В советском кино конфликт держался не на одних преступниках. Опаснее и интереснее оказывались рядом начальники, чиновники, офицеры враждующей армии — и люди, для которых чужие чувства были рабочим инструментом. В этой подборке шесть таких ролей: от районного руководителя из комедии Гайдая до шефа гестапо из телефильма Лиозновой. Слово «злодеи» подходит не всем — один прямо противостоит главному герою, другой запускает интригу, третий существует внутри комедийного сюжета, четвёртый представляет другую сторону исторического конфликта. Общее у них другое: каждая роль сделана актёрской манерой — речью, темпом, паузой, взглядом.
Леонид Броневой: Мюллер и тесный мундир
Фирменное нервное подёргивание группенфюрера СС Генриха Мюллера в «Семнадцати мгновениях весны» родилось не из замысла, а из неудобства. Мундир сшили тесно, узкий воротник врезался в шею, и Леонид Броневой непроизвольно дёргал головой, чтобы ослабить давление. Татьяна Лиознова это заметила и перешивать форму запретила. Так случайный тик превратился в психологическую деталь — и звучит она именно в самых напряжённых сценах.
Первая серия 12-серийного телефильма Лиозновой вышла на Центральном телевидении 11 августа 1973 года, и шефа гестапо в нём играл именно Броневой. Советский разведчик Максим Исаев действует в Германии под именем Штирлица, а Мюллер — часть линии подозрения вокруг него: задаёт вопросы, возвращается к уже сказанному, следит за реакцией собеседника.На постоянной ярости Броневой образ не строит. Его Мюллер говорит сдержанно, слушает внимательно и в любой момент может оборвать разговор или повернуть его иначе. И проверяет он не только прямым вопросом — ему важны оговорки, паузы, несоответствия в поведении.
Изначально Броневому предлагали играть Адольфа Гитлера. Лиознова сочла, что для этой внешней задачи он не подходит, и тогда актёру отдали Мюллера. Роль стала для него переломной и принесла всесоюзную известность.
Копией реального руководителя гестапо экранный Мюллер, впрочем, не становится. В телефильме это самостоятельный противник Штирлица — человек из кабинетов, разговоров и проверок. Его власть держится не на жесте насилия, а на том, что одно его решение способно перевернуть чужую судьбу.
Олег Басилашвили: Самохвалов и разбитый киоск
На экране его герой уверенно крутит баранку служебной «Волги». В реальности вышло наоборот. Олег Басилашвили перед съёмками «Служебного романа» водить не умел, и на площадке случилась самая настоящая авария: испугавшись внезапно выскочивших прохожих, актёр перепутал педали и на скорости протаранил киоск «Союзпечати», едва не разнеся камеру вместе с оператором. После этого Эльдар Рязанов вырезал из сценария все сцены, где герой реально едет за рулём.
В комедии 1977 года Басилашвили играет Юрия Григорьевича Самохвалова — заместителя Людмилы Прокофьевны Калугиной и давнего знакомого Анатолия Новосельцева. Именно Самохвалов предлагает Новосельцеву ухаживать за начальницей, чтобы получить вакантную должность заведующего отделом.
Ни преступника, ни прямого злодея здесь нет — роль целиком построена на манипуляции. Чувства Калугиной Самохвалов предлагает пустить в дело как средство решить кадровый вопрос, а Новосельцева видит удобным участником своей схемы. Грубости и агрессии у Басилашвили при этом нет: герой говорит ровно, держится свободно и в собственном предложении никакой моральной проблемы не замечает. Чужие чувства для него — часть служебной игры.
Особенно заметен контраст рядом с Новосельцевым. Тот с трудом разговаривает с Калугиной и долго не понимает, как вообще вести себя с начальницей. Самохвалов же быстро формулирует цель и объясняет, каким способом её взять. Один мучается от неловкости, другой этой неловкостью пользуется.
Для Самохвалова Калугина поначалу просто руководитель, от которого зависит должность. Новосельцев постепенно различает в ней человека — с одиночеством, страхами, потребностью в близости. С этого момента первоначальная схема Самохвалова перестаёт работать.
Владимир Этуш: интонации Саахова, привезённые с войны
Характерную речь и пластику товарища Саахова Владимир Этуш собирал не в павильоне. Он рассказывал, что опирался на собственный фронтовой опыт: в Великую Отечественную воевал в стрелковом полку на Северном Кавказе и в Закавказье и там запомнил речь, интонации и жесты местных жителей.
В комедии Леонида Гайдая «Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика» 1966 года Этуш сыграл товарища Саахова — руководителя районного масштаба, который добивается брака с Ниной. Девушка отвечает отказом, но Саахов продолжает гнуть своё, и тогда её дядя Джабраил вместе с Трусом, Балбесом и Бывалым устраивает похищение.
Держится этот герой целиком на должности. Он привык распоряжаться людьми и своё личное желание воспринимает как задачу, которую можно закрыть через подчинённых и знакомых. Нина согласия так и не даёт, но Саахов решения не меняет: похищение становится прямым продолжением его отношения к власти. Этуш играет это речью и повадками начальника — распоряжениями, требованиями соблюдать внешние правила, спокойной уверенностью человека, привыкшего к беспрекословному подчинению. Даже бытовое замечание у него звучит как административный приказ.
При работе над фильмом фигура Саахова вызывала споры: кабинет, автомобиль, дача и общий статус казались чересчур крупными для районного руководителя, а в образе видели намёк на сатиру по адресу местной власти и чиновничьего произвола. В окончательной версии эта линия сохранилась внутри фарса, погонь, переодеваний и судебного разбирательства.
Гайдай рассчитывал на точную комедийную подачу Этуша: Саахов у него не участник обычной любовной интриги. Его действия и дают сюжету главный конфликт — человек с должностью пытается заменить согласие девушки распоряжением.
Савелий Крамаров: Косой и верблюд вместо люка
В «Джентльменах удачи» Косой вылезает из автоцистерны совсем не так, как задумывали. Из-за острой клаустрофобии Савелий Крамаров наотрез отказался залезать внутрь настоящей машины на съёмках побега. Сцену собрали иначе: пока Леонов и Вицин выбирались из люка, появление героя Крамарова заменили перебивкой с проходящим верблюдом, а сам актёр просто спрыгнул с борта на землю.
В комедии Александра Серого 1971 года Крамаров играет уголовника Фёдора Петровича Ермакова по прозвищу Косой. Он входит в банду Доцента, похитившего шлем Александра Македонского. А заведующего детским садом Евгения Трошкина сотрудники уголовного розыска внедряют в преступную группу — из-за внешнего сходства с Доцентом.
Косой всё время рядом с Трошкиным и невольно проверяет его на прочность: тот обязан помнить уголовные выражения, реагировать на знакомые ситуации и держаться так, как держался бы опасный преступник. Одна ошибка — и подмена раскроется.
Косой у Крамарова — это быстрая речь, резкие реакции и подвижная мимика. Герой перебивает собеседников, цепляется за отдельные слова, мгновенно меняет настроение. Криминальное происхождение никуда не уходит, но пластика и темп превращают каждую сцену с ним в комедийный номер.
Отсюда двойная задача персонажа. Косой остаётся частью преступной группы и одновременно разгоняет комедийное действие: Трошкин вынужден постоянно подстраиваться под чужую манеру поведения, а Косой своими вопросами и подозрениями не даёт ему выдохнуть.
Впервые фильм показали 13 декабря 1971 года, а уже в 1972-м он вышел в лидеры советского проката — больше 65 миллионов зрителей. И популярность эта держится на ансамбле, где каждому преступнику дан собственный речевой и пластический рисунок. Косой отличается от Доцента, Хмыря и Трошкина именно нервной подвижностью и стремительной реакцией.
Армен Джигарханян: Горбатый, доставшийся по случаю
Главарь «Чёрной кошки» мог получиться совсем другим. Авторы сценария, братья Вайнеры, изначально писали Горбатого под Ролана Быкова, но тот от роли отказался — и её срочно передали Армену Джигарханяну.
В пятисерийном телефильме Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя» 1979 года Джигарханян играет Карпа по прозвищу Горбатый — главаря банды, которую разыскивают сотрудники МУРа Глеб Жеглов и Владимир Шарапов.
Зритель узнаёт о банде задолго до того, как видит главаря. О преступной группе говорят чужие рассказы, следы и страх других персонажей, а имя Карпа звучит ещё до его появления. В историю он входит человеком, чья репутация уже создана делами банды.
Вся роль держится на сдержанности. Горбатый почти не размахивает руками, отвечает коротко и не объясняет каждый шаг. Тяжёлая фигура, неподвижное лицо, паузы — и перед нами человек, которому незачем постоянно доказывать своё главенство. Бандой он управляет не суетой, а контролем: остальные участники ждут его решения и подчиняются заведённому порядку. В детективной линии это организованная преступная сила, а не случайный уголовник.
По темпу Карп — прямая противоположность Косому. Косой тараторит, перебивает, реагирует на любую мелочь. Горбатый, наоборот, замедляет сцену, оставляет реплики без немедленного ответа и заставляет собеседника ждать. Один создаёт напряжение движением, другой удерживает его в молчании.
Владимир Высоцкий: поручик Брусенцов и вырезанная линия
Утверждение Владимира Высоцкого в «Служили два товарища» далось не сразу. За актёра перед руководством студии вступался режиссёр Михаил Ромм, а Евгений Карелов добивался его участия, несмотря на настороженное отношение киностудии к Высоцкому. А после съёмок значительную часть материала с Брусенцовым сократили: по свидетельствам о монтаже, белый офицер в исполнении Высоцкого выходил харизматичнее и глубже главных героев-красноармейцев.
В военной драме Евгения Карелова 1968 года Высоцкий играет поручика Александра Брусенцова — белогвардейского офицера, который противостоит красноармейцам в Гражданскую войну. Капитаном его называть нельзя: Анатолий Папанов тоже снимался в этой картине, но играл командира полка. Уточнение здесь не лишнее — обоих актёров часто связывают с военными образами, а их персонажи в фильме стоят по разные стороны конфликта.
Сюжет — про фронтового кинооператора Андрея Некрасова и его помощника Ивана Карякина. Им поручают воздушную разведку: снять расположение вражеских войск. Первый же полёт заканчивается аварией, и военное задание соединяется с историей двух людей, оказавшихся внутри жестокой и беспорядочной войны.
Экранного времени у Брусенцова немного, но его линия круто поворачивает: в одной из ключевых сцен поручик убивает Некрасова. Эпизод снимали в Арабатской крепости, изображавшей укрепления Перекопа. В сохранившихся сценах Высоцкий играет не условного врага, а нервного офицера, для которого военная принадлежность определяет поступки, но не отменяет личного напряжения.
Жанр, эпоха и сюжетная функция у этих ролей разные. Один превращает служебный разговор в проверку, другой использует чужие чувства ради карьеры, третий распоряжается чужой судьбой через должность, четвёртый держит криминальную интригу комедийной пластикой, пятый руководит бандой, шестой остаётся противником на войне. Запоминаются все они не ярлыком «злодей», а конкретными действиями и манерой поведения.
У каждого из этих героев свой способ быть опасным: должность, манипуляция, холодное молчание или нервная суета. А какой тип советского антагониста убеждает лично вас — сдержанный и вежливый или тот, кто открыто давит?
ДЗЕН
Телеграм