В палату заходит человек в парике и с красным носом. Через полчаса дети, ещё утром боявшиеся белых халатов, ходят за клоунами хвостиком, смеются, тормошат соседей по отделению. Яна Сексте делает это почти двадцать лет, по несколько часов в неделю, между репетициями в «Табакерке» и съёмками. Актриса, знакомая зрителям по Люсе Полыниной из «Оттепели» и Прасковье Фёдоровне из «Мастера и Маргариты», называет больничную клоунаду работой и не считает её подвигом.
Биография Сексте сама тянет на киносценарий: девочка с латышским акцентом и школьным прозвищем «Гребешок», Москва с первой попытки, быстрый брак с Максимом Матвеевым и публичное расставание, композитор из Канады, переехавший ради неё в Россию, фонд, выросший из одного телефонного звонка. Общее здесь одно: быть удобной она не старалась никогда.
«Гребешок» из Риги
Яна Сексте родилась 6 апреля 1980 года в Риге. У неё есть сестра-двойняшка Инна и старшая сестра Екатерина. Фамилия досталась от отца-латыша: в переводе она означает «петушиный гребешок». В школе будущую актрису дразнили Гребешком — она не обижалась и довольно рано научилась смотреть на такое со стороны.
О детстве и о том, как к ней относились, актриса позже говорила с иронией, которая точнее любой жалобы. Сестру-двойняшку называла «ходячей рекламой счастливого детства» и признавалась, что на её фоне чувствовала себя некрасивым ребёнком.
«Вот ведь ходячая реклама счастливого детства! Как куколка… Мне же пришлось столкнуться с тем, что сейчас называют буллингом, а тогда — травлей», — вспоминала Сексте в интервью «Каравану историй».
На травлю она ответила упрямством. В четырнадцать лет попала в театральную студию при Рижском ТЮЗе — с этого момента было понятно, что девчонка не отступит.
После школы — Москва и Школа-студия МХАТ. Конкурс огромный, но Олег Табаков как раз набирал курс по программе поддержки русских театров за рубежом, и Сексте прошла с первой попытки. Окончила Школу-студию в 2002 году, на курсе Табакова и Михаила Лобанова.
Дальше начались будни, о которых она вспоминает без надрыва, зато с уважением к себе: латышский акцент приходилось буквально выжигать. Годами слышать, что говоришь «неправильно», — и не сдаваться. Характер закалился тогда же.
Три года в Риге и возвращение к Табакову
После учёбы Сексте на три года вернулась в Ригу — в Русский театр имени Михаила Чехова. Играла «Чайку» и «Вишнёвый сад», получила приз как лучшая молодая исполнительница. А по зрительскому опросу её признали лучшей молодой актрисой Рижского русского театра за сезон 2003–2004 годов.
Потом был очередной поворот к Табакову — теперь уже в его московский театр. В 2005 году Сексте приняли в труппу Театра-студии под руководством Олега Табакова. «Отцы и дети», «Дядя Ваня», «Старший сын» — репертуар, о каком мечтает любой выпускник театрального вуза. Параллельно она играла на сцене МХТ имени Чехова.
За «Сорок первый. Opus Posth» она получила премию Олега Табакова. Позже — независимую премию зрительских симпатий «Звезда театрала» за роль в «Саду любви». В 2006-м к этому добавился «Триумф».
«Оттепель» и «меня повысили»
Широкая публика узнала Сексте через кино. Сначала — эпизоды в «Алмазах на десерт» и «Службе доверия». Потом была «Оттепель» Валерия Тодоровского, где она сыграла Люсю Полынину: женщину-кинооператора, которая живёт работой и любовью, но быть удобной не умеет. Роль оказалась поворотной — после «Оттепели» её начали узнавать на улицах.
Смотреть на себя на экране актриса, впрочем, так и не полюбила — делает исключение редко и каждый раз морщится.
Дальше — «Чудотворец» с Филиппом Янковским и Фёдором Бондарчуком, «Большой» Тодоровского, «Петербург. Только по любви» Ренаты Литвиновой, «Сердце мира», взявшее Гран-при «Кинотавра». В 2024-м она появилась в «Мастере и Маргарите» в роли Прасковьи Фёдоровны, в 2025-м — в военной драме «В списках не значился», где сыграла тётю Христю. Это был первый военный фильм в её карьере; актриса говорила, что ждала его очень долго, потому что это история её семьи, её бабушек и дедушек.
К разговорам о своей внешности она относится с той же иронией, что и к школьным дразнилкам. Однажды Сексте обнаружила себя в списке самых некрасивых артисток России — и отреагировала так, что лучше привести целиком.
«Я радостно побежала в театр и говорю: „Ребята, меня повысили! Раньше я была в топе одной Латвии, а теперь всей России!“» — рассказывала она «Каравану историй». В том же списке, добавляла актриса, были невероятные артистки, рядом с которыми находиться — большая честь.
Максим Матвеев и закрытая дверь
В личной жизни Сексте хватало и боли, и неожиданного счастья. Первый муж — актёр Максим Матвеев. Познакомились на съёмках того самого «Сорок первого», роман был бурным, свадьба — быстрой; по данным открытых энциклопедий, брак пришёлся на 2008–2009 годы. Продлился он недолго: Максим ушёл к Елизавете Боярской, дочери Михаила Боярского.
Сюжет получился громким, и ей пришлось пережить публичное расставание. Но подробностей Сексте не комментировала, интервью о предательстве не давала, грязь не выливала. Просто закрыла дверь.
Со временем всё развернулось не так, как обычно ждут от подобных историй: Сексте и Боярская подружились и до сих пор общаются семьями. В 2021 году Сексте и Матвеев вместе снялись во втором сезоне «Триггера» — и выкладывали совместные фотографии с площадки.
Композитор, который переехал в Москву
Потом в её жизни появился Дмитрий Марин — композитор, писавший музыку для кино и спектаклей. Его работы звучали в постановках, которые показывали в Монреале, Нью-Йорке и Москве. Дмитрий вырос в Канаде, с восьми лет жил с мамой, там получил образование и работал. В Россию вернулся, чтобы ассистировать отцу-режиссёру в работе над новым спектаклем; с Яной они встретились в театре — на постановке «Брак 2.0».
Ради Яны он переехал в Москву. В ноябре 2013 года они поженились, а летом 2014-го родилась дочь Анна — имя выбрали в честь бабушки.
Вместе они уже больше десяти лет. Дмитрий моложе Яны на семь лет, но, по её словам, разница в возрасте никогда не была проблемой. Он органично вошёл в её мир — включая фонд «Доктор Клоун», где тоже помогает. Дочь Анна растёт творческим человеком: занимается музыкой, выступает на сцене. В 2025 году она вместе с родителями вышла на премьеру «В списках не значился» — и даже сама дала интервью журналистам.
«Завтра, в 13:00»
Самое важное началось в 2007 году. Яна вместе с Максимом Матвеевым пришла волонтёром в фонд «Подари жизнь». Потом случился звонок, который изменил всё: координатор из больницы рассказала про девочку Инну, которая из-за трахеостомы отказывается общаться даже с мамой, и сказала, что ей нужны клоуны. Яна тогда подумала: «Ну пусть придут клоуны».
В трубке она услышала: «Завтра, в 13:00».
Они пришли. Через час девочка ходила за ними хвостиком, смеялась, тормошила детей из соседних палат. Яна потом вспоминала, что это было чистое озарение: они увидели, что работает, хотя совершенно не понимали, как и почему. В карнавальном магазине накупили ярких бессмысленных костюмов, надели красные носы — и стали приходить в больницы. Так появился фонд «Доктор Клоун».
Сегодня Сексте — соучредитель и член правления фонда; в правление она вошла в 2013 году. Административная работа, специальные проекты, совместные акции с другими благотворительными организациями. Но главное — она по-прежнему выходит к детям. В парике, с носом, с улыбкой. Потому что больничный клоун, по её словам, — не профессия, а состояние.
В одном интервью она объясняла: клоун в больнице — тоже врач. После него детям становится легче, как от обезболивающего: они снова могут есть, играть, жить. Это не громкие слова — это то, что Яна видит каждый раз, когда заходит в палату.
«Ревизор», 2026-й и дочь, почти догнавшая маму
Сексте продолжает играть в «Табакерке». В 2025 году выходила на сцену в «Ревизоре» — в роли жены городничего; театралы отмечали, что её Анна Андреевна получилась одновременно гротескной и живой. Снимается: в 2026-м обещают «Трудно быть богом» и «Очарованных». Воспитывает дочь, которая уже почти догнала её по росту.
И всё так же не любит смотреть на себя на экране. Остальное — сцена, съёмки, больничные палаты и красный нос, который она надевает уже почти двадцать лет.
А вы бы согласились надеть красный нос и пойти в больничную палату, где дети ещё боятся белых халатов? Иногда для такого шага нужна не меньшая смелость, чем для выхода на сцену.
ДЗЕН
Телеграм