В семьдесят лет Михаил Глузский снова начал прихорашиваться. На съёмках «Без солнца» рядом с ним оказалась Вера Глаголева — молодая актриса, игравшая Настю. Он опять, как в довоенные годы, следил за собой, надевал яркое, экстравагантное, мог часами говорить с ней по телефону.
Дома его ждала Екатерина — женщина, с которой он к тому времени прожил без малого полвека. Сцен она не закатывала, подругам о предательстве не жаловалась. Разве что тихо спрашивала: «Ты опять сегодня с Верочкой встречаешься?»
Позади была жизнь, где звёздных ролей почти не случилось, а работы — сколько угодно: эпизоды, второй план, характерные лица, озвучка десятков иностранцев, «Тихий Дон», «Кавказская пленница», «Тайна двух океанов», преподавание во ВГИКе, собственные мастерские.
Мальчик под прилавком
Михаил Андреевич Глузский родился 21 ноября 1918 года в Киеве. Отец его, Андрей Михайлович Гмырёв, вышел из крестьян, стал поэтом и журналистом, успел поставить под Киевом дом с фруктовым садом. Умер он от тифа в 1922-м — сыну тогда не исполнилось и четырёх.
Мать, Ефросинья Кондратьевна, осталась одна с двумя детьми на руках. Перебиралась из города в город — Москва, Баку, снова Москва, — служила продавщицей в отделе игрушек ЦУМа. Маленького Мишу девать было некуда, и он днями сидел под прилавком.
Рос, как сам потом признавался, «нехорошим мальчиком»: уличные драки, разбитые фонари, учёт в милиции. Как-то явился в школу с волосами, натёртыми репейным маслом до блеска. Педагоги блеска не оценили и грозили отчислением — пришлось извиняться.
Всё переменилось, когда в доме открылся театральный кружок. Мальчик зашёл просто посмотреть — и пропал. В семнадцать лет играл стариков: в самодеятельности желания не спрашивали. В театральные школы его не принимали. Взяли в Школу киноактёра при «Мосфильме», куда как раз шёл набор, — и там он ухитрялся нарушать правила: ни комсомольцем, ни пионером не был, за «антиобщественную деятельность» его пытались отчислить. Удержался, окончил, получил диплом.
Война, сцена и голос
Дальше была война. Глузский выступал перед солдатами в концертных бригадах, дошёл до побеждённой Германии, играл на сцене Драматического театра Группы советских войск. А после войны пришёл в Театр-студию киноактёра при «Мосфильме» и служил ей почти полвека.
Снимался много, а звёздных ролей выпало мало. Зато оставались персонажи, которые не забывались, и голос — тембр, который миллионы знали наизусть, даже не догадываясь, кому он принадлежит.
Магазин, в который они не пошли
Весной 1949 года на студенческом спектакле он увидел Екатерину. Студентка, замужем. Глузского это не остановило — тем более что совсем незадолго до того умерла мать, и любовь, надежда на новую семью были ему нужны как никогда.
Через друзей он попал на вечеринку к Кате и под благовидным предлогом позвал её сходить в магазин. Она согласилась. Магазина не получилось: они гуляли по Москве, не в силах оторваться друг от друга. «Какой же я легкомысленный человек. Дома муж ждёт», — говорила она. Он негодовал: был уверен, что Катя создана для него.
Судьба разлучила их на три года: актёра отправили в Германию — работать по контракту в театр Группы советских войск. Они переписывались. А потом он узнал, что Екатерина подала на развод, — и разорвал контракт. Вернулся в Москву, переехал к ней в коммунальную квартиру: своего жилья у него не было.
Вскоре родился сын Андрей. Бывший муж Кати развода не давал, и мальчика по документам записали на законного супруга. Пошли скандалы и претензии; в какой-то момент тот заявил, что ребёнок его не только по бумагам, но и по крови. Со временем остыл и оставил пару в покое. Развод оформили, Михаил и Екатерина официально поженились. Позже родилась дочь Мария.
Дом, где читали вслух
Фамилия её была Перегудова. Екатерина происходила из потомственных московских интеллигентов — артистов и священников. Работала в издательстве, потом стала сотрудником Института искусствознания, изучала наследие Мейерхольда. В её семье Глузский набрался эрудиции, пристрастился к запрещённой литературе и твёрдо решил в КПСС не вступать.
Вместе они прожили почти пятьдесят лет. Дом был полон гостей: читали вслух поэзию и прозу, спорили о судьбах страны, нянчили внуков — их родилось четверо.
Брак выдерживал и такое. В 1960-е в Театре киноактёра объявилась девушка, называвшая себя внебрачной дочерью актёра. Она пришла к ним домой, и Глузский, сверяя даты и документы, доказал супруге, что это самозванство.
«Ты опять сегодня с Верочкой?»
«Без солнца» Юлия Карасика снимали в 1987 году. Глузский играл странника Луку, Вера Глаголева — Настю. Ему было семьдесят, ей — заметно меньше. За эту роль его выдвинули на «Нику» как лучшего актёра.
Именно тогда он снова начал прихорашиваться. Трость, с которой его стали видеть, была не франтовством: ногу он сломал, спасая падавшую женщину на эскалаторе в метро, и она осталась вынужденной мерой. А вот яркая одежда и новое оживление били в глаза.
Вера стала для него очень близким человеком. Они могли говорить по телефону часами.
Екатерина по-прежнему не устраивала сцен и не требовала объяснений. Семья не разрушилась, он не ушёл.
Романа, впрочем, не вышло: молодая актриса перевела всё в дружбу, и он был рад и этому. Они созванивались и общались до самого конца.
Последняя «Чайка»
В 1999 году не стало его друга, актёра Евгения Дворжецкого. Потерю Глузский переживал тяжело. И здоровье сдавало: сердце и сосуды, а ещё нога — старая травма, полученная в молодости, всё чаще напоминала о себе.
Но без работы он себя не мыслил. Выходил на сцену, снимался. Последним спектаклем стала «Чайка» в театре «Школа современной пьесы» — постановка Бориса Акунина, где он играл Сорина. К тому времени он передвигался уже в инвалидной коляске. А за несколько дней до этого был у друзей в США, строил планы, собирался на «Кинотавр» в Сочи.
Планы перечеркнули скачки температуры и больница. Режиссёр Иосиф Райхельгауз звонил ему в палату, собираясь отменить показ: у актёра температура под сорок, а второго исполнителя, Льва Дурова, нет. Глузский умолял не отменять. Коллеги на руках внесли его в театр.
Сын Андрей вспоминал: «Едем в театр. Там все в шоке, но стараются не подавать вида: Михаила Андреевича любили, боялись за него. Как он играл в тот день, благодаря каким силам — не знаю. Потом — аплодисменты, цветы, поздравления коллег… Затем быстро в машину. И снова — больница».
После финальных аплодисментов артист за кулисами потерял сознание. Почти сразу наступило ухудшение. Через день стало известно, что ему ампутировали ногу. Дальше — отказ лёгких, аппарат искусственного дыхания. Был момент, когда казалось, что он идёт на поправку. Потом снова стало хуже.
Сердце Михаила Глузского не выдержало. Он умер 15 июня 2001 года. Ему было 82 года. «Чайка», которую он отказался отменять, осталась его последним выходом на сцену.
А вам Михаил Глузский запомнился прежде всего голосом, характерной ролью или тем самым последним выходом на сцену?
ДЗЕН
Телеграм