Сержант Кирьянова из «А зори здесь тихие…» и Шура Ярмолюк из «Здравствуй и прощай» — роли, после которых Людмилу Зайцеву трудно представить слабой. Широкая кость, крупные крестьянские руки, прямой взгляд. Казалось, такой характер защитит от любых житейских бурь.
Стойкость понадобилась не на съёмочной площадке. За экранным успехом тянулись годы, о которых зрители не знали: сначала разбитый параличом муж, потом совсем сдавшая мать. Знакомые в один голос советовали определить Ольгу Ильиничну в пансионат — мол, надорвёшься с двумя лежачими на руках. Зайцева такие разговоры обрывала. «Я никогда не смогла бы отдать свою маму в дом престарелых, — говорила она. — Она посвятила мне свою жизнь и содержала меня, когда я была студенткой».
Мужские полуботинки и десять копеек на кино
Отец ушёл к другой женщине сразу после рождения Люды. Жил на соседней улице, каждый день проходил мимо их двора и к дочери не подошёл ни разу. Девочку растила одна мать, Ольга Ильинична: с утра до ночи в колхозе, чтобы просто накормить ребёнка. На нежности и долгие разговоры по душам в доме не оставалось ни времени, ни сил.
Денег не хватало на самое необходимое. Вместо девичьих туфелек Люда донашивала грубые мужские полуботинки из комиссионного магазина. Отдушиной был местный кинотеатр: девочка до мозолей полола огромный огород, получала от мамы заветные десять копеек и бежала смотреть другую, красивую жизнь. Именно в том тёмном зале она и решила стать актрисой.
Мать затею дочери встретила в штыки. Ольга Ильинична прямо говорила: в кино берут только тонких красавиц, а у Люды широкая кость, крупные крестьянские руки и слишком приметные уши. Кубанское упрямство пересилило все материнские страхи. Людмила перевелась в вечернюю школу и пошла зарабатывать на билет до Москвы: мыла полы, работала штукатуром на стройке, откладывала каждый рубль.
Москва три года подряд отвечала провинциалке отказами в театральных вузах. Возвращаться на хутор с позором не хотелось, и она устроилась в рязанский театр, терпеливо ждала своего часа. В Щукинское училище Людмила поступила только с четвёртой попытки. Когда радостная весть дошла до Кубани, мать прислала дочери сто рублей — для колхозницы немыслимые деньги, которые она собирала по копейке несколько лет.
Сотню Люда тут же оставила в ЦУМе, купив одну модную кофточку. Хотелось стать своей среди столичных франтов — и понравиться однокурснику Сергею Милованову.
Красивый и талантливый Сергей рано пристрастился к горячительному. Отношения выматывали обоих и тянули на дно. Разорвать этот союз Людмила решилась лишь по настоянию педагогов, но странная связь между ними осталась навсегда. Спустя десятилетия, в 2003 году, актрисе среди бела дня вдруг стало физически дурно. Вскоре ей сообщили, что Сергея больше нет. Милованов был актёром и бардом, а зрителям запомнился эпизодической ролью слесаря Миляева, нашедшего подкидыша, в «Месте встречи изменить нельзя».
Театры не знали, что с ней делать, а кино — сразу разглядело
После училища столичные театры не спешили раскрывать объятия перед нестандартной выпускницей: режиссёры просто не понимали, кого она может играть. Зато в кино её самобытную натуру разглядели мгновенно. Станислав Ростоцкий доверил ей роль сержанта Кирьяновой, а следом Виталий Мельников позвал на главную роль в мелодраму «Здравствуй и прощай».
На экране они с Олегом Ефремовым сыграли такую любовь, что вся страна тут же поженила артистов в реальной жизни. На деле между ними была лишь тёплая дружба и глубокое уважение. Вскоре актриса тихо вышла замуж за далёкого от искусства инженера Владимира Федорова, с которым спокойно прожила семь лет. Брак распался без скандалов и дележа имущества. Зайцева к тому времени много снималась, получила Государственную премию СССР, сама купила кооперативную квартиру в Москве и обставила её хорошей мебелью. У неё было всё, кроме главного — человека, с которым хотелось бы состариться.
Гладиолусы и минута на размышление
Своё настоящее, выстраданное счастье она встретила уже зрелой женщиной на Алтае. Там проходили съёмки фильма «Праздники детства», и на площадке Людмила познакомилась с актёром и режиссёром Геннадием Ворониным. Этот молчаливый, ранимый мужчина вырос в детском доме. Он не умел говорить красивых слов и казался колючим, но Зайцеву покорила его внутренняя чистота и обострённое чувство справедливости.
Предложение руки и сердца Воронин сделал в своём духе. Пришёл к ней с охапкой гладиолусов и с порога строго отрезал: «Так, даю тебе на размышление минуту, потом ухожу». Людмила рассмеялась и тут же согласилась.
Свадьбу сыграли прямо в алтайском яблоневом саду, а штампы в паспорта поставили уже по возвращении в столицу. Мать на торжество позвать не успели, на что Ольга Ильинична потом долго держала обиду. В 1982 году, когда актрисе было уже тридцать шесть, на свет появился их долгожданный ребёнок. Супруги очень ждали мальчика и заранее решили назвать его Василием — в честь любимого Шукшина. Когда родилась белокурая дочка, менять решение не стали и записали девочку Василисой.
Девяностые: «Жигули», продуктовый магазин и закрытая передача
Они прожили душа в душу больше тридцати лет, но сытые и спокойные годы закончились быстро. Зайцева ещё изредка мелькала на экранах — до этого она сыграла пронзительную роль матери в нашумевшей «Маленькой Вере». У Воронина всё сложилось иначе. За спиной у него были поставленные «Баллада о старом оружии» и «Два берега», в 1992–1993 годах он работал художественным руководителем программы «Парламентский час» на РТР. Передачу закрыли, и он остался совсем без работы.
Его сценарии никому не были нужны, а снимать чернуху честный детдомовец Воронин не умел. Чтобы прокормить жену и дочь, талантливый режиссёр сел за руль стареньких «Жигулей» и пошёл таксовать. Потом устроился в обычный продуктовый магазин. Он молча тянул лямку.
Организм не выдержал такой тоски. Сначала Геннадия Анатольевича свалил обширный инфаркт, а следом один за другим ударили четыре инсульта. Крепкий, полный сил мужчина превратился в беспомощного больного. И здесь проявился весь несгибаемый характер Людмилы Зайцевой: она практически оставила профессию и годами, день за днём, вытаскивала мужа с того света.
Две комнаты, два лежачих человека
Почти в то же время на Кубани совсем сдала здоровьем её мама. Ольга Ильинична глубоко состарилась и больше не могла обходиться без чужой помощи. Тогда-то доброжелатели и начали шептать актрисе про специализированные интернаты. Зайцева лишь молча стиснула зубы и перевезла маму к себе в московскую квартиру.
Она разрывалась между двумя комнатами, меняла бельё, кормила с ложечки, колола лекарства — и никому не жаловалась.
В августе 2011 года Геннадий Воронин тихо ушёл из жизни прямо на руках у жены. Ему не было и шестидесяти шести лет. Вскоре после этого не стало и мамы. Опустевшая квартира показалась Людмиле Васильевне холодной и чужой. «Мы делали всё, чтобы продлить ему жизнь, — с горечью говорила о муже актриса. — Но, видимо, он в какой-то момент сам решил, что уже устал. Всё, что происходит сейчас, — это не моя жизнь. Я просто живу по инерции. Потому что надо жить».
Вернуть вкус к жизни помогли дочь и внуки. Василиса выросла красавицей, в 2004 году окончила ВГИК — мастерскую Виталия Соломина — и стала востребованной актрисой дубляжа: её голосом в российском прокате говорят героини Дженнифер Гарнер, Анны Кендрик и Кристен Белл. Замуж она вышла за своего однокурсника по ВГИКу, актёра Александра Носкова. У Людмилы Васильевны трое внуков.
«Тихий Дон», «Хор» и стихи Берггольц
Одной из самых заметных её поздних работ стала властная Василиса Ильинична Мелехова в «Тихом Доне» Сергея Урсуляка. После этого от большинства сценариев актриса отказывалась: разменивать своё честное имя на проходные сериалы она считает ниже своего достоинства. Но из кино не ушла окончательно — в 2020-х выборочно снялась в сериалах «Хор» и «Юность» (2023).
К искусственной омоложенности в кино она относится критически, пластическую хирургию не жалует и называет себя «породистой русской женщиной».
Живёт народная артистка очень скромно, довольствуясь обычной пенсией. Не ходит по скандальным телешоу, не торгует своими бедами и не просит помощи у государства. Часто бывает в храме, радуется успехам внуков. А на редких встречах со зрителями — в том числе на фестивале «Малая Земля» в Новороссийске — читает стихи блокадной поэтессы Ольги Берггольц.
А вам Людмила Зайцева запомнилась больше как сержант Кирьянова, Шура Ярмолюк или по более поздним работам?
ДЗЕН
Телеграм