Его имя стало синонимом блистательного таланта, а роли навсегда вошли в золотой фонд советского и российского кино. Валентин Гафт, народный артист, купался в лучах славы и зрительской любви. Однако за этим внешним фасадом успеха скрывалась глубокая личная драма, семейные трагедии и горькие признания, которые, по его собственным словам, перечеркнули многое.
Одно из таких откровений, прозвучавшее спустя годы, взорвало общество и заставило по-новому взглянуть на жизнь актера. Это была исповедь о нелюбви, которая, как оказалось, имела разрушительные последствия для самых близких ему людей.
Детство в «треугольнике» судьбы
Валентин Гафт появился на свет в послевоенной Москве, в районе Сокольников, в семье еврейских переселенцев. Его отец, боевой офицер, прошедший Великую Отечественную войну, после Победы стал юристом. Мать посвятила себя дому и воспитанию сына, создавая уют в непростое время.
Их дом стоял в удивительном, почти символическом месте: справа возвышались мрачные стены тюрьмы «Матросская Тишина», слева шумел рынок с его особой атмосферой, а напротив располагалось здание психиатрической лечебницы, известное в народе как «желтый дом». Родители старались уберечь впечатлительного Валю от влияния улицы.
Переломный момент в его жизни наступил в десять лет, когда он впервые попал в театр. «Я сидел, затаив дыхание, и понимал — это мое», — вспоминал актер спустя годы.
В мужской школе, где учился Гафт, все роли в самодеятельных спектаклях, включая женские, исполняли мальчики. Ему часто доставались главные «героини», и он играл их с удивительной убедительностью. Тихий, скромный, невероятно воспитанный, юный Валентин всегда избегал конфликтов. Но однажды не сдержался.
«Это была глупая драка, — признавался он. — Я лишился двух передних зубов и думал, что жизнь кончена».
Отец, увидев сына, усмехнулся: «Может, теперь одумаешься? Выбери себе нормальную мужскую профессию». Мать же, напротив, тревожилась: «Йосенька, но как же он теперь без зубов?» Родители нашли выход — золотые коронки, которые впоследствии стали своеобразной «визитной карточкой» молодого актера.
С этими сверкающими вставками, в ярко-алой рубашке, высокий и худощавый восемнадцатилетний Гафт предстал перед приемной комиссией Школы-студии МХАТ. Его приняли без колебаний, разглядев за внешней бравадой несомненный талант.
Уже на последнем курсе Гафт получил первые роли в кино — в фильмах «Поэт» и «Убийство на улице Данте». Последнюю картину посмотрел отец, и его реакция была беспощадной: «Позорище! Ты посмотри на Козакова — какая стать! А ты? Сжался, как мышь! Нет в тебе артиста!»
Эти слова стали для молодого актера ударом, но именно они, по его собственному признанию, зажгли в нем ту самую искру, которая впоследствии превратилась в пламя. «Отец хотел, чтобы я стал юристом. Но судьба распорядилась иначе — я стал актером, который мастерски играл юристов», — говорил Гафт.
Годы скитаний и первая любовь
После окончания Школы-студии МХАТ в 1957 году для Валентина Гафта начался сложный период. Его карьера развивалась непросто, а критическое замечание отца глубоко засело в памяти. В течение двенадцати лет он скитался по разным театрам, заработав среди коллег репутацию «неуживчивого и импульсивного».
В 1958 году его приняли в театр Моссовета, но предлагали лишь роли в массовке. Для вдумчивого Гафта, мечтавшего о глубоком прочтении классики, такая работа была мучительной. Через год он не выдержал и ушел. Следующей остановкой стал театр Сатиры, где произошел знаменательный поворот в его личной жизни — знакомство с красавицей Аленой Изергиной, будущей звездой Московского Дома моделей.
Желая произвести впечатление, Гафт пригласил ее на свой дебютный спектакль, куда впервые пришли и родители. Этот вечер стал настоящим кошмаром. «Может, хватит уже позориться? Найди себе нормальную работу!» — не сдерживал гнева отец. «Валенька, ты не поранился? — переживала мать. — Брось ты этот театр!»
Единственной, кто продолжал верить в его талант, оказалась Алена. Когда Гафта уволили из театра Сатиры, он долго скрывал этот факт — супруга узнала самой последней.
Перелом в карьере наступил благодаря встрече с режиссером Анатолием Эфросом. В театре на Малой Бронной актер с блеском играл Шекспира и Чехова. Но когда в труппе возникли разногласия, принципиальный Гафт написал заявление. «Ты что, с ума сошел? Разве уходят от Эфроса?» — недоумевали коллеги. Для него же творческая свобода значила больше, чем стабильность. Этот поступок определил дальнейший путь — путь свободного художника, который в итоге привел к настоящему успеху.
Крушение первого брака и непризнанный сын
Брак с Аленой Изергиной поначалу казался идеальным. Гафт обожал супругу, мирился с ее любовью к бездомным животным, прощал капризы. Но все рухнуло, когда он узнал об измене. Позже актер признавался: «Я сам был не без греха — легко увлекался женщинами. А Алена встретила киноведа Даля Орлова…» Развод стал настоящей катастрофой. Гафт звонил любимой и молча слушал голос в трубке, снова и снова переживая момент расставания.
В 36 лет у Гафта начался роман с художницей Еленой Никитиной. В этом неофициальном союзе родился сын, о котором артист узнал лишь три года спустя. Елена сознательно скрыла беременность, а вскоре уехала с ребенком в Бразилию. Только много лет спустя сын наконец смог встретиться с отцом.
«Я ее никогда не любил»: Брак-ошибка и его цена
Второй женой Валентина Гафта стала балерина Инна Елисеева, дочь лауреата Сталинской премии, бросившая ради него драматурга Эдварда Радзинского. Рождение дочери полностью изменило сознание Гафта — он изо всех сил старался стать примерным семьянином.
Однако спустя годы прозвучало шокирующее признание: «Я никогда не любил ее по-настоящему». Друзья актера утверждали, что Гафт боялся бывшей жены. Эта фобия стоила ему отношений с дочерью — он практически перестал с ней общаться, что стало одной из самых болезненных страниц его жизни.
В 34 года судьба дала Гафту второй шанс на сцене: в Театре Сатиры он блестяще сыграл графа Альмавиву в «Женитьбе Фигаро». Этот триумф стал для него исцелением: «Я наконец поверил, что могу быть настоящим актером».
Последняя любовь и великая трагедия
Судьбоносное знакомство с Ольгой Остроумовой произошло на съемках фильма «Гараж», когда оба были несвободны. Роман начался лишь после развода Ольги с Михаилом Левитиным. «Первое время мной двигало желание досадить бывшему мужу, — признавалась актриса. — Валентин красиво ухаживал…»
Официально они оформили брак лишь в 1996 году. Гафт не только полюбил Остроумову, но и тепло принял ее детей от первого брака. Их союз стал для актера настоящей гаванью.
В 2002 году случилось непоправимое — трагически погибла 30-летняя дочь Гафта. Девушка, окончившая хореографическую школу при Большом театре, боролась с депрессией. Она мечтала об актерской карьере, но отец принципиально отказался поспособствовать. Кроме того, дочь страдала от несчастной любви и жила в сложных отношениях с властной матерью. После нескольких попыток суицида жизнь молодой балерины оборвалась.
Гафт замкнулся в себе, терзаясь чувством вины: «Я перед ней виноват. Это мой крест…» Именно Ольга Остроумова стала его опорой в это тяжелое время. Их брак, продлившийся более 20 лет, оказался для актера спасением — последней и самой светлой любовью.
Закат великого актера
В поздний период жизни Валентин Гафт посвятил себя написанию мемуаров, раскрывая не только свой актерский, но и литературный талант. Коллеги и близкие, восхищенные его остроумием и глубиной мысли, часто просили персональные посвящения в своих экземплярах книг и автографы на страницах уже изданных произведений.
Особой радостью для Гафта в последние годы стала возможность встретиться со старшим сыном от Елены Никитиной. Молодой человек обещал привезти и внука. Но этой встрече уже не суждено было сбыться.
Народный артист России ушел из жизни в декабре 2020 года, не оправившись после тяжелой болезни. Свои последние дни он провел в кругу близких, окруженный их заботой и теплом.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм