась: пыталась пить вместе с ним, чтобы ему меньше доставалось, но не помогло. Она ушла, потому что поняла — иначе пришлось бы бросить всё и круглосуточно сторожить мужа. А это безнадёжно.
С Лизой вышло иначе. Познакомились на съёмках, она пригласила его в гости. У неё тогда был роман с Сергеем Довлатовым. Олег и Сергей просидели у неё до ночи, пересиживая друг друга, пили водку и разговаривали. Лиза шепнула Олегу, чтобы он ушёл вместе с Сергеем, а потом позвонил ей из автомата. Ту ночь они провели вместе. А в шесть утра Олег разбудил её маму и старомодно попросил руки дочери.
Мама Лизы, Ольга Борисовна, вспоминала: впервые увидев Олега, сразу сказала себе — «Ну вот, пропала моя Лиза». Было в нём что-то, от чего невозможно оторваться: глаза, голос, странная смесь нежности и ярости, таланта и саморазрушения. Он писал Лизе письма, полные любви, и просил срочно оформить развод с мужем к его возвращению. Она оформила. Они расписались. А в ЗАГСе Олег тут же испортил свидетельство о браке, написав: «Олег + Лиза = ЛЮБОВЬ».
«Старшая кенгуру», «Младшая кенгуру» и рулон морских карт
Отметили скромно — бутылкой шампанского в кафе. Назавтра Олег напился так, что Лиза ужаснулась. И так — три года. Он пил постоянно. Случайные люди могли его обобрать и побить. Иногда в доме не было денег даже на завтрак. Быт тянули Лиза и её мама, а Олег то работал, то пропадал, то возвращался разбитым и виноватым.
Знакомые вспоминали: Олег называл Лизу и её маму «Старшая кенгуру» и «Младшая кенгуру». Остроумный, обаятельный, невероятно талантливый — с ним было легко и интересно, пока он не пил. Когда пил — становился неуправляемым. Однажды сосед-писатель Виктор Конецкий спрятал его в рулоне морских карт, когда «кенгуру» пришли искать пропавшего артиста. Олег стоял за шкафом, завернувшись в карты, и умолял: «Положи меня горизонтально, самому мне из этого Тихого океана не вылезти».
Смешно? Да. Но за этим смехом — трагедия. Олег Даль был болен, и не только алкоголизмом. Драматург Эдвард Радзинский сказал о нём: «Он был болен одной из самых прекрасных и трагических болезней — манией совершенства». Он критиковал всех и вся, себя — в первую очередь. Дневник полон сарказма и тоски. Он конфликтовал с режиссёрами, менял театры, отказывался от ролей, которые другим приносили славу. Его называли «наш алкогений», и очень немногие относились к нему с симпатией.
Нож в Горьком и квартира на Смоленском
Тот вечер Лиза запомнила навсегда: невыносимая жара, гостиничный номер, она в одном белье, пьяный Даль с ножом. Он водил острием по её голому животу и повторял, что сейчас зарежет. Она замерла — не зная, кричать, бежать или молить. Спасло то, что он быстро угомонился и уснул.
Утром он принёс водку и сказал: «Пей». Она сорвалась — сняла кольцо с пальца и уехала в Ленинград, к маме.
Но окончательным разрыв не стал. Даль и Апраксина прожили в браке около одиннадцати лет — до марта 1981 года, когда актёра не стало. Позже они перебрались в Москву: трёхкомнатную квартиру на Смоленском бульваре помог получить Олег Табаков, написавший специальное обращение в Моссовет. Туда Даль перевёз жену и тёщу из Ленинграда.
«Борьба с собой, не на жизнь, но на смерть»
После того случая Олег вернулся с гастролей, переступил порог квартиры и упал. Пьян он не был — тяжёлое воспаление лёгких, температура под сорок, скорая. Проблемы с лёгкими и бронхами остались навсегда, сердце тоже начало сдавать. И тогда он решил бороться. По-настоящему.
Он общался с Владимиром Высоцким, и Марина Влади привезла им обоим французское лекарство для «кодирования». Весной 1973 года Олег впервые «зашился». Ампула действовала около двух лет. Потом он срывался, уходил в загул на несколько месяцев, а затем снова кодировался. В дневнике осталась запись: «Борьба с собой, не на жизнь, но на смерть. Это не фигурально». Он понимал, что происходит, ненавидел себя за слабость — и ничего не мог с собой поделать.
А когда не пил — был ангелом. Дарил цветы, писал чудесные письма, был нежен и внимателен. Лиза хранила это в памяти и после его ухода словно пыталась объяснить — себе и другим — почему не бросила мужа. Потому что знала его другим. Потому что видела то, чего не видели остальные. Детей у них не было: Лиза говорила, что Олег хотел ребёнка, но Бог не дал.
«Пойду к себе умирать»
Олег Даль сыграл десятки ролей, которые сделали его кумиром миллионов: «Женя, Женечка и «Катюша»», «Плохой хороший человек», «Земля Санникова», «Старая, старая сказка», «Тень», «Не может быть!», «Отпуск в сентябре». Актёр гениальный — но сам себя считал несовершенством. Разочаровался в актёрстве и решил стать режиссёром: поступил на режиссёрские курсы и бросил через десять дней. В дневнике осталась запись: «Убожество духа и мысли. Ушёл».
Его пригласили преподавать актёрское мастерство во ВГИКе — и он расцвёл: стал общительным, открытым, весёлым. Казалось, он нашёл себя, впереди — новая жизнь, новый театр, новые роли. Но 3 марта 1981 года Даль приехал в Киев на пробы фильма «Яблоко на ладони», остановился в гостинице — и там его сердце остановилось. Ему было 39 лет.
Официальная причина смерти — инфаркт миокарда; приступ случился после того, как актёр выпил, имея вшитую противоалкогольную капсулу. Его последние слова коллегам — «Пойду к себе умирать» — до сих пор обсуждают с трагической восторженностью. Но близкие говорят: это была не пророческая фраза, а его чёрный юмор, его экзальтация. Он не собирался умирать — у него начиналась новая жизнь. Но здоровье подвело: лёгкие, сердце, годы саморазрушения.
Её двадцать два года
Елизавета Апраксина пережила мужа на двадцать два года. Больше не вышла замуж, сохраняла его кабинет в первозданном виде, вместе с киноведами занималась систематизацией и публикацией его дневников, стихов и архивов. Его письма, фотографии и вещи оставались с ней.
По свидетельствам, к ней домой в Москву приходил актёр Олег Меньшиков — с цветами и подарками. Он отключил телефон и несколько часов разговаривал с ней, признавшись, что считает Олега Даля своим недостижимым идеалом.
Елизавета Апраксина умерла 21 мая 2003 года, ей было 65 лет, — за четыре дня до дня рождения Даля, которому исполнилось бы 62. Её похоронили рядом с мужем на Ваганьковском кладбище.
До конца своих дней она вспоминала Олега — не как мужа-алкоголика, который водил ножом по её животу, а как человека с удивительными глазами, который в шесть утра разбудил её маму, чтобы попросить руки дочери. Как актёра, который мог быть гениальным. Как мужчину, которого она любила больше жизни.
ДЗЕН
Телеграм