Август 1987 года окутал Москву невыносимым зноем, усугубленным отключением горячей воды в домах. В одной из квартир на Спиридоновке два дня подряд горел свет, не угасая ни на минуту. Соседи недоумевали: хозяин, известный артист, вернулся со съемок и должен быть дома, но на звонки никто не отвечал. Тревожное предчувствие заставило родственников примчаться к дому.
Дверь оказалась заперта изнутри на два замка. Зять, не найдя другого выхода, разбил стекло соседнего балкона и шагнул в душную тишину квартиры. Сразу же послышался шум льющейся воды. Анатолий Папанов сидел в ванной, прислонившись к стене. Его сердце остановилось от резкого спазма, вызванного ледяными струями.
Ему было всего 64 года. Великий артист только что вернулся из глуши Карелии, где завершил работу над, возможно, самой пронзительной ролью в своей карьере — в фильме «Холодное лето пятьдесят третьего…». Дома его никто не ждал: супруга находилась на гастролях в Риге, дочь с внуками отдыхали на даче. Когда приехали санитары, чтобы забрать тело, зять полез в шкаф за простыней. В этот момент на пол посыпались пачки денег — гонорар за последние съемки, который Папанов, не придавая значения, просто бросил на полку. Но тогда никто не думал о купюрах. Страна потеряла своего любимого «Лёлика» и незабываемого Волка, так и не узнав до конца, каким был этот человек, когда смывал грим.
Сквозь пламя войны к мечте
В суровом 1942 году коридоры ГИТИСа были привычны к военной форме, но одна пара неизменно притягивала взгляды. Она — единственная девушка на курсе, облаченная в неизменную гимнастерку и сапоги, ведь другой одежды у нее просто не было. Он — худой, угловатый юноша, вынужденный опираться на палочку при каждом шаге.
Анатолий Папанов пришел в театральный институт после тяжелейшего ранения, полученного под Харьковом. Из всей его роты в живых остались лишь двое. Взрывной волной ему раздробило ступню, и врачам пришлось ампутировать два пальца. Несмотря на увечья, Михаил Тарханов принял его в ГИТИС сразу на второй курс, с необычной формулировкой: «Разбавишь девчонок, а то у нас одни бабы».
На занятиях по танцам Папанов творил настоящее чудо. Чтобы скрыть хромоту, он плотно набивал туфли скомканной газетой, туго шнуровал их и вальсировал, превозмогая невыносимую боль. Никто из преподавателей даже не догадывался, какой ценой ему давались эти изящные па. Надежда Каратаева, та самая девушка в гимнастерке, которая в свободное от учебы время работала санитаркой, сразу приглянулась ему. Их путь домой пролегал на одном трамвае, и Папанов провожал ее до самого подъезда, расспрашивая о жизни, а затем, рискуя нарваться на патруль в комендантский час, пробирался к себе.
Сердце выбирает не чины
Их студенческий роман развивался медленно, но верно, наполненный искренними чувствами и опасностями военного времени. Однако на горизонте этой зарождающейся любви внезапно возник мощный барьер. Однажды на студенческих танцах Надежду заметил Николай Щербаков — не просто студент, а племянник самого маршала Климента Ворошилова. У «красного маршала» не было своих детей, и племянника он воспитывал как родного сына.
Ухаживания племянника маршала выглядели как кадры из трофейного кино: он привозил девушку в роскошную квартиру дяди, где посреди войны стоял антиквариат и накрывались столы, о которых голодные студенты могли только мечтать. Анатолий, увидев такого влиятельного соперника, отошел в сторону. С его инвалидностью тягаться с «кремлевским племянником» казалось бессмысленным, и он просто исчез из жизни Надежды, перестал ее провожать, замкнулся в себе.
Однако Надежда не собиралась мириться с его молчанием. Когда Анатолий все же набрался смелости подойти к ней, он робко спросил: «Как у тебя дела с Колей?». Девушка нахмурилась и решительно ответила, что он ей не нравится. Опешивший Папанов уточнил: «А кто тогда нравится?». В ответ Надежда, бросившись ему в объятия, воскликнула: «Ты мне нравишься, дурак!».
Вскоре после Великой Победы, 20 мая 1945 года, они расписались. Жить молодоженам было совершенно негде. В коммунальной квартире родителей Надежды для них выгородили крошечный закуток фанерным щитом, не доходящим до потолка. Слышимость была абсолютной, теснота невероятной, но это было их первое, пусть и скромное, собственное пространство.
Верность, стоившая карьеры
Еще на студенческой скамье было очевидно, что Анатолий Папанов обладает выдающимся талантом и ему уготована звездная судьба. На дипломных спектаклях он блистал, с одинаковым мастерством играя как стариков, так и юнцов. Экзаменаторы из МХАТа и Малого театра наперебой приглашали талантливого выпускника в свои труппы, что было прямым билетом в клуб актерской элиты.
Однако Надежду, как и весь остальной курс, распределили в Литву, в Клайпеду, с задачей создавать там Русский драматический театр. Перед Папановым встал мучительный выбор: остаться в Москве, в одном из лучших театров страны, или последовать за женой в разрушенный послевоенный город. Не раздумывая ни минуты, он решительно заявил в высоких кабинетах: «Я поеду с женой», одним махом перечеркнув свои блестящие перспективы в столице.
Этот смелый шаг привел их в Клайпеду, которая встретила молодых артистов холодом и враждебностью. Русская труппа делила сцену с литовской, а жили они в общежитии на птичьих правах. Зрителей было мало, быт оставался неустроенным. Но именно там, в провинциальной глуши, Папанов впервые по-настоящему почувствовал себя большим артистом: конкуренции практически не было, и ему давали играть все роли, какие он сам выбирал.
Тернистый путь к признанию
Судьба вновь вмешалась, и возвращение в Москву спустя пару лет произошло совершенно случайно. Во время отпуска супруги встретили на улице своего педагога Андрея Гончарова, который тут же затащил Папанова в Театр сатиры. Но счастье воссоединения оказалось неполным: Надежде пришлось остаться в Литве еще на год, поскольку директор театра шантажировал ее исключением из комсомола и не отдавал документы. Семья вновь зажила на два города, мучаясь от ревности и переписываясь.
В столице Папанова ждали новые испытания. Денег на двоих катастрофически не хватало. В Театре сатиры царили «старики» — корифеи, знавшие репертуар наизусть. Молодому Папанову доставались лишь эпизодические роли без слов. Из мэтра клайпедской сцены он превратился, по его собственному горькому признанию, в актера, который лишь произносил: «Кушать подано».
Это было время глубокого отчаяния. Невостребованность и ощущение тупика толкали Анатолия к алкоголю. В театре он сдружился с Евгением Весником, таким же фронтовиком, талантливым, но недооцененным в тот период. Их совместные загулы со смехом обсуждала вся театральная Москва. Однажды, отыграв спектакль, приятели отправились на вокзал провожать знакомых. Зашли в вагон-ресторан «Красной стрелы», заказали по сто грамм и за разговором не заметили, как поезд тронулся. Выходить на ходу было поздно, и друзья решили продолжить застолье. Всю ночь они ехали до Ленинграда, утром вышли на перрон, подышали воздухом Северной столицы, сели в тот же поезд и тем же вечером вернулись в Москву. Жены сходили с ума целые сутки. Папанов вернулся домой помятый, виноватый, но, к счастью, живой и здоровый. Надежда даже не стала ругаться, а просто крепко обняла его.
Однако не все выходки заканчивались так безобидно. Однажды, крепко выпив, Папанов прилег на лавочку. Подошедший милиционер потребовал немедленно уйти. Артист попытался объяснить, что ноги не держат, слово за слово — началась перепалка. Папанов, пытаясь встать, ухватился за галстук стража порядка. Хлипкая резинка лопнула, и галстук остался в руке актера. В протоколе это значилось как «нападение на сотрудника при исполнении», и приговор был суров — 15 суток.
Трагикомичная ситуация, словно сошедшая со сцены Театра сатиры, развернулась наяву. Днем заслуженный артист мел улицы под надзором милиционеров, а вечером его под конвоем привозили в театр играть спектакли. Милиционеры буквально дрались за право сопровождать задержанного — это был единственный способ попасть в зрительный зал на постановки, билеты на которые раскупались за считанные часы. Начальник отделения, увидев игру Папанова, так расчувствовался, что сократил ему срок до семи дней. А в театре после этого инцидента собрали товарищеский суд. Старейший актер Дмитрий Кара-Дмитриев, у которого Папанов раз за разом отбирал роли, требовал лишить его звания, уволить и публично опозорить. Коллеги же решили ограничиться выговором.
