Шкирандо и Крегжде: 9 актрис, чьи редкие фамилии зрители принимают за псевдонимы

В титрах фамилия появляется на пару секунд — но именно на них зритель часто выпадает из сюжета. Не псевдоним ли? Не опечатка? И как это вообще произнести? У девяти актрис российского кино фамилии такие, что с первого раза не выговорить — и почти невозможно перепутать с кем-то другим. Кому-то они достались при рождении, кому-то — вместе с собственным решением: сменой имени или возвращением к семейному варианту.

Валерия Шкирандо

Шкирандо так и просится на афишу итальянского кино или в финальные титры европейского детектива. Хотя Валерия родилась в Петербурге, а саму фамилию связывают с украинскими корнями.

С этой фамилией у актрисы двойная жизнь: она и работает на неё, и регулярно создаёт проблемы. Валерию вечно переспрашивают, записывают с ошибками, путают ударение. А многие зрители и вовсе уверены, что Шкирандо — придуманный сценический псевдоним.

Актриса рассказывала про слово «шкирандоватый» — по её ощущению, оно означает что-то вроде «бойкий» и «дерзкий». Для актёрской профессии характеристика почти программная. Хотя выдумывать тут ничего не пришлось: редкое сочетание звуков она получила вместе с фамилией.

Анна Глаубэ

Анна Глаубэ изменила собственные титры намеренно. До 2016 года она снималась как Анна Колобаева — фамилия для русского уха обычная: понятная, легко читается, никаких вопросов с первого раза.

Но актрисе её звучание показалось недостаточно подходящим для кино. Так в титрах появилась фамилия бабушки — Глауб. По материнской линии Анна — из поволжских немцев, а Glaub переводится как «вера», «доверие», «уверенность».

На этом работа с фамилией не закончилась. Анна добавила в конце букву «э»: «Глауб» смотрится жёстко, почти обрубленно, а «Глаубэ» читается как законченная фамилия — и заодно подсказывает зрителю, куда вести голос.

Жанна Эппле

Широкая известность пришла к Жанне после «Бальзаковского возраста, или Все мужики сво…», хотя в кино она снималась задолго до этого. И почти параллельно с разговорами о ролях приходилось отвечать на один и тот же вопрос: откуда Эппле?

Сбивает тут не длина, а ощущение чего-то явно немосковского: фамилия короткая, необычная, будто иностранное слово, случайно затесавшееся среди привычных русских. По словам самой актрисы, она связана с прадедом Артуром де Эппле — Жанна называла его французским аристократом.

Фамильная линия получилась литературной: единокровный брат по отцу — Николай Эппле, переводчик, литературовед и публицист. Сама фамилия при этом коротка настолько, чтобы запомниться быстро, и непривычна настолько, чтобы не затеряться среди десятков коллег.

Николина Калиберда

Дети известных родителей обычно стараются от семейной фамилии отстраниться — лишь бы не слышать разговоров о протекции и постоянных сравнений. Николина Калиберда сделала наоборот.

Она родилась в актёрско-музыкальной семье: мать — актриса Оксана Калиберда, отец — композитор Николай Кропалов. Карьеру Николина строила именно под материнской фамилией. Оксана Калиберда со временем отошла от активных съёмок, её фамилия всё реже мелькала на экране, — и дочь объясняла, что хотела её сохранить и вернуть в публичное поле.

Вообще фамильная история у неё разветвлённая. По отцовской линии Кропаловы — прямые потомки Ивана Сусанина, а родной брат Николины Нил Кропалов тоже пошёл в актёры. Сейчас она служит в театре «У Никитских ворот» и снимается в кино — и фамилия, которую она решила сохранить, всё чаще связывается уже не только с матерью.

Евгения Крегжде

К Театру имени Вахтангова, где Евгения Крегжде служит сегодня, она шла через комедию. Широкую известность задолго до академических ролей ей принесли скетч-шоу «Даёшь молодёжь!» и команда КВН «МаксимуМ» на фестивале «Голосящий КиВиН 2009».

Крегжде выглядит так, будто из неё специально вынули несколько гласных — чтобы усложнить жизнь дикторам, ведущим и зрителям. Никакого сценического ребуса здесь нет: Евгения родилась в Риге, потом перебралась в Москву, получила актёрское образование и постепенно стала одной из тех артисток, что встречаются и в популярных сериалах, и в серьёзном театральном репертуаре.

Многие зрители принимают Крегжде за псевдоним — уж слишком необычно выглядит это сочетание букв. Но актриса как раз ничего не придумывала: по её словам, фамилия переводится как «ласточка».

Татьяна Аугшкап

В семье Татьяны Аугшкап вышла отдельная история с фамилиями. Сестра Ирина тоже выбрала актёрскую профессию, но после замужества стала Серовой. Так две родные сестры в профессии оказались будто из разных фамильных миров: одна с редким латышским Аугшкап, другая — с привычной русскому уху Серовой.

Татьяне фамилия досталась по отцовской линии. Её дед, латыш Роберт Петрович Аугшкапс, носил вариант с окончанием, которое позже изменилось; в Гражданскую войну он служил латышским стрелком, а потом стал инженером. Отец актрисы, Агрий Аугшкап, уже работал в театре и кино под знакомой сегодня зрителю фамилией — её Татьяна и сохранила.

Если Крегжде хочется сначала прочитать глазами, то Аугшкап многие предпочли бы услышать вслух. И всё равно после этого тянет уточнить написание. Для актёра эта разница заметнее, чем для любой другой профессии: фамилия постоянно на виду — на афише, в программке, в титрах. Иногда зритель сначала запоминает её и лишь потом начинает узнавать лицо.

Ольга Озоллапиня

На фамилии Озоллапиня взгляд и правда задерживается: с первого раза не всегда ясно даже, как удобнее разбить её на слоги. С латышского она переводится как «дубовый листок».

Ольга родилась в Риге, а актёрское образование получала уже в Москве. Чтобы переезд и поступление в ГИТИС стали возможны, её мать и отчим заложили единственное жильё и взяли кредит. Со временем Ольга стала заметной и в театре, и в кино — но необычная фамилия всё равно остаётся отдельной темой вокруг её имени.

Главная ловушка — ударение: оно падает на «а», и именно тут многие и промахиваются. Для русского уха фамилия устроена непривычно: длинная, музыкальная, со сменой звуков, которая не укладывается в знакомую модель вроде Ивановой или Петровой. Зато есть то, что в актёрской среде ценят особенно, — моментальная узнаваемость.

Анфиса Вистингаузен

Вистингаузен — из тех фамилий, что моментально меняют представление о человеке ещё до знакомства с биографией. Услышишь такое — и воображение уже дорисовывает немецкую семейную историю, старые фотографии, переезды, архивные документы.

У Анфисы всё и проще, и любопытнее. В кино она попала ребёнком — ей было всего шесть лет, когда начались съёмки, — а заметную узнаваемость позже принесла «Закрытая школа». В ранних работах зрители видели совсем другую фамилию: до 2011 года Анфиса выступала как Медведева.

Потом она взяла фамилию матери. Причина была не в желании эффектнее смотреться на афише: Анфиса объясняла своё решение стремлением сохранить редкую материнскую фамилию. Обычно за таким шагом ищут карьерный расчёт, а здесь фамилия становится почти семейной эстафетой. Практичности, впрочем, это не прибавило.

Валерия Бурдужа

Бурдужа звучит так, будто фамилию придумали специально для экрана: коротко, ярко, с характерным ритмом. Но и здесь имиджмейкер ни при чём: редкая фамилия досталась Валерии по отцовской линии и связана с молдавскими корнями.

Родилась она в Знаменске Астраханской области, в семье, далёкой от актёрской профессии. Никакой династии, где громкую фамилию заранее готовили бы для афиш, не было — она просто оказалась частью семейной истории.

Любопытно другое. На какое-то время Бурдужа из профессиональной биографии Валерии пропала: в браке актриса носила фамилию Подадаева, а после развода вернула девичью.

Фамилия — вообще странная вещь. Один всю жизнь мечтает её упростить, другой возвращает бабушкину, третий держится за материнскую. А зритель потом уверенно говорит: «Ну это же точно псевдоним». И чаще всего ошибается.

А вы бы взяли фамилию, которую все переспрашивают, или предпочли бы что-то попроще и понятнее с первого раза? Иногда семейное имя стоит мелких неудобств, а иногда так хочется, чтобы тебя хотя бы правильно записали.