Судьба Инны Гулая: от любви Юрия Никулина до бойкота и гибели мужа-гения

Она покорила зрителей одним лишь взглядом — огромные, чистые глаза не оставляли равнодушным никого. Юрий Никулин влюбился в неё на съемочной площадке, а она выбрала другого — сценариста, подарившего миру «Я шагаю по Москве». Казалось, впереди долгая счастливая жизнь, но судьба распорядилась иначе: коллеги объявили актрисе жестокий бойкот, назвав «убийцей собственного мужа», а сама она закончила дни в психиатрической клинике.

Дитя, рождённое вопреки

Инна появилась на свет 9 мая 1940 года в Харькове. Её появление на свет было омрачено предательством: родной отец, узнав о беременности 19-летней Людмилы Константиновны, просто исчез. В предвоенные годы статус матери-одиночки считался почти позором, и девушка уже собиралась сделать аборт. Но вмешался случай — она встретила моряка Иосифа Генфера. Мужчина, узнав о беде, сделал предложение и пообещал воспитать ребёнка как своего.

Иосиф сдержал слово: вырастил Инну в любви и достатке, ни разу не попрекнув жену прошлым. Свою фамилию — Генфер — актриса носила до поступления в театральный, а потом взяла девичью фамилию матери — Гулая, посчитав её более звучной для сцены.

Между материнской волей и призванием

После войны семья перебралась в Москву. Людмила Константиновна, натерпевшаяся нужды, желала дочери только стабильности. Она мечтала видеть Инну переводчицей — престижная профессия, «кусок хлеба». Инна, послушная и кроткая, не посмела перечить. Она честно пыталась поступить в институт иностранных языков, но провалила экзамены. Мать пришла в ярость, считая актёрство баловством, и отправила дочь работать на завод.

Днём Инна стояла у станка, а по вечерам тайком бежала в театральную студию при Доме учителя. Поступать в Щукинское училище она тоже решилась тайком — мать узнала об этом уже после зачисления.

Звёздный взлёт

«Тучи над Борском» — первый шок

В 1960 году режиссёр Василий Ордынский доверил вчерашней школьнице сложнейшую роль в фильме «Тучи над Борском». Она играла школьницу Олю, которую секта доводит до попытки самосожжения. Инна настолько глубоко погрузилась в образ, что, по воспоминаниям коллег, не имитировала страх — она действительно дрожала от ужаса, физически чувствуя боль своей героини. Фильм стал шоком для зрителей, а критики единогласно оценили великолепную игру молодой актрисы.

«Когда деревья были большими» — встреча с Никулиным

В 1961 году Лев Кулиджанов пригласил Инну в картину, которая сделает её легендой. Роль Наташи — деревенской девушки, всем сердцем верящей, что нашедшийся бродяга — её отец, — стала вершиной её карьеры. Партнёром по съёмкам стал Юрий Никулин. Позже он напишет в своей книге: «Я не мог в неё не влюбиться и сразу же примкнул к толпе её поклонников. Её огромные, чистые, пронизывающие душу глаза!.. Не знал человека, который мог бы не любить её». Именно благодаря Инне, признавался Никулин, его герой Иорданов получился таким настоящим. Фильм отправили на международный кинофестиваль в Карловы Вары, где случился настоящий фурор.

Парадокс «Долгой счастливой жизни»

Карьера достигла пика в 1966 году, когда муж Инны, Геннадий Шпаликов, снял свой единственный режиссёрский фильм — «Долгая счастливая жизнь». Актриса играла в паре с Кириллом Лавровым. В Италии, на фестивале авторского кино в Бергамо, лента получила главный приз. Казалось бы — мировой успех! Но на родине фильм встретили холодно: чиновники не поняли «слишком сложной» игры Гулая. Трагический парадокс: именно этот фильм, признанный за рубежом шедевром, стал началом заката её кинокарьеры. После него Инну практически перестали приглашать на главные роли.

Любовь как наваждение

Первой страстью актрисы стал Иван Бортник. Это была любовь-война: крики, драки, битьё посуды. Два взрывных темперамента не смогли ужиться, и пара рассталась, оставив в душе Инны глубокие шрамы. А затем она встретила Геннадия Шпаликова — того самого сценариста «Я шагаю по Москве». Шпаликов называл её «своей Родиной» и «шведской девушкой». Инна восторженно говорила подругам: «Он был самым талантливым, самым умным, самым красивым».

Но праздник быстро закончился. Шпаликов был неприкаянным, пил, не умел ладить с советской цензурой. Его фильм «Застава Ильича» разгромил лично Хрущёв. Режиссёры перестали брать его сценарии. Отчаяние он заливал алкоголем. Инна пыталась спасти мужа: закрывала долги, уговаривала, плакала. Но в какой-то момент сама начала прикладываться к бутылке. Жизнь в трёхкомнатной квартире превратилась в ад. Геннадий пропивал даже подарки Марка Шагала. В итоге актриса подала на развод, надеясь, что это встряхнёт мужа. А он ушёл в Переделкино и повесился на собственном красном шарфе. Ему было 37.

Бойкот, психушка, одиночество

Смерть Шпаликова стала для Инны приговором. Друзья Геннадия и коллеги по цеху негласно обвинили её в гибели гения. За спиной шептали: «Бросила в трудную минуту», «не досмотрела», «довела». Стена бойкота оказалась глухой. Режиссёры перестали звать её даже на эпизоды, жестоко говоря, что она утратила девичью красоту, стала обычной и неинтересной. Инна осталась одна с нищетой, маленькой дочерью Дашей и прогрессирующей депрессией. Чтобы выжить, её мать работала кассиром и по ночам шила внучке наряды.

Одиночество и невостребованность добили актрису. Она то впадала в эйфорию, когда в жизни ненадолго появлялся мужчина, то неделями лежала, отвернувшись к стене. Однажды в припадке отчаяния Инна поднялась на балкон 16-го этажа со словами: «Я никому не нужна». Мать отправила её в психиатрическую клинику. Выйдя оттуда, актриса уже не была прежней. Она признавалась, что Шпаликов был её единственной любовью, и каждую минуту винила себя в его смерти.

Финал

Инна пережила мужа на 16 лет. 28 мая 1990 года её нашли на полу кухни рядом с открытым холодильником — кома. Через два дня сердце актрисы остановилось. Ей было всего 49 лет.

Проклятие рода Шпаликовых-Гулая

Трагедия семьи не закончилась на родителях. Дочь Инны и Геннадия, Дарья, подававшая надежды актриса, не выдержала груза семейных драм. Смерть матери, одиночество, потеря жилья из-за мошенников — всё это привело её в психоневрологический интернат, где она находится и по сей день. Единственное её богатство — ветхие листочки со стихами отца и несколько детских фото, где мама и папа ещё молоды, красивы и верят в «долгую счастливую жизнь».

За этой публикацией стоит личная драма актёра Александра Лебедева, который сыграл 160 ролей, но стал заложником психического заболевания собственной дочери — его история не менее трагична.

Что же в этой истории — рок или череда случайностей, приведших к такому финалу? Поделитесь мнением в комментариях.

 

Оставить комментарий