Надежда боролась за мужа изо всех сил: выливала водку в раковину, искала его по друзьям, терпела. Свекровь, Елена Болеславовна, всегда вставала на сторону невестки. Когда пьяный Анатолий приходил к матери жаловаться на жену, та выставляла его за дверь со словами: «Надя тебя выгнала? Правильно сделала! Теперь иди мирись! И это… Цветы не забудь купить!». Переломный момент наступил со смертью матери в 1973 году. На поминках Папанов страшно напился, а наутро отодвинул рюмку и твердо сказал: «Всё». Больше до конца жизни он не выпил ни капли, словно дав какой-то тайный обет ушедшей матери.
Лицо трагедии за маской комика
Мир кинематографа долгое время не принимал Анатолия Папанова. Эльдар Рязанов, например, пробовал его на роль Огурцова в «Карнавальной ночи», но забраковал. Первый «громкий» успех комедийного артиста случился там, где его совсем не ждали — в серьезной драме.
Когда Константин Симонов искал актера на роль генерала Серпилина для экранизации своего романа «Живые и мертвые», режиссер Александр Столпер предложил Папанова. Симонов сначала сомневался: «Комика на такую серьезную роль?». Но увидев пробы, писатель воскликнул: «Да, да, да! Это он!». Сам Папанов поначалу долго отказывался от этой роли: «Ну какой я генерал? Я старший сержант, я окопник, я генералов только издали видел». Позже, прочитав книгу, он нашел описание Серпилина: «человек с лошадиным лицом и умными глазами». Актер грустно усмехнулся, поняв, почему его выбрали: «Морда как у лошади…».
Эта роль стала поворотной в его жизни. Зрители увидели в смешном человеке трагическую глубину. Но истинная, всенародная любовь пришла к нему благодаря мультфильму. Знаменитый Волк из «Ну, погоди!» стал для Папанова своего рода проклятием. Артист ненавидел этого персонажа, жалуясь, что «Этот Волк перегрыз мою жизнь!», проводя ребром ладони по горлу. Где бы он ни появлялся, дети и взрослые кричали: «Волк! Смотрите! Волк идет!». Все его великие роли в театре, тонкие психологические работы в кино — все это тонуло в хриплом «Ну, заяц, погоди!».
Народный артист: без пафоса и блеска
На сцене и в кадре Анатолий Папанов и Андрей Миронов составляли идеальный дуэт, их партнерство было безупречным. Но за кулисами жизни они были совершенно разными людьми. Миронов — баловень судьбы, сын знаменитых родителей, выросший в артистической среде, любимец главного режиссера Валентина Плучека. Папанов же — фронтовик, пробивавшийся с самых низов, вечно сомневающийся в себе.
Театральные сплетни утверждали, что Папанов ревновал Плучека к Миронову, и в этом была доля правды. «Андрюша и так в шоколаде, а ему еще и пирожное дают», — ворчал Анатолий Дмитриевич, когда очередная главная роль доставалась молодому коллеге. Тем не менее, на сцене они работали безупречно. Однажды на концерте жена Папанова, будучи ведущей, объявила: «Выступает народный артист РСФСР Папанов». За кулисами он отвел жену в сторону и строго пригрозил: «Милая, ну какой к черту РСФСР? Я уже давно народный СССР! Никогда, никогда не смей меня так объявлять при Миронове!».
Несмотря на всенародную любовь и высокое звание Народного артиста СССР, в быту Анатолий Папанов оставался обескураживающе скромным человеком. Долгое время его семья жила в обычной пятиэтажке, а сам актер, надев кепку и темные очки, ездил в театр на метро, а затем на трамвае. Машину он купил поздно, когда ему было уже за шестьдесят, и то спонтанно: в автосалоне ему навязали по низкой цене черную «Волгу», от которой отказался какой-то чиновник.
Этой машины Папанов стеснялся. Он никогда не парковал «Волгу» у служебного входа в театр, предпочитая оставлять ее в переулках, чтобы не мозолить глаза коллегам и не вызывать зависть. «Будут еще говорить: барин приехал», — отмахивался он от просьб жены припарковать машину поближе. В семейных вопросах деньгами заведовала Надежда. Папанов приносил конверт с гонораром, клал на тумбочку и с хитрецой говорил: «Надь, а ты пойди посмотри, что я на тумбочке для тебя оставил…». Себе он не покупал ничего. Даже редкая поездка в США, ставшая невероятной удачей для советского актера, позволила ему лишь купить красивое пальто для Надежды по удивительно низкой цене: коллега нашел продавщицу-эмигрантку, которая, узнав любимого артиста, срезала все пуговицы с пальто, оформила его как брак и продала за копейки, а пуговицы аккуратно сложила в пакетик и сунула в карман. Папанов радовался этой покупке больше, чем жена, — он обожал дарить ей подарки.
Прощание с эпохой
Мало кто догадывался о глубокой вере Анатолия Папанова. В советское время афишировать религию было опасно, но артист, выезжая на дачу, всегда останавливал машину на Ярославском шоссе возле храма. «Ты, Надя, партийная, сиди здесь», — говорил он жене и шел ставить свечку. В партию он так и не вступил, несмотря на уговоры и шантаж званиями. «Да пошла ты со своими званиями и со своей партией», — однажды не выдержал он давления парторга. Удивительно, но ему это простили.
Особое место в его сердце занимала дочь Елена. Он любил ее безумно, но палец о палец не ударил, чтобы помочь ей с карьерой. Когда Лена поступила в театральный, он сказал: «Я просить за тебя не буду. Сыграешь плохо — скажут: блатная. Сыграешь хорошо — скажут: без папы ничего бы не смогла». Он даже не пристроил ее в свой театр, хотя мог. Елена пошла в Театр Ермоловой и всего добивалась сама. Лишь однажды, посмотрев ее спектакль, Папанов скупо прошептал дочери на ушко, что гордится ею. Для нее эти слова были дороже любых званий.
Лето 1987 года выдалось странным, словно предвещая грядущие события. Папанов разрывался между театром и съемками. Он наконец-то получил роль, о которой мечтал всю жизнь, — Копалыча в фильме «Холодное лето пятьдесят третьего…». Образ бывшего политзаключенного, интеллигента, человека с переломанной судьбой, стал для него прощанием с маской комика.
В глухой деревне Руга, где проходили съемки, местные жители буквально сорвали работу. Узнав, что приехал «Волк», они окружили съемочную площадку и не давали прохода. Режиссер Александр Прошкин был в ярости, но Папанов вышел к людям, уселся с ними на берегу Сямозера и несколько часов раздавал автографы. Зрителям он никогда не отказывал.
Сцену гибели своего героя Папанов сыграл с пугающей достоверностью. После съемок он попросил режиссера показать могилу Копалыча и долго стоял над ней молча, словно прощаясь. Перед возвращением домой в Москву он заехал на один день — проверить своих студентов в общежитии ГИТИСа, где он набрал монгольский курс. Хотел убедиться, что ребят устроили нормально. Потом пошел домой. Во дворе он встретил насквозь мокрого, потного сантехника и спросил: «С трубами что-то?». «Горячую воду отключили, Анатолий Дмитриевич», — развел руками тот. Папанов спокойно ответил: «Ну и ладно. Жара такая стоит, холодной помоюсь».
Эти слова стали последними в его жизни. На похороны великого артиста Театра сатиры никто из театральных коллег не приехал. Труппа находилась на гастролях, и властная жена режиссера Зинаида Павловна заявила, что «Самолетом мы все полететь не сможем, а поездом не успеем». Гастроли так и не прервали.
Но судьба приготовила новый удар. Андрей Миронов звонил Надежде Каратаевой, плакал в трубку, говоря: «Наденька, дорогая, крепись… Я играю и за себя, и за него…». Через одиннадцать дней, прямо на сцене в Риге, во время спектакля, Миронов потерял сознание и вскоре тоже ушел из жизни. Театр осиротел дважды за один месяц.
Театр осиротел, и первый спектакль после их ухода начался с мистического сбоя: занавес заклинило, он никак не хотел подниматься. Была и еще одна мистическая деталь: в опустевшей квартире на Спиридоновке Надежда Юрьевна обняла то самое пальто со срезанными пуговицами и вдруг отчетливо услышала голос своего Толи, будто бы он сидел рядышком:
«Я буду тебя ждать».
В 2019 году она ушла из жизни с искренней верой в то, что обязательно встретит его на небесах.
Дочь артиста, Елена Папанова, позже написала книгу о своем отце, назвав ее «Анатолий Папанов: Так хочется пожить!», пытаясь сохранить память о человеке, который подарил стране столько незабываемых образов, но сам прошел через множество личных драм.
Что вы думаете о судьбе Анатолия Папанова — справедливо ли сложилась его жизнь, полная таких контрастов?
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм