
Семь лет Зоя Пыльнова жила с Леонидом Ярмольником, оставив мужа — народного артиста Владимира Ильина. А потом вернулась к нему. Ильин не сказал ей ни слова упрека: к тому времени он пережил падение с моста и навсегда бросил пить. Их союз выдержал то, что обычно разводит людей навсегда.

Народный артист, обладатель нескольких «Ник» и государственных наград, больше сотни ролей — от «Сибирского цирюльника» и «Утомленных солнцем» до «Времени первых» и «Аварии — дочери мента». Только вряд ли Ильин стал бы перечислять все эти статуэтки, если бы его спросили о главном. Разговор у него вышел бы про Зою.
Он родился в Свердловске в 1947-м, в актерской семье, — кулисы и запах грима знал с пеленок. Театральное училище окончил, поколесил по провинциальным сценам и добрался до Москвы.
Парень в растянутом свитере и звезда «Таганки»
Летом 1970-го в Свердловск на гастроли приехал Театр на Таганке — тот самый, гремевший на весь Союз. В труппе играла Зоя Пыльнова. С Ильиным они были ровесниками и почти земляками: она тоже с Урала, из Верхней Салды, только учиться ее занесло в Одессу. Оттуда, видимо, и ее острый, едкий юмор — таким припечатает, что мало не покажется. После была Москва, «Таганка» и одна сцена с самим Высоцким.

Рядом с эффектной, глазастой и острой на язык столичной актрисой Ильин поначалу смотрелся парнем в вытянутом свитере и с патлатой шевелюрой — впечатления не производил никакого. Поговаривали, что Зоя попросту уничтожала его ядовитыми одесскими шутками. Другой бы отступил. Ильин не отступил: ухаживал настойчиво и преданно, пока она не согласилась пойти с ним на свидание.
Жизнь на одну зарплату
Дальше — Москва, тесная актерская общага и быт на зарплату одной Зои. Ильин рвался к своей «Зайке» на «Таганку», но худсовет его забраковал. Зоя не закатила ни истерики, ни упреков, только махнула рукой: ну и ладно, послужим в разных театрах. Почти три года он не мог устроиться ни в один московский театр. Семью тянула она: кроме сцены, Пыльнова шила модную одежду для коллег-актрис.

Потом Ильин на 15 лет осел в Театре Маяковского, а Зоя осталась на «Таганке» — Соня Гурвич в «А зори здесь тихие», Гелла в «Мастере и Маргарите». Параллельно она озвучивала мультфильмы: ее голосом говорит поросенок Фунтик и волчок из «Большого Уха», а в детском аудиоспектакле «Питер Пэн и Венди» ей досталась главная роль.
«Всё, хватит. Я ухожу»
А за закрытыми дверями их квартиры всё шло не так. Актерская среда — это постоянный стресс и вечные сомнения в себе, а после спектакля — традиционные посиделки с друзьями «для снятия напряжения». Сначала пара рюмок за компанию казалась ерундой, но очень быстро они превратились в настоящие загулы. Зоя возвращалась уставшая после смены, ждала мужа — а он опять приходил на бровях. Стерпела раз, другой, десятый, и это стало нормой жизни. Из хохотушки с одесским задором она превратилась в грустную, измотанную женщину. А потом сказала: «Всё, хватит. Я ухожу».
Семь лет в коммуналке у «Октябрьского поля»
Свято место пусто не бывает — тем более рядом с такой яркой женщиной. На той же «Таганке» служил молодой, горячий и амбициозный Леонид Ярмольник, младше Зои на семь лет. Два года он ходил за ней по пятам, дарил цветы и ждал своего часа. И дождался: когда Зоя, раздавленная пьянством мужа, осталась одна, Леонид оказался рядом — понимающий, трезвый, влюбленный до беспамятства.

Официально Зоя всё еще оставалась женой Ильина, но кому до этого дело, когда внутри всё болит, а тут — такая страсть. Они сняли крохотную комнатку в коммуналке у метро «Октябрьское поле» и прожили в гражданском браке семь лет. Наверное, счастливее всего им было, когда Зоя узнала, что ждет ребенка: она очень мечтала стать мамой. И, будучи в положении, продолжала бегать в куцем полушубке и без шапки в 25-градусный мороз. Подруги крутили пальцем у виска: «Зоя, почки застудишь!» А она отмахивалась: молодая, пронесет.

Не пронесло. На седьмом месяце она потеряла малыша — и это горе буквально раздавило обоих. Только свое горе каждый переживал в одиночку, и поддержать друг друга они так и не смогли. В театральной тусовке шептались разное. Нашлись и «доброжелатели», которые прямо в лицо убитой горем женщине говорили, что это божья кара за брошенного законного мужа. Жестоко и бестактно. Но Зоя, раздавленная виной, начала и сама так думать. Ей отчаянно захотелось вымолить прощение — и у Бога, и у Володи.

Мост, прощение и клирос
А Ильин эти семь лет не сидел сложа руки и не ждал, заламывая пальцы. Он занялся спортом и пересмотрел собственную жизнь. Окончательно завязать с алкоголем помог случай, от которого до сих пор мурашки: на гастролях в Днепродзержинске после очередной гулянки он сорвался с моста в реку и страшно разбил голову. Несколько дней в реанимации он балансировал между жизнью и смертью. Рассказывают, что в сознание пришел ровно тогда, когда Зоя в Москве пошла в храм и поставила свечку за его здравие. После той больничной койки Ильин бросил пить навсегда.

Когда Зоя постучалась в его дверь, сцен он не устраивал. Просто впустил, обнял и простил. Официально они так и не развелись — а тут решили скрепить союз перед небом и обвенчались. Вернувшись к мужу, Зоя изменилась до неузнаваемости. В 1984-м, когда Любимова лишили гражданства и театр стал уже не тем, она без сожалений ушла со сцены и с головой ушла в веру: пела на клиросе в храме Троицы Живоначальной возле «Мосфильма», а позже стала там регентом хора.

За собой она потянула и Владимира. Он скромничал и с улыбкой говорил в интервью: «Я-то еще на пороге церкви топчусь, а вот Зоя уже давно внутри». И ни на одну роль не соглашался без благословения духовника.
Шесть потерь и январь 2025-го
Они молились о ребенке, но судьба шесть раз давала надежду и шесть раз ее отбирала — шесть выкидышей. Супруги смирились и всю нерастраченную родительскую нежность отдали племянникам, троим сыновьям брата Александра. Младший, тоже Александр Ильин, вырос и стал колоритным Лобановым из «Интерны».

За год до смерти, в январе 2024-го, Зоя Пыльнова еще сама разговаривала с журналистами: рассказывала, как муж восстанавливается после операции по удалению тромба, и просила не поднимать ажиотаж вокруг его здоровья.
12 января 2025 года Зои Владимировны не стало. Она ушла, не дожив двух недель до 78-летия. Прощание прошло 14 января в Покровском храме села Рубцово. В храме Живоначальной Троицы в Троицком-Голенищеве, где она была регентом в последние годы, ее помнят как невероятно доброго и светлого человека — там же она своими руками делала элементы церковного убранства.

Владимир Адольфович остался один. Живет он, по рассказам, уединенно где-то неподалеку от Ново-Иерусалимского монастыря в Подмосковье: ведет глубоко религиозный образ жизни и занимается столярным делом — мастерит простую мебель для нужд обители.
А с Леонидом Ярмольником Ильин, говорят, со временем помирился и даже подружился: Ярмольник помог ему деньгами на ремонт квартиры, которую актеру выделил театр.
