В тот день Сарику Андреасяну было всего четыре года. Он находился в детском саду в Ереване, когда внезапно начали вылетать окна и зашатались стены. Мальчик ещё не понимал, что происходит, и потому не испытывал того страха, который пришёл позже, когда взрослые осознали масштаб случившегося.
7 декабря 1988 года север Армении пережил одно из самых разрушительных землетрясений XX века. Особенно сильно пострадали Спитак, Ленинакан и другие населённые пункты. Погибли десятки тысяч людей, сотни тысяч оказались без жилья.
Но для Андреасяна эта катастрофа не осталась страницей истории.
Она стала частью его детской памяти.
«Мама забежала обратно и схватила меня»
Сам режиссёр рассказывал, что его мама работала воспитателем в том же детском саду. Когда начались толчки, она стала выводить детей на улицу. Сарик почему-то отстал от группы, и матери пришлось вернуться за ним. Вместе они выбежали наружу.
Тогда никто из детей ещё не мог представить, что происходит в других городах.
Позже семья узнала о масштабах разрушений. Родственники собирали продукты, одежду и другие вещи для пострадавших и отправляли их в разрушенные города. По словам Андреасяна, его семья даже стояла в очереди на усыновление четырёх детей, оставшихся без родителей.
Возможно, именно поэтому спустя десятилетия он воспринимал землетрясение не просто как историческую дату.
Это было воспоминание о детстве, стране и людях, которые в одно мгновение оказались перед лицом общей беды.
Идея фильма появилась не случайно
Когда Андреасян решил снять «Землетрясение», речь шла вовсе не о привычном фильме-катастрофе.
Режиссёр подчёркивал: само землетрясение длится на экране считанные секунды, а основная история начинается после него — о людях, которые ищут близких, разбирают завалы и пытаются вытащить выживших.
Работа над сценарием заняла около четырёх лет. Создатели собирали свидетельства очевидцев, изучали фотографии и хронику, ездили в Гюмри и разговаривали с людьми, пережившими трагедию.
Андреасян признавался, что хотел максимально точно передать реальность тех дней. На съёмочной площадке даже разместили реальные фотографии 1988 года, чтобы воссоздавать отдельные сцены практически документально.
Поэтому в фильме появились детали, которые могли бы показаться слишком простыми для большого кино: люди, пытающиеся разобрать завалы подручными предметами, надписи на стенах, хлеб, воду, помощь незнакомцев.
Именно в этих деталях режиссёр видел настоящую историю.
Самым трудным было не показать разрушения
Гораздо сложнее оказалось показать то, что происходило после катастрофы.
Андреасян рассказывал истории очевидцев, которые находили людей под завалами спустя часы после землетрясения. Некоторые эпизоды настолько глубоко впечатлили съёмочную группу, что впоследствии они вошли в фильм почти без изменений.
При этом режиссёр сознательно избегал романтизации трагедии.
Ему было важно, чтобы зритель воспринимал происходящее не как эффектное зрелище, а как человеческую историю. Именно поэтому в центре картины оказались несколько персонажей: люди, которые в тот день потеряли близких, искали родных и пытались спасти тех, кто оказался под бетонными плитами.
На съёмках Андреасян снова оказался внутри той истории
Работа над фильмом проходила в том числе в Гюмри. Для съёмочной группы это было особенно эмоционально: перед ними находился город, который сохранил память о трагедии.
Создатели фильма встречались с очевидцами и собирали предметы, связанные с событиями 1988 года. Некоторые личные вещи впоследствии использовали в картине. Например, найденный у одной из женщин детский шарф стал частью киноповествования.
Съёмки были физически тяжёлыми. Актёры работали среди бетона и пыли, на холоде, иногда по много часов подряд. Команда старалась создавать не просто декорации, а ощущение настоящего разрушенного города.
Для Андреасяна это был особенный проект ещё и потому, что он возвращал его в собственное детство.
Фильм оказался историей не только о смерти
Несмотря на название и тему, режиссёр говорил, что для него «Землетрясение» — прежде всего фильм о силе духа.
В картине есть истории людей, которые в самые страшные часы продолжают искать родных и помогать незнакомцам. Есть спасатели, военные, обычные жители и добровольцы, приехавшие из других городов.
Именно это Андреасян считал одной из главных тем фильма — способность людей объединяться, когда привычная жизнь рушится.
Премьера картины состоялась в 2016 году. В Армении фильм вышел в сентябре, в России — 1 декабря. Национальная киноакадемия Армении выдвинула его на «Оскар» в категории лучшего фильма на иностранном языке, хотя позднее картина была исключена из списка претендентов из-за несоответствия требованиям.
Зрительская реакция тоже оказалась заметной: после выхода фильма о нём много говорили, а профильные публикации отмечали эмоциональную реакцию аудитории.
Память, которая началась в детском саду
Сегодня история создания «Землетрясения» воспринимается иначе, если знать личную связь режиссёра с событиями 1988 года.
Для Андреасяна это была не просто работа с архивами и свидетельствами очевидцев. Он сам находился в Ереване в момент катастрофы, видел первые признаки разрушения и помнил, как мать возвращалась за ним в детский сад.
Прошли десятилетия — и воспоминание четырёхлетнего мальчика превратилось в полнометражный фильм.
Андреасян говорил, что хотел сохранить память о трагедии и показать не только разрушительную силу стихии, но и людей, которые после неё пытались спасти друг друга.
И, пожалуй, именно поэтому история «Землетрясения» для него оказалась гораздо больше, чем очередной режиссёрский проект. Это был способ вернуться к событию собственного детства и рассказать о нём тем, кто родился уже спустя много лет после декабря 1988-го.
ДЗЕН
Телеграм