Советское кино принято представлять закрытым миром: собственные режиссёры, собственные звёзды, собственные правила. Но титры некоторых картин ломают это ощущение. Рядом с советскими актёрами там оказывались европейские знаменитости, будущие голливудские легенды и даже люди, которые актёрами становиться не планировали. Вот пять таких историй.
Ален Делон: 20 страниц за одну ночь
Делон в советском кино — до сих пор звучит как опечатка. Но один из главных французских актёров действительно снимался в картине, сделанной при участии СССР, — в «Тегеране-43».
Режиссёры Александр Алов и Владимир Наумов поначалу отвели ему всего 2–3 страницы сценария. Такой эпизод Делона не устроил. Он поставил условие: если к восьми утра следующего дня не получит полноценную роль на 20 страниц, то улетит. Сценарий переписывали за ночь, расширяя партию инспектора Фоша.
Роль французского полицейского инспектора Жоржа Фоша вошла в большой международный проект, который вышел в 1980 году. В титрах рядом с Делоном — Наталья Белохвостикова, Игорь Костолевский, Армен Джигарханян. Но центральной звездой, вокруг которой должно вращаться всё остальное, Делон в «Тегеране-43» не стал: сюжет держат два временных пласта — Тегеранская конференция 1943 года и её отголоски десятилетия спустя.
Кристофер Ли: рыцарь Като и эвакуация из Крыма
Кристофера Ли в советском фильме многие не узнают даже после подсказки. Это «Мио, мой Мио» — картина Владимира Грамматикова по сказке Астрид Линдгрен, снятая СССР вместе со Швецией. Состав вышел настолько международным, что по фамилиям трудно понять, кинематографу какой страны принадлежит фильм.
Ли сыграл рыцаря Като, мрачного правителя Страны Чужедальной. Выбор оказался почти безошибочным: высокий рост, тяжёлый взгляд, глубокий голос, холодная пластика. Зрителю не нужно было объяснять, кто перед ним. Он появлялся в кадре — и сказка сразу становилась темнее.
К тому времени британский актёр уже давно сделал имя — в том числе как граф Дракула в готическом кино — и в советском проекте ради известности не нуждался. Тем интереснее обстоятельства съёмок. Работа в Крыму совпала с аварией на Чернобыльской АЭС весной 1986 года: группу экстренно эвакуировали, а после возобновления съёмок еду на площадке проверяли счётчиками Гейгера. Есть и другая деталь: в Москве Ли с женой отметил 25-летие свадьбы в гостинице «Националь». Для тех, кто узнал его значительно позже — как Сарумана из «Властелина колец» или графа Дуку из «Звёздных войн», — суровый Като из детской сказки остаётся отдельным сюрпризом.
Норберт Кухинке: профессор Билл, которого нашли у проходной
В «Осеннем марафоне» профессор Билл сразу выбивается из компании героев: заметный акцент, попытки понять советский быт, застолье с Бузыкиным и соседом Харитоновым. Выглядит настолько естественно, что кажется, будто Георгий Данелия специально искал характерного иностранного актёра. Только Норберт Кухинке актёром не был.
Он работал западногерманским журналистом и корреспондентом в Москве. На роль его утвердили после тайного просмотра: второй режиссёр позвал журналиста к проходной «Мосфильма», а Данелия наблюдал за ним издалека, без его ведома. Внешность, манера говорить и естественная иностранная растерянность подошли так, что искать профессионального исполнителя уже не имело смысла.
Дальше началось то, что соответствует времени. Гражданин ФРГ в советском фильме — не просто человек перед камерой: нужны были согласования, вопрос гоняли между инстанциями — Госкино, МИД, другие ведомства, — и никто не рвался брать ответственность на себя. Кухинке был корреспондентом западногерманских изданий Der Spiegel и Stern, которые в СССР считались антисоветскими, поэтому во время съёмок за ним постоянно следили сотрудники КГБ. В конце концов прозвучал совет, сегодня звучащий почти анекдотически: снимайте и не поднимайте лишнего шума. Профессор Билл при этом не растворился на фоне Олега Басилашвили, Евгения Леонова и Натальи Гундаревой — у него получилась собственная интонация, немного комичная и немного растерянная. Позже Кухинке снова появился у Данелии — в «Насте», вышедшем в 1993 году, — и снова сыграл иностранца.
Питер Фальк: лейтенант Коломбо в военной драме
Питер Фальк сегодня почти намертво связан с одним образом — помятым плащом, стареньким автомобилем и фразой в духе «ещё один маленький вопрос». Коломбо оказался настолько сильным персонажем, что заслонил десятки других ролей актёра. Но ещё до того, как лейтенант окончательно поселился на телеэкранах, Фальк появился в советско-итальянской военной драме «Они шли на Восток».
Фильм вышел в 1964 году, режиссёры — Джузеппе Де Сантис и Дмитрий Васильев. Картина рассказывала об итальянских солдатах, отправленных воевать против СССР. Необычный взгляд на Восточный фронт: не только со стороны Красной армии, но и глазами итальянцев, оказавшихся на чужой земле в чужой войне. Фальк сыграл военного врача.
На роль сначала приглашали другую голливудскую звезду — Энтони Перкинса, но тот попросил гонорар в 1 миллион долларов. Фальк обошёлся создателям в десять раз дешевле, хотя Де Сантис сомневался из-за его возраста и протеза глаза. Натурные съёмки шли в Полтавской области при тридцатиградусных морозах, которые поразили зарубежных актёров. К тому моменту Фальк уже работал в американском кино и даже имел номинации на «Оскар», но мировая телевизионная слава была ещё впереди.
Жерар Дармон: как «Паспорт» остался без Кейджа
С «Паспортом» Георгия Данелии вышла история, где кастинг стал почти отдельным фильмом. Главного героя, Мераба Папашвили, режиссёр сначала хотел отдать Вахтангу Кикабидзе: знакомый актёр, грузинский темперамент, проверенный тандем после «Мимино». Но французская сторона настояла на другом — главную роль должен играть зарубежный артист.
Кандидатов перебирали долго. Назывался даже Николас Кейдж — комбинация, которая сегодня звучит почти сюрреалистично: Кейдж в фильме Данелии, в роли грузина, попадающего в Израиль вместо брата. После чтения сценария Кейдж дал официальное согласие, рассматривали и Тома Круза. Договориться не вышло: бюджет съёмок в Израиле составлял 500 тысяч долларов, а привлекаемый французский продюсер поставил жёсткое условие — утвердить именно французского актёра.
В итоге роль досталась Жерару Дармону — французскому актёру алжирского происхождения, который к тому времени уже много снимался на родине. В «Паспорте» он сыграл сразу двух братьев, Мераба и Якова. Сюжет держится на простой, почти анекдотической случайности: один брат собирается уехать в Израиль, второй приходит его проводить и в результате сам оказывается за границей. Дальше — цепочка недоразумений, перемещений, попыток выбраться обратно и столкновений с совершенно чужой системой. Его герой мечется, злится, спорит и пытается объяснить очевидное людям, которым очевидным кажется совсем другое. Фирменная данелиевская смесь смешного и горького. Русскую речь Дармона озвучивал Мурман Джинория.
А вы бы хотели, чтобы современное кино чаще смешивало таких разных актёров, как в этих пяти историях? Иногда именно случайное совпадение, упрямство или чужой каприз приводили к ролям, которые сегодня кажутся классикой.
ДЗЕН
Телеграм