Они — олицетворение семейной гармонии в мире российского фигурного катания. Две прекрасные дочери, нежные признания в соцсетях, совместные проекты и трогательные фото с отдыха. Алексей Ягудин и Татьяна Тотьмянина сегодня кажутся эталоном пары, которая нашла друг друга раз и навсегда. Но то, что скрывается за глянцевой поверхностью их счастья, могло бы стать сценарием для латиноамериканского сериала. Побеги, измены, чужие свадьбы и новости, от которых сердце разрывается на части. И самое страшное — когда о предательстве любимого человека ты узнаешь не от него, а с обложки глянцевого журнала.
Как пережить момент, когда вся страна обсуждает роман твоего мужчины с другой, а ты можешь только делать вид, что это неправда? И главное — зачем возвращаться к тому, кого простила, перешагнув через собственную гордость?
Лед, который не таял: начало пути
Они познакомились задолго до того, как между ними вспыхнули чувства. Еще детьми, на юношеских соревнованиях, их поселили в одну гостиницу. Юный Ягудин, уже тогда душа компании, ходил по номерам девочек, травил анекдоты и мешал спать. Серьезная Татьяна, помнящая о режиме, однажды просто выставила его за дверь. Тогда он даже не обратил на нее внимания — мало ли строгих фигуристок?
«Я действительно из тех, кто не прочь приударить за понравившейся девушкой, но с Таней Тотьмяниной у меня такого желания никогда не возникало, — откровенничал позже Алексей. — Может, потому что я хорошо знал, какая она серьезная, неразговорчивая, вся в себе».
Судьбе потребовалось больше десяти лет, чтобы расставить точки над i. Уже будучи олимпийскими чемпионами — Ягудин выиграл золото в Солт-Лейк-Сити-2002, Тотьмянина с Максимом Марининым — в Турине-2006, — они встретились в ледовом шоу Ильи Авербуха. Совместные туры по городам, долгие разговоры, уютные ужины в ресторанах — дружба неожиданно переросла во что-то большее. Искра проскочила там, где ее совсем не ждали.
«Я собрал чемоданы, потому что мне было хорошо»
Когда они начали жить вместе в Санкт-Петербурге, все складывалось идеально. Быт наладился, конфликты отсутствовали, отношения развивались ровно и спокойно. Именно это и стало спусковым крючком. Для человека, привыкшего жить в режиме постоянной борьбы, преодоления, адреналина соревнований, тихая гавань показалась не наградой, а ловушкой.
«Когда я собрал чемоданы, то не уходил к кому-то. Роман случился уже потом. А сбежал от Тани, потому что испугался того, что вдруг все стало хорошо, — признался Ягудин в откровенном интервью. — У меня до этого в личной жизни случались сплошные драмы, и состояние счастья и покоя было непонятно. Я не знал, какие они — долгие серьезные отношения. Смогу ли справиться».
Татьяна осталась одна. Без объяснений, без скандалов, без возможности понять — за что? Мужчина просто собрал вещи и исчез. Позже она вспоминала:
«Мы с Лешей уже начали жить вместе. Как-то прихожу домой — он собирает вещи. «Ты куда?» — «Никуда, просто мне так хорошо. И страшно». Мы расстались… Хотелось застрелиться. Тогда мама еще была жива, все мои слезы достались ей».
Соль на рану: роман с «фабриканткой»
Ягудин недолго оставался один. Вскоре таблоиды взорвались новостями: олимпийский чемпион крутит роман с солисткой группы «Фабрика» Александрой Савельевой. Красивая, яркая, медийная — она казалась полной противоположностью серьезной и закрытой Тотьмяниной. Их союз активно обсуждали, папарацци ловили счастливые улыбки пары, журналы пестрели совместными фото.
Для Татьяны это стало двойным ударом. Новый роман бывшего любимого разворачивался у всех на виду. Они вращались в одних кругах, пересекались на проектах, в том числе на «Ледниковом периоде». Татьяна видела это счастье своими глазами. И молчала.
Она выбрала самую сложную тактику — ледяное достоинство. Ни публичных истерик, ни разоблачающих интервью, ни слезливых постов. Только работа и попытка сохранить себя.
«Узнала из журнала»: момент истины
Самый страшный удар ждал ее впереди. О том, что ее мужчина, с которым они прожили несколько лет, строили планы и мечтали о будущем, встречается с другой, Татьяна узнала не от друзей, не от коллег и уж точно не от самого Алексея. Она прочитала об этом в журнале.
«И, наверное, счастье, что узнала о его романе из журнала, — философски заметила она спустя годы. — А поскольку сама не видела, сказала себе, что все неправда. Сработал защитный барьер».
Психологи называют это диссоциацией — механизмом, который включает сознание, когда реальность слишком жестока, чтобы ее принимать. Татьяна не просто сделала вид, она заставила себя поверить в то, что происходящее — лишь выдумки желтой прессы. Иначе было не выжить.
«Знаю точно — удержать человека невозможно. Все равно уйдет, если захочет. Только не факт, что жалеть потом больше будешь ты, — рассуждала фигуристка. — Когда одолевают сомнения, не нужно их подкреплять. Лезть в телефон, смотреть переписку. Тут или доверять, или проверять. Я выбрала доверие».
Возвращение: цена ошибки
Роман с Савельевой продлился, по разным данным, от девяти месяцев до двух лет. Но страсть быстро перегорела, столкнувшись с реальностью разных графиков и отсутствием глубокой связи. К тому же в жизни Татьяны случилась трагедия — в автокатастрофе погибла ее мама, самый близкий человек. И Ягудин, несмотря на разрыв, оказался рядом. Приехал не как любовник, а как друг, готовый поддержать.
Вторым фактором стала ревность. Увидев, что Татьяна пытается жить дальше и принимает ухаживания других мужчин, Ягудин осознал то, что психологи называют «синдромом потерянной территории». Страх потерять ее окончательно перевесил страх перед серьезными отношениями.
«Таня для меня — все забирай, только не Таню», — сформулировал он свое запоздалое прозрение.
Он вернулся. Не триумфатором, не победителем, а человеком, осознавшим колоссальную ошибку. И Татьяна… приняла. Без выяснения отношений, без требования детального отчета о проведенном без нее времени, без попыток отыграться за унижение.
«Когда Леша вернулся, отношения мы не выясняли и про его роман не говорили. Было и прошло, как простуда», — спокойно констатировала она.
Эту фразу можно читать по-разному: как проявление колоссальной мудрости или как свидетельство глубокой психологической травмы. Скорее всего — и то и другое вместе.
Американские горки: расставания как образ жизни
Их отношения и после возвращения не стали гладкими. Сработал паттерн, который Тотьмянина описала с пугающей откровенностью:
«Когда становилось все хорошо и спокойно — мы расставались. Я снимала квартиру и уезжала. Через некоторое время мы снова съезжались. Потом снова у кого-то что-то в голове торкало. Раза четыре-пять это точно было. Так мы поменяли несколько адресов».
Они разъезжались и сходились вновь, проверяя чувства на прочность расстоянием и одиночеством. Причем инициатором разрывов выступала не только «несозревшая» для семьи звездная половина.
«Не только она меня принимала, но и я ее принимал. И по поводу этих разговоров “Леша ловелас” — этого ничего не было. Ну, Савельева — это понятно. Но и Таня уходила. Так что, не только я уходил и возвращался», — признавался Ягудин, уравновешивая счет.
В 2009 году, когда родилась первая дочь Елизавета, казалось, что семья наконец обрела стабильность. Но штамп в паспорте по-прежнему отсутствовал.
«Мне официальная регистрация была не важна. Ну зачем этот штамп в паспорте, если мы и так живем вместе и счастливы? — рассуждал Алексей. — Это формальность, да еще если б Таня взяла мою фамилию, пришлось бы кучу документов переделывать».
В 2015 году родилась вторая дочь, Мишель. Ситуация повторилась: двое детей, многолетний совместный быт, но официально они по-прежнему чужие люди.
Свадьба под давлением: как интернет-комментарии изменили все
Что же заставило Ягудина наконец решиться на официальный брак? Романтика? Осознание долга? Внезапно вспыхнувшее желание сделать предложение в лучших традициях? Как выяснилось, причина была куда прозаичнее — общественное давление и интернет-тролли.
«Поводом расписаться стало совместное интервью в журнале. Мы были на обложке со второй дочкой, а потом Леша почитал комментарии в интернете: «Да все это пиар-ход, жениться он не хочет, такой-сякой…» А у нас как раз шоу в Сибири. Идем на автограф-сессию, Леша спрашивает: «Объясни, почему всем надо, чтоб мы поженились официально?» — вспоминала Татьяна.
Предложение Ягудин сделал в своем неподражаемом стиле. В новогоднюю ночь, находясь «на небольшом допинге», как он сам выразился. А дорогое кольцо и вовсе упаковал в порванный пакет и оставил на диване. Наутро Татьяна переспросила:
«Помнишь все? Не надо напоминать?» — «Не надо», — ответил жених.
22 февраля 2016 года во время гастролей в Красноярске они расписались. Невеста была в темно-синем платье (белое найти не успели), жених — в классическом костюме, а после церемонии они отправились на лед — давать вечернее представление. Пышного торжества не было: двадцать ближайших друзей, ужин в ресторане и снова гастроли.
«По сути, мы поженились, чтобы нас перестали донимать вопросами, касающимися формального статуса», — честно резюмировал Ягудин.
Вторую свадьбу — уже для души — они сыграли через полтора года в Турции. Для дочек. Лиза и Мишель были подружками невесты, а старшая дочь торжественно пронесла кольца и, поймав мамин букет, тут же вручила его отцу:
«На, бери, иди дари своей женщине».
«Я кайфую от моей Тани»
Сегодня, оглядываясь на 14 лет терний, Алексей Ягудин не скупится на слова благодарности.
«Стоило потерпеть и пройти все ссоры, все расставания в течение 14 лет, для того чтобы наше настоящее было таким, какое есть, — признается он. — Я никогда бы раньше не подумал, что буду вот так… как объяснить? Вот так кайфовать от моей Тани. За все это время она очень сильно поменялась. Я как был дураком, так и остался, а она стала совершенно гениальной женщиной с нереальным количеством знаний и глубоким пониманием жизни».
При этом патриархальные взгляды фигуриста никуда не делись.
«В нашей русской семье, как бы ни менялось общественное мнение, деньги зарабатывает мужик и за благополучие отвечает мужик, — заявляет он. — Таня научилась маневрировать. Кивать «Да, хорошо, как скажешь». Я тут же выдыхаю и забываю, о чем спорил, а жена делает по-своему».
«Конечно, я глава семьи и рвусь все решать сам, но Таня в финансовых вопросах разбирается лучше. Пару раз буквально спасала семейный бюджет от краха», — добавляет он с улыбкой.
В этом браке вообще много иронии и самоиронии. Ягудин, некогда боявшийся покоя, сегодня признается:
«Никогда не думал, даже лет 10 назад, что, когда мне будет 40–41, я буду ненаигранно и искренне говорить о том, что я хочу домой, я хочу к детям, я хочу к Тане, я хочу в свою баню… В сегодняшнем дне я хочу все эти вещи. И я просто нереально счастливый человек. У меня всё есть!»
Они вырастили двух дочерей, которые, кстати, не пошли по стопам родителей, выбрав плавание, гимнастику и балет. Они прошли через его алкогольные скандалы и ее борьбу с онкологией. Через измены, разрывы, боль и отчаяние. И вышли с другой стороны — не разведенными супругами, ведущими войну за детей и имущество, а людьми, которые смотрят в одну сторону.
История Ягудина и Тотьмяниной — это не сказка о прекрасном принце и спящей красавице. Это суровая быль о том, что любовь не имеет ничего общего с розовыми соплями и голливудскими хэппи-эндами. Любовь — это умение прощать. Умение ждать. Умение признавать ошибки и возвращаться, даже если очень стыдно. Умение сказать себе: «Этот человек — мой», и не обращать внимания на то, что пишут в журналах.
Но самый главный вопрос, который эта история оставляет без ответа, адресован каждому из нас: где та грань, которая отделяет мудрое прощение от потери собственного достоинства? Можно ли простить уход «в никуда» и публичный роман с другой и при этом не перестать уважать себя? Или разбитую чашку действительно можно склеить так, что она станет крепче новой?
Поделитесь своим мнением в комментариях. Возможно, именно ваш опыт поможет тем, кто сегодня стоит перед подобным выбором.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм