В истории российского телевидения есть имена, которые становятся синонимом целой эпохи. Леонид Парфёнов, безусловно, один из них. Его программы после распада Советского Союза не просто информировали, а объясняли новой стране, что с ней происходит. «Намедни» из обычного телепроекта превратилось в зеркало времени, а фамилия Парфёнова — в эталон «умного ТВ». Пять престижных премий ТЭФИ, десятки ярких проектов и неоспоримый статус классика жанра, однако, не уберегли его от регулярных скандалов. Публика всегда делилась на два лагеря: одни боготворили его за острый ум и смелость, другие не переносили его критический взгляд. С годами число последних, кажется, только увеличивалось.
Истоки характера: детство в Череповце
Будущий журналист появился на свет в 1960 году в Череповце, типичном промышленном городе Вологодской области. Однако самые тёплые воспоминания детства Леонида связаны не с городскими пейзажами, а с уютной деревней Улома, родиной его матери и местом жительства деда. Семья Парфёновых была не маленькой — у Леонида был младший брат Владимир, который родился шестью годами позже. Повзрослев, Владимир выбрал путь бизнеса, посвятив себя продаже медицинского оборудования. Родители Леонида не обладали громкими званиями, но были уважаемыми людьми. Отец всю свою жизнь посвятил металлургическому заводу, достигнув там позиции ведущего специалиста по электротехническим сталям, где пользовался несомненным авторитетом среди коллег.
Мать, школьная учительница истории, сумела привить сыну глубокую любовь к своему предмету. Именно от неё Парфёнов унаследовал этот интерес, который пронёс через всю жизнь, зная историю лучше многих сверстников ещё со школьной скамьи. Сам Леонид вспоминал, что жили они довольно скромно. Телевизор появился в их доме лишь в 1967 году, и тот был не новым — его передали родственники. Одежду носили по нескольку лет, а покупка новых сапог становилась событием, которое обсуждала вся семья. Мать держала сыновей в строгости, и воспитательные меры могли быть весьма простыми, «домашними» — например, тапок по спине. Школа не слишком увлекала Парфёнова. Ему было откровенно скучно: он начал читать и мыслить самостоятельно очень рано, и уже к седьмому классу его знания выходили далеко за рамки школьной программы.
В тринадцатилетнем возрасте Леонид начал писать для районных газет. Его тексты были неожиданно объёмными и серьёзными для подростка. Одна из таких публикаций принесла ему редкий по тем временам приз — путёвку в знаменитый «Артек». Там он общался с такими же увлечёнными подростками, но даже на отдыхе не прекращал писать, продолжая сотрудничать с местной газетой и размышлять о жизни и проблемах своего поколения, пока другие наслаждались беззаботными каникулами. Родители в конце концов приняли выбор сына стать журналистом. Однако, когда он объявил о намерении поступать в Ленинградский университет, даже они не верили в успех. Сам Леонид, напротив, не сомневался ни секунды и с лёгкостью сдал все экзамены.
Ленинградский рок-н-ролл и горькое прозрение
В Ленинграде Парфёнов быстро адаптировался к новой жизни. Он изменил свой внешний вид, погрузился в культурные тусовки и обзавёлся полезными знакомствами. Благодаря дружбе со студентами из Болгарии, Леонид получил уникальную для тех времён возможность почти ежегодно выезжать за границу. Увиденное там поначалу буквально ошеломило его — совершенно иной уровень свободы, музыки, моды, разговоров. Но истинным потрясением стало другое — острое осознание того, насколько непроницаемой была стена между советским человеком и остальным миром.
Понимание, что десятилетиями их держали за «железным занавесом», не просто удивляло, оно заставляло усомниться во всём устройстве жизни, в котором он вырос. После окончания университета Парфёнов вернулся в Вологду и устроился в газету «Вологодский комсомолец». Он писал о молодёжи, культуре, искусстве и моде, уделяя особое внимание ленинградскому рок-клубу. Именно это и стало камнем преткновения: после жалоб из обкома журналисту дали понять, что он перешёл все допустимые границы, и ему пришлось покинуть редакцию. После увольнения из газеты Парфёнов перешёл на региональное телевидение, но и там не задержался.
Его вновь подвела любовь к рок-музыке: в эфир вышел сюжет с выступлением эстонской группы «Магнетик Бэнд», да ещё и с интервью солиста. Для местного начальства это оказалось перебором, и с телевидением пришлось попрощаться. Тогда Леонид решил, что в провинции ему больше нечего искать, и отправился в Москву. Начало было невероятно тяжёлым: съёмные комнаты, нестабильные подработки, многочисленные отказы с телевидения. Но он не сдавался — продолжал ходить, предлагать идеи, знакомиться. В итоге его упорство было вознаграждено.
Эпоха «Намедни» и оглушительный успех
В 1986 году главный редактор молодёжных программ Центрального телевидения Эдуард Сагалаев пригласил Парфёнова на должность специального корреспондента. Следующие два года он работал в программе «Мир и молодёжь», а также участвовал в создании других проектов, включая «Пресс-клуб». Позже Леонид оказался в новой телекомпании «АТВ», запущенной Анатолием Малкиным и Кирой Прошутинской. Там он познакомился с Игорем Угольниковым, Валдисом Пельшем, Алексеем Кортневым — людьми, которые вскоре станут знаковыми лицами нового телевидения.
Его стиль и манера поведения в кадре были для того времени чем-то неслыханным — смелыми, даже дерзкими. Эпоха позднего СССР уже требовала нового языка, и Парфёнов этот язык создал, найдя ту самую интонацию, которую так ждал зритель. Но уже через год эта самая прямая речь обернулась против него: после резких комментариев об отставке Эдуарда Шеварднадзе журналиста отстранили от эфиров. Опала, впрочем, была недолгой и на карьеру особо не повлияла. К тому же, после распада Союза медиаландшафт взорвался: появились десятки новых изданий, радиостанций и телеканалов. У талантливого журналиста буквально развязались руки.
Сначала Парфёнов создавал программу «Дело», а затем вместе с Константином Эрнстом и Игорем Угольниковым основал продюсерскую компанию «Мастер ТВ», где выпускал авторские проекты. Их альянс просуществовал три года. В 1992-м он пришёл на 1-й канал «Останкино». Там выходило его интервью «Портрет на фоне» — это были разговоры на равных и с политиками, и со звёздами. Именно во время одного из этих выпусков родилась фраза, брошенная Богданом Титомиром, которая ушла в народ:
«Пипл хавает».
Тогда же своё последнее интервью дал и Евгений Леонов. Во время работы над «Портретом на фоне» у Парфёнова и Эрнста родилась идея сделать новогоднее шоу. Когда Эрнст возглавил ОРТ, на экраны вышли «Старые песни о главном». Но музыкальными проектами Парфёнова не ассоциировали.
В 1993-м Леонид перешёл на НТВ и запустил «Намедни» в новом формате — новости с элементами развлечений. В 1994-м он получил ТЭФИ за «НТВ — Новогоднее ТелеВидение», тогда ещё никто не мог предвидеть будущих скандалов с каналом. Дальше дела у него шли в гору: он вёл «Герой дня», создавал цикл «Намедни. Наша эра», с 1997 по 1999 годы был главным продюсером НТВ и входил в совет директоров. Под его руководством вышла программа «Про это» — первая на российском ТВ, открыто говорящая о личной жизни и интиме. В это же время на канал пришли Дмитрий Дибров и Лев Новожёнов. К началу нулевых Парфёнов был на пике успеха: жюри КВН, ведущий ТЭФИ, успешный продюсер. Но в 2001-м на НТВ сменилось руководство, и Леонид не встал ни на чью сторону. Коллеги возмутились, и Дмитрий Дибров назвал его предателем. В итоге Парфёнов написал открытое письмо директору и объявил об уходе. Позже он вернулся на НТВ с Татьяной Митковой, снова вёл «Намедни» и делал документальный проект «Российская империя». Но в 2004-м его снова уволили — причиной стала публикация в СМИ интервью вдовы чеченского сепаратиста, которое не могло быть показано в эфире.
Вне эфира: от документального кино до YouTube-звезды
После ухода с НТВ Леонид Парфёнов сосредоточился на документальном кино, преимущественно сотрудничая с Первым каналом. На экраны вышли его масштабные проекты: «Цвет нации», «Птица-Гоголь» (посвящённый 200-летию писателя), «Хребет России», «Глаз Божий», «Русские евреи» и «Русские грузины». В 2010 году, получая премию имени Владислава Листьева, Леонид Парфёнов произнёс резко критическую речь о состоянии российского телевидения. В этой речи многие увидели попытку извиниться за собственную уступчивость в ситуации с НТВ в 2001 году. Для других его слова прозвучали как первый шаг к возможной политической карьере.
Идея не казалась такой уж маргинальной: два года спустя Борис Березовский удивил публику, заявив, что хотел бы видеть именно Парфёнова президентом России. В 2018 году журналист освоил новую площадку, запустив авторский канал на YouTube под названием «Парфенон». Формат — еженедельный видео-дневник событий. Первый же выпуск за пару дней собрал более полумиллиона просмотров. Подписчиков удивляло, что Парфёнов лично отвечал на комментарии. «Парфенон» стал не только творческой трибуной, но и весьма прибыльным проектом. По оценкам исследовательского агентства, за первый год канал мог принести своему создателю около 23 миллионов рублей.
После начала спецоперации Парфёнов покинул Россию. Сначала он отправился во Францию, затем перебрался в Израиль, где проживает много его родственников. В интервью Юрию Дудю (признан иноагентом) он объяснил, что решение эмигрировать было связано с предупреждениями от Роскомнадзора из-за его высказываний на политические темы. Недавно журналист сообщил в своём аккаунте, что оборудовал новую студию в Тбилиси, где будет продолжать работу над своей программой #НМДНИ.
Семейный очаг и новые поколения
Личная жизнь Леонида Парфёнова сложилась удивительно спокойно и счастливо. С будущей женой Еленой Чекаловой он познакомился ещё в молодости — благодаря работе. Елена прочла статью о нём в газете и захотела встретиться лично. Вскоре её подруга пригласила его к себе в гости, и так завязался роман, который привёл к свадьбе в 1987 году. У пары двое взрослых детей — сын Иван и дочь Мария. Иван получил образование в Милане, работал в РИА «Новости», а позже сотрудничал со Sport24.
Мария получила образование в университете ресторанно-гостиничного бизнеса и диплом социолога. В детстве у неё была дислексия, и это подтолкнуло девушку помогать детям с трудностями в обучении. В 2015 году семья Парфёновых породнилась с семьёй банкира Михаила Бройтмана: Иван женился на дочери предпринимателя, Марии, выпускнице лондонской школы архитектуры. Свадьба прошла по еврейским обычаям. Через три года у Леонида появился первый внук — Михаил, а вскоре у Ивана родилась дочь Белла. В ноябре 2022 года вышла замуж Мария, её супругом стал Сергей Мхитарян. В 2025 году у них родился первенец — Меир Яков Грант.
Неожиданный поворот: смена риторики и слухи о возвращении
26 января Леониду Парфёнову исполнилось 65 лет. Журналист покинул Россию после начала СВО и за последние годы не раз высказывался против неё. При этом он не участвовал в дискредитации армии и не финансировал ВСУ, поэтому статус «иноагента» ему не присвоили. В последнем интервью Парфёнов заявил, что против России ведётся война, которая пытается обесценить прошлое страны, её настоящее и будущее. Кроме того, в соцсетях он объявил сбор средств на генераторы для жителей Белгорода. Судя по всему, это может быть частью подготовки к возвращению в Россию.
За последние годы у журналиста, судя по активности, заканчиваются средства на свободную жизнь за границей. Он пытался организовать винный тур с дегустациями, гастрономическими вечерами и дискуссиями, обещал программу высокого уровня, но проект провалился: никто не захотел платить по 14,5 тысяч евро за бутылку вина и встречаться с бывшим известным журналистом. После неудачи с проектами Парфёнов, кажется, изменил тон. Он почти перестал критиковать СВО и стал аккуратно смещать риторику в сторону поддержки России.
Леонида Парфёнова ещё много лет назад Дмитрий Дибров назвал предателем. Но знал бы экс-ведущий «Кто хочет стать миллионером?», что судьба уготовила Парфёнову такие неожиданные повороты.
Что вы думаете о Леониде Парфёнове и его последних шагах — справедливо ли складывается его жизнь?
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм