Рост 158 сантиметров, отсутствие диплома, военное прошлое или уже привычная комическая маска — у каждого из этих артистов был свой барьер. Режиссёры видели в них исполнителей эпизодов и характерных ролей, а не главных героев.
Но границы типажа не размывались сами собой: за ними стояли конкретные роли — от одинокого фронтовика до Гамлета. Восемь карьер, которые сначала складывались не так, как мечтали сами артисты.
Ролан Быков: 158 сантиметров, ставшие выразительностью
Ролана Быкова не приняли во ВГИК, ГИТИС и Школу-студию МХАТ. Среди причин отказов называли рост — 158 сантиметров — и особенности дикции. Актёрское образование он всё же получил: в 1951 году окончил Щукинское училище.
В кино Быков дебютировал в «Школе мужества» в 1954 году. Пять лет спустя сыграл Акакия Акакиевича в «Шинели» Алексея Баталова. Скованная пластика героя, его короткие взгляды и привычка жить по чужим правилам складывались в выразительный образ. То, что мешало Быкову на вступительных, стало частью его актёрской индивидуальности.
Затем были скоморох в «Андрее Рублёве», Бармалей в «Айболите-66», Кот Базилио в «Приключениях Буратино» и командир Иван Локотков в «Проверке на дорогах». Быков работал и как режиссёр: снял «Внимание, черепаха!», «Телеграмму», «Автомобиль, скрипку и собаку Кляксу» и «Чучело».
Именно Быков обратил внимание Глеба Панфилова на Инну Чурикову, которую тот искал для главной роли. Так две актёрские судьбы сошлись на простой, но важной для их профессий вещи: внешность не обязана совпадать с привычным образом героя.
Инна Чурикова: от Марфушеньки до Жанны д’Арк
В Щепкинское училище Инна Чурикова поступила с третьей попытки. После выпуска она работала в Московском ТЮЗе и играла характерные роли — среди них были купчиха и свинья. Гротеск ей доверяли, а вот традиционную героиню в актрисе не разглядели.
Её первые киноработы — «Тучи над Борском», Марфушенька в «Морозко» и небольшая роль в «Неуловимых мстителях». Съёмки в Заполярье дались тяжело: забытые в гостинице яблоки пришлось заменить сырым репчатым луком, подкрашенным пищевым красителем. На морозе Чурикова грызла его и запивала разбавленным молоком. А когда на озвучивании увидела себя в образе Марфушеньки, расплакалась из-за собственной «некрасивости» и всерьёз задумалась о том, чтобы бросить кино.
Перелом принёс фильм Глеба Панфилова «В огне брода нет» — на Чурикову режиссёру указал Ролан Быков. Она сыграла санитарку Таню Тёткину, которая работает в санитарном поезде во время Гражданской войны, рисует происходящее и наблюдает за людьми. Внешность актрисы не отвечала стандарту экранной красавицы, зато речь, движения и паузы складывались в самостоятельный характер.
Дальше были Паша Строганова и Жанна д’Арк в «Начале», Василиса Кожина в «Вассе», Марта в «Том самом Мюнхгаузене». Панфилов строил эти образы не на внешней правильности, а на внутреннем напряжении Чуриковой и её умении менять интонацию сцены.
Юрий Никулин: от цирка к роли одинокого фронтовика
Демобилизовавшись в 1946 году, Юрий Никулин решил стать актёром. Он пробовал поступить во ВГИК и ГИТИС, но Сергей Юткевич во ВГИКе не увидел в нём подходящего киноактёра. Никулин пошёл в студию разговорных жанров при Московском цирке, которую окончил в 1948 году.
Первое появление в кино состоялось в 1958-м: в «Девушке с гитарой» он сыграл незадачливого пиротехника. Потом зрители увидели Балбеса у Леонида Гайдая, «Самогонщиков», «Операцию „Ы“ и другие приключения Шурика», «Кавказскую пленницу» и Семёна Горбункова в «Бриллиантовой руке».
В «Когда деревья были большими» Льва Кулиджанова Никулин сыграл Кузьму Иорданова — бывшего фронтовика, который выдаёт себя за родственника одинокой девушки и пытается войти в чужую семью. Здесь от комедийной реакции почти ничего не осталось. Иорданов прячет страх за резкостью, избегает прямых признаний и долго не решается взять ответственность за свою ложь. Вместо цирковой пластики — паузы и сдержанные бытовые жесты.
Первую сцену у мебельного магазина Никулин снимал в образе героя: небритым, в измятой одежде. Директор магазина принял известного циркового артиста за настоящего бродягу и алкоголика и не хотел его впускать, пока съёмочная группа не объяснила, что происходит.
Татьяна Пельтцер: известность пришла в 49 лет
Впервые Татьяна Пельтцер вышла на сцену в девять лет. Её первым учителем стал отец, актёр и режиссёр Иван Пельтцер. Театрального диплома у неё не было; в Театре имени Моссовета её уволили, назвав профессионально непригодной.
В кино Пельтцер дебютировала в 1943 году, сыграв колхозницу в фильме «Она защищает Родину». Почти десять лет ей доставались небольшие характерные роли. Всё изменил спектакль «Свадьба с приданым»: после роли Лукерьи Похлебкиной в 1953 году Пельтцер стала известна всему Союзу. Ей было 49 лет.
Позднее она сыграла Евдокию Бровкину в «Иване Бровкине на целине», Бабу-ягу в «Там, на неведомых дорожках…», а также множество матерей, соседок и начальниц. Они не просто появлялись рядом с главными героями: спорили, распоряжались, вмешивались в события и меняли поведение окружающих.
Возраст стал частью её профессионального преимущества. Режиссёры использовали голос, пластику и способность Пельтцер мгновенно задать характер даже в коротком диалоге.
Евгений Леонов: комик, мечтавший об Отелло
Евгений Леонов хотел играть романтических и трагических героев. На вступительных экзаменах он читал стихи Блока, но комиссия смеялась над его внешностью и манерой исполнения. Театральную студию Леонов окончил в 1947 году, однако первые два года выходил в основном в массовке и небольших сценах.
В кино он начал с «Карандаша на льду» и «Счастливого рейса». Важной ранней работой стало «Дело Румянцева»: фильм сняли в 1955 году, а выпустили в 1956-м. Затем были «Полосатый рейс», «Донская повесть», «Белорусский вокзал», «Афоня», «Джентльмены удачи» и «Кин-дза-дза!».
Леонов рассказывал, что мечтал сыграть Отелло, тогда как режиссёры долго видели в нём прежде всего добродушного комика. В «Джентльменах удачи» он противопоставил друг другу двух героев — воспитателя Трошкина и уголовника Доцента. А в «Белорусском вокзале» сыграл ветерана Алексея Кирюшина почти без привычной комедийной пластики: сдержанным голосом и паузами.
Съёмки сцены в ванной для «Полосатого рейса» обросли отдельной историей. По одной из версий, Леонов соглашался сниматься рядом с тигром, только если между ними будет защитное пуленепробиваемое стекло. Как рассказывали, из-за бликов в объективе группа тайком убрала преграду, когда актёр намылил глаза. Панический побег голого Леонова из ванной, согласно этим воспоминаниям, был настоящей реакцией и попал в итоговый монтаж.
Фаина Раневская: короткий эпизод и реплика на годы
Театрального диплома у Фаины Раневской не было. Она занималась в частной студии в Таганроге, а с 1915 года работала в провинциальных театрах Керчи, Феодосии и Ростова-на-Дону. Ведущие роли в начале пути ей доставались редко.
Кинодебют Раневской состоялся в 1934 году: в «Пышке» Михаила Ромма она сыграла госпожу Луазо. Затем были Роза Скороход в «Мечте», Ляля в «Подкидыше», мачеха в «Золушке» и Маргарита Львовна в «Весне».
В «Подкидыше» ей достался короткий эпизод — семейная сцена с потерявшимся ребёнком. Одной реплики оказалось достаточно, чтобы героиня вошла в повседневную речь миллионов зрителей. При этом Раневская сыграла около тридцати киноролей, а её театральный репертуар был гораздо шире комического образа из «Подкидыша».
К знаменитой фразе «Муля, не нервируй меня!» Раневская, по свидетельствам, относилась без любви. В 1976 году Леонид Брежнев пошутил ею при вручении актрисе ордена Ленина. Раневская, как передают, ответила:
Леонид Ильич, так ко мне обращаются только невоспитанные уличные мальчишки!
После этого Брежнев, согласно тем же свидетельствам, извинился.
Пауза, взгляд и точное движение позволяли Раневской сделать небольшую сцену самостоятельным эпизодом. Долго оставаться в кадре ей не требовалось: ритм менялся, а второстепенная роль запоминалась не хуже главной.
Савелий Крамаров: короткие роли, которые помнили зрители
Савелий Крамаров пытался поступить в театральный институт после школы, но не прошёл. Он окончил Лесотехнический институт и занимался в студии «Первый шаг» при ЦДРИ. В кино начинал с небольших появлений; одной из первых заметных работ стал фильм «Друг мой, Колька!» 1961 года.
Известность пришла после «Неуловимых мстителей»: Крамаров сыграл Илюху и произнёс реплику, которая превратилась в отдельный комедийный номер. Следом появились Косой в «Джентльменах удачи», Тимохин в «Большой перемене», дьяк Феофан в «Иване Васильевиче меняет профессию», тракторист Егоза в «Афоне» и Полесов в «12 стульях».
Прищур, резкая мимика, сбивчивая речь и мгновенная смена выражения лица задавали его экранный диапазон: жулик, хулиган, выпивоха, недотёпа. В 1972 году Крамаров поступил в ГИТИС, но после выпуска не смог устроиться в театр. Фильмография складывалась из коротких ролей — тех самых, что зрители нередко запоминали лучше центральных персонажей.
В начале 1980-х Крамаров уехал из СССР и продолжил карьеру в США. Позже рассказывали, что к тому времени он фактически лишился серьёзных ролей. В 1981 году актёр написал открытое письмо президенту США Рональду Рейгану — «Как артист — артисту». Письмо зачитали в эфире «Голоса Америки»; история получила международный резонанс, после чего советские власти выдали Крамарову разрешение на выезд.
Иннокентий Смоктуновский: от провинциальных театров к Гамлету
Иннокентий Смоктуновский воевал, попал в немецкий плен, бежал и продолжил службу в партизанском отряде. После войны плен осложнил ему выбор места жительства и работы. До переезда в Москву он служил в театрах Норильска и других городов.
В кино Смоктуновский дебютировал в 1956 году — сыграл небольшую роль в «Убийстве на улице Данте» Михаила Ромма. Актёру уже было больше тридцати. В 1959-м он снялся в «Неотправленном письме», в 1964-м стал Гамлетом у Григория Козинцева, а ещё через два года сыграл Юрия Деточкина в «Берегись автомобиля». Позже в его фильмографии появились князь Мышкин, царь Фёдор Иоаннович, Порфирий Петрович и Пётр Чайковский.
От роли Деточкина Смоктуновский отказывался несколько раз — из-за истощения и гипотонии после «Гамлета». Эльдару Рязанову помогла поездка к актёру на дачу под Ленинградом в проливной дождь. Там режиссёр взял с него письменную расписку:
Я, Иннокентий Смоктуновский, обязуюсь не позже 20 августа приехать в Москву и приступить к съёмкам.
От небольшой кинороли до крупных работ прошло меньше десяти лет. До них были военная биография, провинциальные сцены и театры, где Смоктуновского не знала широкая публика.
Этим артистам поначалу отводили роли, заданные внешностью, возрастом, отсутствием диплома, военным прошлым или привычным амплуа. Но именно такие работы — комические, характерные, порой совсем короткие — помогли им создать образы, которые трудно представить в исполнении кого-то другого.
В этих историях талант не отменял ограничений: он пробивался через них постепенно, а иногда — благодаря роли, которую сначала считали подходящей лишь для эпизода. Какая из таких перемен в карьере кажется вам самой неожиданной?
ДЗЕН
Телеграм