«Влюбилась, в бездну какую-то упала».
Именно так Елизавета Боярская спустя годы описывала свою первую встречу с Максимом Матвеевым. История, начавшаяся с такого сильного чувства, спустя 15 лет брака продолжает соседствовать с другой — многолетними слухами о разводе, которые не исчезали даже после публичных объяснений супругов.
Еще недавно СМИ обращали внимание на поисковые запросы пользователей, пытавшихся понять, действительно ли Боярская и Матвеев расстались. Между тем сами актеры либо спокойно объясняли особенности своей жизни, либо вовсе не считали нужным отвечать на очередную волну предположений. Почему же версия о разводе продолжала существовать параллельно с их собственными словами?
Закрытая семья, которая сама выбрала тишину
Одним из главных объяснений стала не семейная драма, а сознательное отношение супругов к личной жизни. Боярская рассказывала, что в детстве тяжело воспринимала повышенное внимание к своему отцу. По ее словам, известность родителя буквально «обкрадывала» ее, поэтому собственных детей она старается максимально оградить от публичности.
Актриса объясняла, что фотографии сыновей могут иногда появляться, но никаких интервью, съемок и публичной жизни для них она не хочет. Ее цель — дать детям возможность расти без постоянного внимания окружающих.
С этим же связано и другое обстоятельство, которое многие восприняли совсем иначе. Боярская объясняла, что супруги действительно живут в разных городах: она работает в Санкт-Петербурге, а Максим — в Москве. По ее словам, причина исключительно в профессиональной жизни театров, а не в семейном кризисе.
Именно раздельное проживание для многих стало главным аргументом в пользу слухов. Чем меньше семья рассказывала о своем быте, тем легче внешние признаки превращались в повод для новых догадок. Закрытость, выбранная ради спокойствия детей и собственного пространства, неожиданно стала основой устойчивого медийного мифа.
Когда любой эпизод становится поводом для новых догадок
После этого практически любой эпизод вокруг супругов начинал работать на одну и ту же версию. Одни обсуждали откровенные сцены с участием Боярской в кино, другие обращали внимание на бытовые новости, третьи искали признаки проблем в разнице профессионального статуса или других деталях их жизни.
Сам Матвеев не скрывал, что поначалу ему действительно было непросто смотреть подобные сцены с участием жены. Но, по его словам, со временем он принял это как естественную часть актерской профессии.
О собственном браке артист говорил гораздо спокойнее, чем о том, что происходило вокруг него.
«Слухи живут где-то параллельно. Они не про меня, а про некий информационный образ, который где-то существует сам по себе».
Эта фраза хорошо передает позицию семьи. Вместо бесконечных опровержений супруги предпочитали жить так, как считали правильным, даже если очередная публикация вновь пыталась найти признаки разлада.
Повышенное внимание сопровождало их отношения практически с самого начала. Боярская рассказывала, что познакомилась с Матвеевым во время проб фильма «Не скажу», когда он еще состоял в браке с Яной Сексте. Позднее актриса говорила, что сегодня они поддерживают хорошие отношения, а сама эта история давно осталась в прошлом. Тем не менее именно громкое начало отношений регулярно возвращалось в публикациях как часть общего рассказа о семье.
Повседневная жизнь оказалась совсем не похожей на историю о разводе
Пока вокруг пары продолжали строить версии, сами супруги рассказывали совсем о другом. В одном из интервью Максим Матвеев описал обычный семейный график, который складывается вокруг работы и воспитания детей.
По его словам, они с Елизаветой стараются чередовать нагрузку. Когда больше работает жена, он берет на себя повседневные заботы: отвозит детей, встречает их, занимается кружками, помогает дома. Артист рассказывал, что сознательно старается быть рядом с сыновьями, потому что в собственном детстве ему очень не хватало отца.
Эта картина плохо совпадает с образом семьи, существовавшим в многочисленных слухах. Вместо драматических разрывов — расписание, командировки, школа, домашние дела и постоянный поиск возможности проводить время с детьми.
Пятнадцать лет спустя ответ оказался совсем другим
Юбилей свадьбы стал еще одним поводом вернуться к теме отношений супругов. Но вместо разговоров о кризисе сама Боярская говорила о том, что изменилось за годы совместной жизни.
«Стало еще надежнее, доверительнее, спокойнее, еще увереннее, радостнее».
По словам актрисы, она не согласна с мнением, будто чувства со временем обязательно ослабевают. Напротив, она говорила, что они с Максимом стали «единым организмом».
В этом и проявляется главный парадокс всей истории. Пока публика искала признаки расставания в жизни на два города, редких совместных появлениях или других деталях, сами супруги объясняли те же обстоятельства особенностями профессии и осознанным выбором защищать свою частную жизнь.
За пятнадцать лет Боярская и Матвеев продолжили работать в театрах двух столиц, воспитывать детей и сохранять привычный уклад семьи. Судя по их собственным словам, менять этот выбор ради того, чтобы окончательно остановить слухи, они не собираются.
Поэтому слухи продолжают жить своей жизнью, тогда как сами супруги, судя по их публичным словам, продолжают придерживаться выбранного права на частную жизнь.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм