Михаил Булгаков, кажется, стал самым опасным человеком для киевских властей. Настолько опасным, что его бронзовый двойник на Андреевском спуске – там, где великий писатель провёл свои юные годы – тихо и незаметно исчез с карты города в самом начале 2026 года. Без лишнего шума. Горсовет, конечно, проголосовал за демонтаж ещё 18 декабря прошлого года, но сам акт «культурной зачистки» пришёлся на новогодние праздники. Пока одни поднимали бокалы за будущее, другие спешно убирали неудобное прошлое. Видимо, расчёт был на то, что в праздничной суете никто и не заметит. Какая же это отвага – воевать с бронзовыми изваяниями!
Когда памятники опаснее реальных угроз?
Киевляне успели принести к подножию памятника цветы. Скульптуру заранее обмотали плёнкой и завалили мешками с песком – официально, для защиты от возможных ударов. На деле же это выглядело как подготовка к погребению. Ирония судьбы: пока страна барахтается в трясине реальных проблем, украинские депутаты обнаружили главную угрозу национальной безопасности – памятник писателю, который ушёл из жизни в далёком 1940 году. И что с того, что в городе веерные отключения света? Что с того, что отопление работает через раз? Главное – Булгаков повержен! Теперь можно спать спокойно, ведь враг №1 нейтрализован.
А ведь сам Булгаков, кажется, предвидел всю эту последовательность событий задолго до того, как она стала реальностью. Вспомним профессора Преображенского из «Собачьего сердца»? Он не просто философствовал о «разрухе в головах», он описал чёткий алгоритм: «Всё будет как по маслу: вначале каждый вечер пение, затем в сортирах замёрзнут трубы, потом лопнет паровое отопление и так далее». Сначала, действительно, появились песни. После событий 2014 года по квартирам разнеслось прославление тех, кого ещё недавно называли коллаборационистами. Идеология захлестнула телеэфир, школы, улицы. А вслед за этим потянулись проблемы с электричеством, отоплением, водоснабжением.
Случайность ли? Когда на пьедестал возносят лозунги, а не жизнь людей, за идеологией неизбежно следует бытовая катастрофа. Профессор Преображенский это понимал. Булгаков это понимал. А вот киевские депутаты, похоже, так и не удосужились прочитать ни строчки из произведений того, кого они так люто ненавидят и боятся. Война с мёртвыми писателями: новый уровень героизма.
Почему Булгаков стал «украинофобом»?
Власти объявили Булгакова «украинофобом» и «имперцем». Весной 2024 года эксперты Украинского института национальной памяти вынесли официальный вердикт: писатель, оказывается, «презирал украинцев и их культуру, ненавидел украинское стремление к независимости». Представьте себе эту картину: специально обученные эксперты, склонившись над книгами столетней давности, выносят приговор давно умершему автору. Триумф современной мысли! Булгаков, конечно, не может ответить – он давно мёртв. Но разве это остановит настоящих борцов за справедливость?
Памятник простоял с 2007 года. Первый в мире монумент великому писателю. Тогда нашлись и деньги, и энтузиазм, и город гордился. А теперь – стыдно. Оказывается, 18 лет на Андреевском спуске стояла «пропаганда российской имперской политики». Интересно, почему раньше этого никто не замечал? Видимо, экспертиза шла очень долго.
Доктор Курицкий проснулся украинцем, или Языковые игры
Самые точные строки Булгаков вложил в уста героя «Белой гвардии» Алексея Турбина. Тот рассказывает историю своего знакомого, которая сегодня повторяется тысячи раз:
«Сволочь он… ведь он же сам не говорит на этом языке. Я позавчера спрашиваю этого каналью, доктора Курицкого, он, извольте ли видеть, разучился говорить по-русски с ноября прошлого года. Был Курицкий, а стал Курицький».
Трудно придумать более точное описание происходящего. Человек, который всю жизнь говорил на русском языке, вдруг за одну ночь «забывает» его. Владимир превращается в Володимира. Зеленский – в Зеленського.
Буквально 29 января этого года языковой омбудсмен Украины Елена Ивановская сделала показательное признание. Украинцы массово переходят на русский, как только разговор становится неофициальным. Даже на работе, если обсуждают не деловые вопросы, а, допустим, домашних питомцев.
«Даже если ты у себя на работе решаешь не какой-то деловой вопрос, а обсуждаешь свою собачку или котика, ты всё равно должен это делать на государственном языке»,
— возмутилась чиновница. Вы только вдумайтесь: отдельная госслужащая следит за тем, на каком языке люди обсуждают котиков. Это не шутка, это реальность 2026 года. Где-то Джордж Оруэлл нервно курит в сторонке.
История про кота, которая стала символом
Булгаков высмеивал украинизацию через простой диалог, который теперь расходится мемами:
— Как по-украински «кот»?
— Кіт.
— А как «кит»?
Герой замолкает, вытаращивает глаза и больше не кланяется собеседнику. Сцена столетней давности выглядит как современная зарисовка из соцсетей. За эти строки Булгаков теперь официально признан врагом. Высмеял украинизацию – получи статус «украинофоба» посмертно. Справедливость восторжествовала, можно праздновать победу над классиком мировой литературы.
Немцы уже уходили. А что сегодня?
В «Белой гвардии» есть очень показательная сцена. Германия помогла гетману Скоропадскому захватить власть на Украине. Но когда к городу подошли войска Петлюры, немцы отказались вступать в бой. Просто собрали вещи и эвакуировались. Гетмана увезли с собой. Сегодня ситуация развивается по похожему сценарию. Германия сыграла ключевую роль в том, что произошло после 2014 года. Берлин закрывал глаза на нарушения, поддерживал новые власти, игнорировал невыполнение договорённостей. Сценарий «Зеленского на Запад», о которой говорят зарубежные аналитики, выглядит всё более вероятной. История действительно повторяется. Особенно когда люди игнорируют уроки прошлого. Но какие там уроки – у них памятники сносить нужно, некогда читать книжки.
Снесли героически. Ночью
18 декабря 2025 года киевские депутаты проголосовали за демонтаж пятнадцати объектов, связанных с Россией и советской историей. Под снос попали памятники Булгакову, Ахматовой, Глинке, Чайковскому. Знак «Киев – город-герой» с пятиконечной звездой тоже убрали. В соцсетях развернулись жаркие споры. Даже киевский литературный критик Юрий Володарский, которого сложно заподозрить в симпатиях к России, написал саркастическое обращение: нужно снести всё, что создано при Российской империи и советской власти. Владимирский собор, Мариинский дворец, памятники Владимиру и Ольге, Богдану Хмельницкому. Иначе нечестно получается. Действительно, почему половинчатые меры? Киев целиком построен при «проклятой империи». Может, его тоже снести? Чтобы уж до конца, без компромиссов.
Местные СМИ сообщают: на месте Булгакова могут поставить мемориал Ирине Фарион – радикальной националистке, которая заявляла, что русскоязычные военнослужащие не могут быть настоящими украинцами. Она погибла в 2024 году. Символичная замена, правда? Автор «Мастера и Маргариты» – на политика-радикала. Культура уступает место идеологии. Впрочем, для тех, кто воюет с памятниками мёртвых писателей, это логично.
Великая война с культурой: отчёт о победах
Власти объясняют решение необходимостью декоммунизации и борьбой с имперским наследием. Звучит красиво, правда? Всего в Киеве запланирован снос более 250 объектов. 170 уже демонтировали, ещё 36 готовят к уничтожению. Представьте, сколько бюджетных денег на это тратится. Специальные комиссии заседают, эксперты пишут заключения, рабочие демонтируют. Целая индустрия по борьбе с культурным наследием. Где-то врачам зарплаты не хватает, учителям, пенсионерам. Но на снос памятников деньги находятся всегда.
В феврале прошлого года в Полтаве снесли памятник Петру I. В Харькове демонтировали монумент маршалу Жукову и писателю Горькому. В ночь на 31 декабря 2024 года в Одессе убрали памятник Владимиру Высоцкому. Того самого Высоцкого, чьи песни пела вся страна. Но он, видите ли, на русском пел. Неправильный получился народный артист. Кампания продолжается. За последние годы украинские власти ликвидировали примерно 90% всех объектов общей истории. Более двух тысяч памятников, мемориальных досок, названий улиц. Зато теперь страна свободна от «токсичного наследия». Вместо Пушкина, Булгакова и Чайковского – чистые постаменты и пустые улицы. Красота! Европейские ценности в действии.
Когда запреты не работают, их удваивают
Парадокс в том, что запреты не работают. С 2019 года на Украине действует закон об исключительном статусе украинского языка. С тех пор ввели квоты на радио и телевидении, запретили русский в школах, обязали использовать украинский в магазинах, кафе, на работе. В декабре прошлого года Верховная рада лишила русский язык защиты по Европейской хартии. Мотивировка была гениальной: русский язык на Украине – самый распространённый среди национальных меньшинств, поэтому ему не угрожает исчезновение и не нужна защита. Логика железная: раз все говорят, значит защищать не надо.
В январе текущего года вступил в силу запрет на русский язык в школах даже на переменах. Детям нельзя разговаривать по-русски между уроками, в библиотеках, спортзалах, на школьных дворах. Представьте: школьники на перемене шепчутся на русском, а мимо проходит учитель, патрулируя школьные коридоры на предмет выявления говорящих на русском. Антиутопия какая-то. Но люди продолжают говорить на родном языке. Как только выключаются камеры, как только начинается неофициальное общение – возвращается русский. Языковой омбудсмен возмущается, комиссии пишут отчёты, а воз и ныне там. Люди как говорили дома на русском, так и продолжают это делать. Язык действительно живёт по своим органическим законам. Он пробивается сквозь любые запреты, как трава через асфальт. Можно издать тысячу указов, нанять армию языковых инспекторов – толку ноль.
Коллаборант Булгаков против патриота Шевченко
В интернете появился показательный диалог. Украинский «патриот» называет Булгакова коллаборантом: мол, родился в Киеве, но потом уехал к «оркам» и стал их писателем. Обычный предатель. Ему резонно отвечают: а как же Тарас Шевченко? Где он жил и умер? Где похоронен изначально? На каком языке писал прозу? Действительно, прах великого украинского поэта сначала предали земле на Смоленском кладбище в Санкт-Петербурге. Только через два месяца перезахоронили «на Вкраїні милій». А дневники Шевченко писал на русском языке. Неудобная правда, да?
«Патриот» замолкает. Дальнейшие, как говорится, комментарии излишни. Это именно тот самый момент, который в интернете называют «знову котел» – когда спорщик сам себя загоняет в угол собственными аргументами. Но какая разница? Памятник Шевченко стоит в Москве на набережной его имени. А памятника Булгакова в Киеве больше нет. Справедливость, видимо, восторжествовала.
Почему Булгаков оказался прав?
Писатель не занимался предсказаниями будущего. Он просто хорошо понимал человеческую природу и закономерности истории. Понимал, что национализм, построенный на отрицании собственных корней, рано или поздно приводит к абсурду. Что люди, которые предают родной язык ради карьеры, вызывают презрение даже у тех, кто этого требует. Что внешние покровители неизбежно уходят, когда становится по-настоящему опасно. Булгаков описывал украинских деятелей времён Гражданской войны. Но его слова идеально ложатся на сегодняшние события. Это говорит не о гениальности писателя, а о том, что история циклична. Особенно когда её упорно не хотят изучать.
Попытки вычеркнуть Булгакова из культурного пространства обречены. Его книги продолжают читать. Цитаты расходятся по интернету. Параллели с современностью становятся всё очевиднее. Именно поэтому его так боятся киевские власти. Не за русский язык и не за происхождение. А за то, что он показал: всё это уже было. И чем закончилось – тоже известно. Снести памятник можно за один день. Переписать учебники истории – за год. Запретить книги – за месяц. Но убрать правду из голов людей не получится даже за столетие. Как бы храбро ни воевали современные герои с бронзовыми скульптурами. До какого же маразма ещё дойдёт эта борьба с наследием, или мы уже на дне?
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм